Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 55

— Да, всё верно, — тихо ответила я. — Но я до недавнего времени вообще ничего не знала о тебе.

— Я видел печать Илэрии, которая заставила тебя поклясться не искать меня.

— Перед смертью она взяла с меня эту клятву. Она говорила... говорила, что ты бросил нас.

— Я не мог бросить свою кровь. Как минимум, я даже не знал о твоем существовании, — его голос звучал ровно. — А теперь понимаю, что те обрывки, те видения, что снились мне в бесконечном дурмане, были вовсе не бреднями. Илэрия одурманила меня.

Я видела, как фейри цедил эти слова сквозь плотно сжатые челюсти, как до хруста сжимал огромные кулаки.

Но он не шелохнулся, даже не моргал, глядя мне прямо в глаза, словно заглядывая в самую душу. А я так боялась услышать, что не нужна ему!

Но ведь он только что сказал, что никогда бы не бросил свою кровь. Что это значит?

Я опустила глаза на чашку остывающего чая, понимая, что сейчас мне кусок в горло не полезет. Снова робко подняла взгляд на отца.

— Ты взяла мою магию, — констатировал он.

— Я родилась природной фейри и могла только находить Холмы и питаться от земли... — я замолчала, собираясь вкратце рассказать, как стала Кровавой, но отец вдруг резко повернул голову в сторону Кейгана. Казалось, он в одно мгновение всё для себя понял, а потом так же резко повернулся ко мне.

— Тьма изменила тебя, — проговорил он.

Я нервно сглотнула и кивнула.

— Он мой истинный.

— Вижу. Знаю. Тебя устраивает твоя связь? — спросил он тихо, но в этой тишине таилась первобытная угроза.

— Да! Лорд Блэквут — благородный мужчина, не нужно ничего делать! — испуганно воскликнула я.

Только сейчас отец на секунду прикрыл свои красные, пылающие глаза, и тут же их открыл, словно этот ответ его отпустил. А потом он протянул руку вперед, раскрывая ладонь, и положил её на деревянный стол.

Я посмотрела на нее — она была огромной, да и сам он возвышался надо мной на добрые две головы.

Я осторожно протянула свою дрожащую ладонь и вложила в его руку. Бросила беглый взгляд на Кейгана: тот напряженно нахмурился, оторвался от стены, на которую опирался, и подался вперед. Я быстро качнула головой — «всё в порядке».

Отец крепко сжал мою руку, а потом когтем, острым как бритва, распорол мне ладонь. Кейган тут же угрожающе рыкнул, бросаясь ко мне, но фейри уже распорол свою собственную руку и сложил наши ладони вместе, смешивая кровь.

— Я нарекаю тебя Кристель-Марр, — его голос завибрировал от древней магии. — Я даю тебе защиту и Род. Дочь моя.

Он произнес ритуальные фразы, наши сцепленные руки окутали светящиеся красные нити. Миг и они растворились, а раны бесследно исчезли.

Отец не выпустил мою руку. Он признал меня! Выходит, я нужна ему!

Кейган оказался рядом с нами, готовый в любую секунду пустить в ход тени. Отец медленно поднял на него тяжелый взгляд.

— Присаживайся, лорд теней, — безошибочно определив суть истинной магии Кейгана, проговорил фейри.

Кейган молча отодвинул тяжелый деревянный стул и сел сбоку от меня, не сводя с отца глаз.

— Моей дочери рядом со мной ничего не угрожает, — произнес Эллар-Марр. — Я дал ей Истинное Имя. Зная его, можно будет управлять сущностью фейри. Вы ведь именно этого хотели? Получить гарантию безопасности для вашей Империи? Ваша леди Виола дала это ясно понять. Мое Имя вы теперь знаете. Но я не позволю, чтобы мою дочь использовали.

— Этого не будет, — твердо, как клятву, произнес мой истинный.

Отец по-прежнему не выпускал мою ладонь.

— В таком случае моя дочь произнесет клятву о том, что она не будет представлять опасности для императорской семьи. Но я прослежу за этой клятвой. И только в том случае, если она сама этого захочет.

— Да, я сама этого хочу, — тут же подтвердила я.

— В таком случае сделаем это позже, — кивнул отец.

Мы замолчали. Я собиралась с духом, чтобы задать самый страшный вопрос.

— Я хотела спросить... как ты? Как ты вообще попал к ведьмам?

Он словно отрешился от реальности. Заглянул куда-то глубоко в себя, откинулся назад, смотря пустым взглядом мне за спину, но мою руку так и не отпустил.

— Это долгая история. Могу сказать лишь одно: мой брат ответит за свое предательство. Кровавых фейри никогда не рождалось много, нас были единицы. Это определенная мутация магии — один на тысячу фейри. И то, что ты родилась и стала Кровавой — это истинное чудо. Мой родной брат после смерти родителей стал Королем Неблагого дома. Но он так боялся моей силы, что не мог даже помыслить о том, что мне вовсе не нужен был этот трон.

Он криво, горько усмехнулся.

— Брат хотел отослать меня. Он нашел для меня истинную пару, чтобы я покинул двор. Пустил врага в наши защищенные Холмы, сам выписал им проход. Моей парой оказалась Илэрия. Но она была слишком амбициозной. Брат думал, что просто избавляется от меня, но ведьма быстро смекнула, что иметь Кровавого фейри в качестве живого накопителя гораздо выгоднее, чем просто стать моей женой.

Отец стиснул челюсти так, что желваки заходили ходуном.

— Она привела в Холмы других ведьм из своего ковена на нашу свадьбу. И они разыграли идеальный спектакль. Эти женщины... они были такими милыми, такими обходительными и приветливыми. Они улыбались, следовали нашим традициям и совершенно не вызывали опасений. Никто в Неблагом доме даже не заподозрил в этих хрупких гостьях угрозу. Они усыпили нашу бдительность своей елейной лестью.

В глазах Эллар-Марра полыхнула чистая, концентрированная ненависть.

— А затем они вероломно воспользовались нашим гостеприимством. Пока мы праздновали, ведьмы пробрались в закрытую библиотеку. Они выкрали тайные знания фейри и забрали древнейшие артефакты, ключи к которым мы доверчиво хранили. Но и этого им было мало. На свадебном пиру они подмешали в наши кубки особый отвар. Я лишь помню его сладковатый вкус... а потом мое сознание просто погасло. Они вырубили нас всех. После той ночи с твоей матерью я практически ничего не помню. Только тьму, цепи и иглы в венах.

— Но ведь тебя удерживали там так долго... — с ужасом прошептала я.

— Твоей матери лет гораздо больше, чем ты думаешь, Кристель. Ведьмы, познав истинную суть моей крови, провернули всё в свою пользу, продлевая себе жизнь за мой счет. Перед тем как я впадал в беспамятство, мне вливали этот проклятый отвар снова и снова. Была еще одна ведьма, которая приходила ко мне в редкие моменты мучительного бодрствования... Моргана.

— Она мертва. И Илэрия, мама, тоже мертва…

— Выходит, возмездие всё же настигло их, — фейри удовлетворенно прикрыл глаза.

— А как же другие фейри? — спросила я. — Где они? Почему о них никто не слышал.

— Жизнь в вашей Империи нас совершенно не интересует. Фейри хватает того, что один Дом постоянно противостоит другому. Нам нет никакого дела до драконов и демонов.

— А ты... ты теперь вернешься в Холмы? — с замиранием сердца спросила я, боясь, что сейчас он встанет и уйдет навсегда.

Отец посмотрел на меня, и в его взгляде впервые промелькнуло что-то по-настоящему теплое.

— Я вернусь в Холмы, чтобы взять ответ со своего брата. А потом... я вернусь к тебе, моя дочь.

О том, в чем именно заключалась суть его Договора с леди Виолой, отец не обмолвился ни единым словом.

Он строго проследил за тем, чтобы я принесла клятву Императору — ту самую, которую теперь было невозможно нарушить. Эрэйн молча протянул ему руку, скрепляя соглашение, а Виола просто стояла в стороне и неотрывно смотрела на фейри.

Эллар-Марр не стал задерживаться. Он подошел ко мне, бережно сжал мои плечи своими большими, горячими ладонями и покровительственно, нежно поцеловал в лоб.

— У нас еще будет много времени на знакомство, дочь моя.

Затем он перевел тяжелый, пронзительный взгляд на моего истинного.

— Береги её, лорд теней.

— Буду беречь как собственную жизнь, — не раздумывая ни секунды, твердо ответил Кейган.

Отец коротко кивнул, принимая эти слова как непреложную клятву, и отпустил меня. А потом он посмотрел прямо на леди Виолу. Воздух между ними, казалось, заискрил от невысказанных тайн.