Эбеновые рога тьмы (ЛП) - Лехоцки Лейси - Страница 36

— Наверное, именно мне стоит рассказать Зурронару о…

Я осеклась, когда в глазах Роката вспыхнула тьма.

Напоминание об Изгате, которого он сжёг на погребальном костре после того, как нас едва не застали вместе, после того как раскрылась моя настоящая личность и между нами сформировалась связь истинной пары, явно всё ещё оставалось для него болезненной темой.

— Ты всегда была моей, — прорычал он, и собственнические нотки в его голосе отозвались теплом внизу моего живота.

— Я знаю, — успокоила его я.

У меня не было сил спорить с ним. Да и время было неподходящим, когда его эмоции и без того были натянуты до предела.

— А теперь я всегда буду твоей. Обещаю.

Он наклонился и поцеловал меня с нежностью, которая удивила меня.

Вместо того чтобы заявлять на меня права, он просто позволил нашим губам задержаться вместе на короткое мгновение.

— Пойдём.

Я вложила свою руку в его, когда мы вышли из нашего жилища.

Именно такие простые прикосновения успокаивали меня сильнее всего — осознание того, что Рокат рядом и что наша любовь не оставит меня без него.

Он свистнул, подзывая Грема и Зика.

Небо затянули облака, а ветер шелестел между временными постройками вокруг нас.

Угрюмая атмосфера идеально соответствовала моему настроению.

Мгновение спустя мы вышли на открытую улицу, и внезапный порыв ветра взметнул вымпелы.

До моих ноздрей донёсся тошнотворный запах горелой ткани и плоти, и я поспешно подняла шарф, прикрывая нос.

Рокат остановился и повернул голову в сторону лагеря Ангелов.

— Дым всё ещё идёт.

— Ну, я ведь использовала семенное масло, чтобы устроить пожар, — заметила я. — Его невероятно трудно потушить. Обычно одной воды недостаточно.

Рокат фыркнул и покачал головой, прежде чем снова двинуться вперёд.

— Мне следовало догадаться, что я не единственный, кто способен принять на себя твой огонь.

— Правда следовало. Честно говоря, не знаю, почему ты вообще мог подумать иначе, — поддела его я, и боль в моём сердце немного ослабла, когда между нами снова завязалась привычная перепалка.

— Возможно, мне стоит научить тебя направлять его и другими способами, чтобы я не оставался единственной целью, — ответил он, открывая вход в командный центр и пропуская меня внутрь.

— Но гораздо веселее, когда целью оказываешься именно ты, — надулась я, а затем расплылась в улыбке.

Рокат закатил глаза и направил меня мимо трона из костей в комнату с картами.

Трол уже был там вместе с несколькими другими офицерами.

— Халалхиво.

Он сжал кулак и коснулся им лба, отдавая салют Рокату.

Остальные сделали то же самое.

Затем все они склонили головы передо мной.

Очевидно, наша успешная миссия принесла мне ещё больше их расположения.

— Найди Бананда и Зурронара и передай им, что они должны явиться сюда, — приказал Рокат одному из Паранксоков.

— Да, сэр.

Тот тут же покинул палатку.

— Остальные свободны.

Они быстро собрали свои вещи и ушли, оставив нас наедине с Тролом.

— Рано утром я заходил к Раппу. Он всё ещё спит, — сказал Трол прежде, чем мы с Рокатом успели задать этот вопрос.

По крайней мере, он больше не умирал.

Сон был хорошим знаком.

Я надеюсь.

— Спасибо, — тихо произнёс Рокат, опускаясь на один из стульев.

Я нашла другой и придвинула его вплотную к нему.

Поскольку мы находились внутри, я сняла шарф с головы и бросила его на стол перед собой.

Рокат отодвинул уголок ткани с дороги, продолжая изучать карту.

Затем, недовольно проворчав, провёл рукой по волосам и потёр шею сзади.

— Трол, мне не хочется просить тебя об этом, но, думаю, Раппу придётся вернуться вместе с нами в Фюред, чтобы восстановиться. Ты справишься здесь до нашего возвращения с подкреплением?

— Всё, что потребуется, Халалхиво, — поклялся он. — Я знаю, насколько глубока ваша дружба с Раппом.

Рокат поднял голову и встретился взглядом со своим Хадвезером.

Я оставалась молчаливой наблюдательницей их разговора, с увлечением замечая перемены в Рокате.

— Не думай, что я не ценю тебя тоже, Трол. Я выбрал тебя ещё в академии не просто так.

Как и у нас, у Трола были бордовые глаза.

Его волосы были коротко острижены, а сам он всегда носил плотно облегающую кожаную броню, оставлявшую руки открытыми.

В отличие от Раппа и Роката, его кожу не украшали татуировки.

До этого мы общались лишь несколько раз, и я вдруг поняла, что не знаю, какой редкой магией он обладает.

— Если вы не против, можно спросить, какая у вас сила? — выпалила я, не сумев скрыть своего любопытства.

Трол перевёл внимание на меня, хотя уже без той суровости, которую обычно демонстрировал солдатам.

На его губах появилась лёгкая улыбка.

— Я Разломщик. По сути, если объединить лучшие стороны Разрушителей и Кошмаров, получится то, что умею делать я. Я создаю разрезы в воздухе или на земле, которые выглядят настолько реальными, что Ангелы стараются держаться от них подальше. Разумеется, последствия падения в них существуют.

Мои брови поползли вверх от проснувшегося интереса.

— Какие именно?

— Они невероятно острые. Поэтому, если кто-то падает в такой разлом полностью, его буквально разрывает на части. А если лишь коснуться края, ощущение такое, будто тебя рассекли мечом.

— Ничего себе, — ответила я.

Его сила была не похожа ни на что из того, о чём я когда-либо слышала, что, впрочем, было характерно для всех обладателей бордовых глаз.

— Так вот как вам удалось так далеко их оттеснить?

Он кивнул.

— Да. Но чем больше разлом, тем меньше времени я способен его удерживать. Поэтому в каждом сражении мне приходится очень тщательно выбирать, где и когда использовать такой разлом.

— Именно поэтому ты так ценен, Трол. После всего этого ты и сам заслуживаешь отдыха. Ты слишком долго находишься здесь без передышки, — добавил Рокат.

Трол пренебрежительно махнул рукой.

— Отдохну, когда придёт время. Сейчас важнее всего, чтобы передышку получили солдаты, которые находятся здесь дольше всех. Они сражаются гораздо больше, чем я.

Порыв ветра приподнял несколько прядей моих волос, когда в командный центр вошли ещё двое, прерывая наш разговор.

— Халалхиво, — поприветствовали сначала Роката Бананд и Зурронар, затем Трола.

Наконец их внимание твёрдо остановилось на мне.

— Сельхамош.

Этот титул заставил мурашки пробежать по моей коже.

Быть признанной за свою силу…

Что ж, о таком я никогда даже не мечтала.

— Садитесь, — приказал Рокат.

Они оба подчинились.

Затем он повернулся ко мне.

— Ты умеешь писать?

У меня вырвался смешок прежде, чем я успела его сдержать.

— Конечно умею. Меня научила мама.

«Ты знала, что сто лет назад женщинам было запрещено писать, за исключением жриц, которым это было необходимо для общения?» — прозвучал голос Роката в моём сознании.

У меня всё оборвалось внутри.

Это объясняло, почему нас никогда не учили этому в школе.

Мама всегда настаивала, что наш почерк должен быть исключительно изящным. Она говорила, что мы никогда не должны показывать его другим, если не хотим, чтобы наш стиль украли.

Другие девочки в деревне наверняка начали бы меня копировать.

По крайней мере, именно так объяснял это мой детский разум, и поэтому я никогда ни с кем об этом не говорила.

Я никогда не задумывалась над этим глубже.

«Что ж, хорошо, что умею, раз уж мы меняем общество,» — заметила я.

«Да,» — отозвался Рокат в моём сознании.

Он достал пергамент и чернила и передал их мне.

Я аккуратно разложила всё перед собой, ожидая, что именно он попросит меня сделать.

Затем он повернулся к двум мужчинам, которых я спасла.

— Ассирия будет вести записи вашего отчёта. Начнём с самой важной информации, которую вам удалось подслушать.