Эбеновые рога тьмы (ЛП) - Лехоцки Лейси - Страница 2

То, что этот день наконец настал, всё равно потрясло его.

Их кузина поёрзала на месте, поправляя складки платья. Как и всё, что она носила, оно было женственным, кокетливым и подчёркивало её загорелую кожу. Она впилась жёстким взглядом в мрачного, окровавленного воина.

— Ты заставишь их страдать, Рокат?

— Да, Киира. Они этого заслуживают, — прогрохотал Рокат. Всего неделю назад её отец избил Кииру почти до смерти. Синяки на её рёбрах, руках и лице всё ещё были густо-фиолетовыми. Скользнув взглядом по этим отметинам, он снова стиснул зубы. Поступок его дяди лишь ещё сильнее укрепил его намерение вырезать трёх старших членов Дома Врак.

Рокат по своей природе был защитником, и любой, кто причинял боль тем, кто был ему по-настоящему дорог, сталкивался с его печально известной яростью. Даже сейчас вся знать прекрасно знала, насколько жестоким он может быть, если задеть его не с той стороны.

И всё же это было куда лучше вспышек гнева их отцов.

Ксаннирин наконец оторвал взгляд от поднимающегося пара.

— Нам нужно обсудить изменения, которые мы хотим ввести после моего восшествия. Лучше решить всё сейчас, до коронации, а не после того, как люди привыкнут к новому режиму.

Затем он серьёзно посмотрел на Кииру.

— Я хочу возвести тебя в Верховные жрицы.

Их кузина перевела взгляд с одного на другого, её брови сошлись, пока она обдумывала это предложение. Её мать — простолюдинка — не была женой её отца. Несмотря на свой постыдный статус, Киира выросла под его слишком пристальным надзором, окружённая богатством и обладая долей влияния. Возвести её в Верховные жрицы было огромным скачком.

— Но я бастард, — возразила она, будто ещё могла переубедить Ксаннирина, хотя по его тону было ясно, что он уже всё решил. — Я не могу принять этот титул.

— Мы похороним твоё происхождение так же, как сотрём имя Роката из народной памяти, — сказал Ксаннирин, выпрямляясь и расправляя плечи.

— Не думаю, что это возможно, — нахмурившись, ответила она. — К тому же я недостойна.

— А я считаю, что достойна. И Кралом буду я.

На его губах появилась хитрая усмешка.

— Мы трое станем тремя Судьбами, ступающими по земле.

Киира провела зубами по нижней губе.

— Крал, Халалхиво, Верховная жрица. Говорящий, Призывающий, Провидица.

Будучи Провидицей, Судьбы даровали ей прямой доступ к своим плетениям, в отличие от ангельских провидцев, которые через свою Богиню лишь мельком видели возможное. Она была единственным Демоном в известной истории, получившим такой дар, столь же уникальный, как и способности её кузенов. Силы их отцов были лишь повторением способностей прежних членов Дома Врак.

— Именно, — ответил Ксаннирин, наклоняясь вперёд. Возбуждение искрилось вокруг него, словно удар молота о раскалённый металл. — Наша сила, наша история должны стать такими же священными и внушающими страх, как сама легенда о Судьбах. Ты — ключ к тому, чтобы люди поверили в нас так же, как верят в Ткачиху, Дарующего и Жнеца.

Напротив него Рокат поёрзал на месте. Внимание было не тем, с чем он хорошо справлялся. Куда больше ему нравилось держать свою жизнь и свои достижения в тайне. Оказаться выставленным на всеобщее обозрение было последним, чего он желал. Каждое действие разбирали бы по косточкам ничего не понимающие, выхоленные дворяне, которым нечем было заняться. Каждое решение ставили бы под сомнение те, кто не обладал знаниями, чтобы судить о происходящем. Каждый взгляд был бы устремлён на него — оценивающий, выискивающий слабости и недостатки.

Нет, он предпочёл бы оставаться в тени.

Новая улыбка растянула губы Ксаннирина в порочной усмешке.

— Я рассказывал вам о своей последней встрече?

— Ты снова ходил за грань? — проворчал Рокат, потянувшись к полупустой бутылке пряного алкоголя и наливая себе ещё стакан. Раздражение кольнуло его при воспоминании о том, сколько дней понадобилось его кузену, чтобы вернуться в их мир после прошлого путешествия. Он заставил Ксаннирина пообещать больше не использовать свой дар Говорящего, не предупредив его заранее.

Очевидно, он нарушил просьбу Роката.

— Да, — медленно ответил тот, следя за реакцией Роката. По напряжённой линии его челюсти Ксаннирин понял, что тот зол. Но ему было всё равно. Его кузен со временем забудет это нарушение. Особенно после того, что ему удалось узнать.

— И теперь я точно знаю, как мы отбросим Ангелов назад.

Как Ксаннирин и ожидал, это слегка остудило тлеющие угли его ярости.

— Как? — безо всякого выражения спросил Рокат, но неподвижность его позы выдавала, что он заинтересован.

Ксаннирин рассказал о своей встрече с великим королём из другого мира, покорившим огромные территории. Рокат и Киира слушали с жадным вниманием, время от времени задавая вопросы. Когда он закончил, Киира обмякла в кресле, а Рокат провёл рукой по щетине на челюсти.

— Значит, мы объявим Ангелам войну? — уточнил Рокат, слегка склонив голову набок.

— Не совсем. Мы ещё не готовы. Да, Корон Стадиэль не остановится, пока не уничтожит всех Демонов, но пока его можно сдерживать. Сначала нам нужно заручиться поддержкой знати. В сельских областях у них куда больше влияния, чем у нас, и они помогут нам сформировать общество так, чтобы оно служило нашей конечной цели. Затем мы начнём укреплять оборону, — объяснил Ксаннирин, забирая бутылку скейла у Роката и плеснув себе в чашу.

— И что это? — спросила Киира, отпив из бокала с вином.

Ксаннирин сцепил пальцы за головой и откинулся назад.

— Что может лучше защитить расу Демонов, чем завоевание Келети для самих себя?

Этот вопрос повис в воздухе, словно дым — удушающий, неотвратимый и уже затмевающий их будущее.

— Чтобы это произошло, нам нужно больше людей, — прорычал Рокат. Их отцы позволили армии сильно сократиться за годы своего правления, предпочитая тратить деньги на собственные удовольствия, пока народ страдал. Бедность расцвела. Люди становились всё беспокойнее. И ничто из этого не служило амбициям Ксаннирина.

— И здесь в дело вступает Киира.

Ксаннирин снова перевёл взгляд на кузину. Его сердце болезненно сжалось, когда отблески углей подсветили трещину на её губе. Как и Рокат, он хотел уберечь её от дальнейшей боли.

— Как Верховная жрица, она будет плести истории о Судьбах. Она возглавит духовную жизнь Мира Демонов. Сможет поощрять больше браков и больше союзов, чтобы рождалось больше детей. К тому времени, как мы будем готовы начать полномасштабную войну, у тебя будет достаточно людей, чтобы вести всю армию, Рокат. А у нас будут могущественные дворяне, способные поддерживать порядок на завоёванных территориях.

Хотя Рокат пока ещё не возглавлял их войска, он изучал военную стратегию с первого дня в академии, ещё будучи ребёнком. У него всегда был талант к этому, идеально дополнявший хитрость и умение манипулировать, присущие его кузену. Рокат приподнял бровь, сморщив вытатуированный змеиный клык, тянувшийся к его виску.

— Ты хочешь поставить во главе меня?

— А кого ещё? — сказал Ксаннирин. Ножки его стула ударились о пол. — Да брось, мы шептались об этом десятилетиями. Как только ты убьёшь наших отцов, вся власть окажется у нас. Так давайте сделаем это. Начнём с общества. Киира, что скажешь?

Киира медленно выдохнула, накручивая на палец кончик своих длинных прямых волос.

— И что именно ты задумал?

Ксаннирин сжал её свободную руку в своей.

— Демоны должны поклоняться Судьбам с той же яростью, с какой Ангелы поклоняются Богине. Они должны почитать нас настолько, чтобы доверять каждому нашему слову, несмотря ни на что. А взамен мы дадим им лучшую жизнь. Больше еды. Больше денег.

— Ты хочешь поклонения, а не преданности. Это не вера, не та, какой мы знаем её сейчас. Это подчинение, — заметила Киира, отстраняясь и опускаясь обратно в кресло.

— Нам нужно их подчинение, чтобы провести необходимые изменения и защитить нас — защитить их, — возразил Ксаннирин. — Скажи ей, Рокат.