Эбеновые рога тьмы (ЛП) - Лехоцки Лейси - Страница 139

Лицо Бананда стало тёмно-красным, и он бросился на меня. Но я был готов, потому что меня тоже вызывали на бой из-за моей истинной пары, и я перехватил его руку и заломил её за спину. Прижав его к своей груди, я посмотрел через его плечо на Аракуэль. Её лицо приобрело бледно-зелёный оттенок, словно её вот-вот должно было вырвать.

— Угрозами вы меня не убедите, что вы не животное, — сказала она, но её голос был слабым.

До меня донёсся едва различимый звон металла.

— Ты действительно в это веришь? — спросил я её.

Бананд зарычал и дёрнулся в моей хватке, поэтому я обхватил рукой его горло, перекрывая приток крови к мозгу.

Она смотрела, как он теряет сознание, и в её глазах застыл ужас. Я не собирался его убивать — всё это было испытанием для них двоих.

Испытанием, которое они оба сейчас проваливали.

Крик застрял у неё в горле, и она вцепилась в него так, словно это был сам воздух, отчаянно пытавшийся прорваться внутрь.

— Прекратите! Пожалуйста!

Она рванулась вперёд так, словно нечто священное вырывали у неё из груди. Бросилась к своей истинной паре, будто могла вырвать его у меня и унести в безопасное место.

Но против моей силы она ничего не могла сделать.

— Ответь на мой вопрос, — приказал я.

— Нет! Не верю! Разве я уже не дала вам достаточно информации? — выпалила она, и её грамматика на общем языке рассыпалась.

Я тут же ослабил хватку на Бананде, и он рухнул на руки и колени, жадно хватая воздух. Аракуэль сразу оказалась рядом, убирая волосы с его лица и проверяя его состояние с неожиданно нежной заботой.

Я присел на корточки, всё равно оставаясь крупнее их обоих.

— Так что потребуется? — Мой голос был низким, смертоносным, опасным. — Алкоголь? Вожделение? Угроза смерти? Вам нужно будет смотреть, как умирает другой, прежде чем вы признаете то, что уже произошло?

Бананд опустился на пятки и взял Аракуэль за руку. Он удерживал её взгляд так глубоко, что я почти почувствовал себя лишним в их сокровенном моменте. В каком-то смысле так и было, потому что именно я его вызвал, заставив их сделать выбор, вместо того чтобы ждать, пока они сами во всём разберутся.

— Вы уже истинная пара. Эта связь разбирает вас по кусочку. Разрывает ваш рассудок на части. И когда придёт следующая битва, вы сможете истекать кровью вместе или истекать кровью поодиночке.

Горло Бананда дёрнулось, словно он проглотил стекло.

— Это непросто. Я никогда не представлял себя в таком положении. Всё, что, как мне казалось, я знал, оказалось под вопросом. Но это происходит не просто так.

Аракуэль кивнула, поджимая губы, словно пыталась сдержать рыдание.

— Мой народ казнил бы меня уже за одну только эту связь. Меня назвали бы проклятой. Лечь с Демоном — величайший грех, — призналась она.

Она посмотрела на свою истинную пару так, словно он был загадкой, которую её Богиня требовала от неё разгадать.

— Я не знаю. Как мне отказаться от всего, чему меня учили всю жизнь, и выбрать тебя?

— Вместе. Вы будете двигаться вперёд вместе. — Я выпрямился во весь рост. — И двигаться вперёд вы будете под знаменем Демонов. Потому что мы не убьём тебя, Аракуэль. Не если вы с Банандом примите благословение своей связи. Твой народ предложил бы ему такую же милость?

Слеза перелилась через край и скатилась по её щеке, пока она качала головой.

— Но что будет потом? Если вы победите?

— Когда мы победим, у тебя будет дом на этом континенте. Веришь ты в это или нет, нашей целью никогда не было полное уничтожение, — сказал я ей.

Бананд кивнул в подтверждение.

— Если бы для нашего выживания нам пришлось истребить каждого Ангела, мы бы это сделали. Если бы мы могли отсечь голову змее, а все остальные подчинились бы, мы бы сделали и это. Ты можешь сделать второй вариант возможным.

Бананд помог ей подняться на ноги. К моему удивлению — и его тоже — она сразу шагнула в его объятия. Со связанными запястьями она не могла обнять его в ответ, но прижаться к его груди было самым близким к этому, что она могла сделать.

Её истинная пара, с другой стороны, сломался, прижимая её к себе так, словно она была самой драгоценной вещью в мире.

И, мать его, так и должно было быть.

Я помассировал виски. За глазами пульсировала головная боль.

— Когда будете готовы принять всю силу своей связи, можешь снять с неё кандалы. После этого они ей больше не понадобятся.

— Спасибо, — ответил он, и его голос был густым от эмоций.

— После нашего собрания займите одну из комнат на верхнем этаже. Я позабочусь о том, чтобы вас никто не беспокоил. А затем завтра…

Я сделал паузу, ожидая, пока Аракуэль посмотрит на меня. Она посмотрела. Её глаза покраснели по краям.

— Ты встанешь рядом с нами. Ты покажешь Ишиму и всем, кого он приведёт с собой, что мы обращаемся со своими пленниками гораздо лучше, чем они обращаются со своими. Ты, мать твою, будешь лгать и подыгрывать всему, что я скажу, правда это или нет. Я ясно выразился?

— Да, Халалхиво, — подтвердила она.

Отступив от Бананда, она неловко отдала мне салют в стиле Демонов.

— Хорошо. Увидимся в зале совещаний через десять минут. Если к тому времени вы не появитесь, я отправлю поисковый отряд за вами обоими. Живыми вы оттуда не вернётесь.

Оставив угрозу висеть в воздухе, я развернулся на пятке и проделал оставшийся путь до главного здания. Поднимаясь по лестнице и оказываясь лицом к лицу со своей истинной парой, я не чувствовал ни малейших угрызений совести.

— Думаешь, они это сделают? — спросила она, и её голос звучал певуче и был полон надежды.

Коварная маленькая плутовка, подглядывающая через нашу связь.

— Нет ничего лучше угрозы смерти, чтобы понять, что действительно важно.

Я обхватил её за талию и притянул к себе. Мы оба слишком хорошо знали правдивость этих слов. Я поцеловал её в лоб, затем закинул руку ей на плечи и направил её в сторону комнаты командования.

— Надеюсь. Мне нравится Аракуэль. Она напоминает мне меня саму до того, как я позволила себе полюбить тебя. Они могли бы стать хорошей парой, если бы просто позволили этому случиться, — вздохнула она, прижимаясь ко мне.

Похожие слова, сказанные Раппом, прозвучали у меня в голове. Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы получали известия от него или Трола, и когда здесь всё закончится, я собирался найти разлучённые истинные пары и запросить новости с обоих направлений. Я сообщу им о местонахождении Ишима и о нашей запланированной встрече на вершине стены.

Устроившись в кресле, мы вместе с Зурронаром, Олетом и другими Паранксоками под моим командованием ждали появления истинной пары. Бананд займёт четвёртую позицию, как только заявит права на Аракуэль.

Потому что у меня не было ни малейших сомнений, что в тот момент, когда их тела соединятся, пути назад уже не будет. Они оба изменятся безвозвратно, точно так же, как изменились мы с Ассирией. Только для Аракуэль не существовало возвращения к своему народу. Возможно, даже к своей Богине.

Только вперёд — в войну, которая всё равно может пережевать их и выплюнуть.

58

Белизна сверкнула, когда солнце раздвинуло облака.

Мой трон из костей лязгнул о твёрдый камень стены. Я раздувал ноздри, стараясь не сорваться на мужчин, которые его устанавливали.

— Отодвиньте ещё на фут назад, — сумел я сказать без яда в голосе.

Несмотря на покусывающий холод уходящей зимы, пот покрывал мою кожу. И всё же я не осмеливался снять доспехи, не тогда, когда Ангелы могли в любой момент вырваться из-за линии деревьев.

Внешний вид значил всё, как я усвоил много столетий назад. Мои доспехи, кресло, собранное из павших Ангелов, живые Ангелы, стоящие на нашей стороне, — всё это должно было лишь сильнее взбесить Ишима.