Вторая истинная для главы Тайной канцелярии (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 22

И снова он категоричным жестом не позволил мне убрать за собой посуду.

Сытая Мими начала клевать носом.

Кейган тут же мягко подхватил её на свои сильные руки, и кроха практически сразу же уснула, доверчиво прижавшись щекой к его плечу. Он пошел вперед, на второй этаж, а я безмолвной тенью последовала за ним.

Наверняка здесь должна была быть детская комната. И правда, она оказалась напротив его спальни. Когда он толкнул белую дверь, я замерла на пороге.

Внутри всё было выполнено в нежнейших розовых и персиковых тонах.

Это была спальня для настоящей маленькой принцессы!

Я сама задохнулась от восторга, насколько там всё было красиво, словно воплощенная детская мечта.

Изящные рюшечки, тончайшие оборочки, дорогие кружева на подушках, невероятно красивые тяжелые шторы. Над кроваткой висел нежно-розовый воздушный балдахин, на полу лежал такой пушистый светлый ковер, что в нем утопали ноги.

Вся мебель была сделана из редкого белоснежного дерева.

Сама кроватка стояла маленькая, но Мими пока еще идеально помещалась в ней.

Кейган бережно, словно хрустальную драгоценность, опустил девочку на матрас.

В комнате свежо чистотой — видимо, бытовые маги привели её в идеальный порядок за то время, что мы гуляли в парке. Лорд накрыл дочь воздушным, тонким одеялом, а потом оставил свои тени сторожить её. Густой, живой мрак черным облаком ласково окутал светлую кроватку и лег на девочку защитным, непроницаемым туманом.

Я нервно попятилась, когда лорд Кейган выпрямился и посмотрел на меня.

Шаг назад. Еще шаг.

Я совершенно не знала, куда себя деть и куда спрятать глаза.

— Поговорим, — не спросил, а поставил перед фактом лорд.

Я неуверенно, судорожно качнула головой, вжимаясь в дверной косяк. Сердце забилось о ребра.

— Переоденься, найди у себя в комнате что-нибудь подходящее из того, что привезли, и спускайся в мой кабинет, — неожиданно спокойно, даже как-то мягко проговорил он, видя мой животный испуг.

Я снова заторможенно кивнула, резко развернулась на пятках и поспешила в свою гостевую комнату.

И правда... там тоже навели идеальный порядок. Пахло свежестью, постельное белье на огромной кровати было поменяно на новое. А еще... я затаила дыхание, когда открыла створки массивного платяного шкафа.

На вешалках аккуратно висели пара строгих, но элегантных брючных костюмов из мягкой ткани, пара красивых домашних платьев и одно потрясающее платье на выход.

Я задохнулась от восторга. Осторожно трогала, гладила эти наряды своей здоровой рукой. Я никогда в жизни не ощущала таких благородных, струящихся тканей!

А когда на отдельной полочке я увидела аккуратно сложенное нижнее белье... то вся вспыхнула. Стало так мучительно, невыносимо стыдно!

И только робкая, спасительная мысль о том, что глава Тайной канцелярии точно не сам ходил по лавкам и выбирал эти кружевное безумие, а поручил это кому-то из безликих подчиненных, немного помогала мне ровно дышать.

Но всё равно мои щеки пылали огнем. Дрожащими руками я сняла с себя мужскую рубашку, сбросила старые штаны и надела то белье, которое лежало сверху.

Оно было из тончайшего, невесомого, безумно дорогого кружева, которое ласково легло на мою истерзанную шрамами кожу. Я впервые за долгие годы, почувствовала себя не чудовищем, как говорила постоянно Эра, а женщиной.

Глава 19

Глава 19

Я нашла в шкафу домашнее платье.

Ну, «домашним» это только я его мысленно окрестила.

На самом деле оно было сшито из такой струящейся, дорогой ткани и было настолько изысканным, что для меня оно стало бы самым парадным нарядом в том мире, где мы жили раньше.

Но здесь, в особняке высшего аристократа, видимо, именно в таких вещах было принято просто ходить по дому.

Непышная, невероятно удобная юбка длиной чуть ниже колена и воротник-стойка. Цвет — глубокого, нежно-зеленого оттенка, который удивительно подходил к моим рыжим волосам.

Платье было с длинными узкими рукавами, и когда плотная ткань полностью скрыла мои уродливые шрамы на запястьях, я едва не расплакалась от облегчения.

Неужели лорд Кейган действительно это учел при заказе?

Но когда я опустила взгляд вниз, на свои голые ноги, то с ужасом поняла, что нужно срочно искать какие-то плотные чулки, чтобы скрыть рубцы от кандалов на лодыжках.

И они, хвала богам, тоже нашлись на полке!

Чулки были нежно-бежевого цвета, с легким, едва заметным перламутровым отливом.

Когда я их надела, то убедилась: если специально не присматриваться, страшные шрамы практически не были видны.

В завершение я надела мягкие балетки, которые тоже были заботливо оставлены здесь, — артефакт тут же мягко сжался, идеально подстроившись под размер моей ступни.

Я переплела свои густые рыжие волосы в другую, более аккуратную косу, глубоко вдохнула, собираясь с духом, и вышла из спальни.

Медленно спустилась по широкой лестнице и подошла к массивной двери кабинета лорда.

Сердце глухо и часто стучало о ребра. Я занесла руку, сжатую в кулак, чтобы постучать по дереву, как вдруг раздался глубокий, властный голос:

— Входи, Тина.

Лорд Кейган снова почувствовал мое присутствие. Я сглотнула, нажала на ручку и вошла. Осторожно, на самый краешек кресла, присела напротив его огромного рабочего стола и нервно расправила складки платья на коленях.

Я робко посмотрела на лорда. Блэквут сидел в своем кресле и очень внимательно, не отрываясь, смотрел на меня.

Его темный, проницательный взгляд медленно скользнул по моему лицу, обрисовал скулы, а затем спустился чуть ниже, изучая фигуру в новом наряде.

Я мгновенно густо покраснела под этим сугубо мужским, оценивающим взглядом. Он тут же уловил мое смущение, поднял взгляд обратно к глазам, и дышать стало чуточку легче.

— Тебе идет это платье, — вдруг низко, с какой-то странной хрипотцой проговорил лорд.

Я от неожиданности до боли прикусила щеку изнутри и неуверенно кивнула. Это было так необычно...

Впервые в моей жизни кто-то искренне сказал, что мне идет наряд.

Не моей сестре, а именно мне!

Мне кажется, я даже от родной мамы никогда не слышала подобных комплиментов. Всегда только Эра была на первом месте, всегда она была признанной первой красавицей, а я — лишь её невзрачной тенью.

А потом я внезапно вспомнила о своих уродливых шрамах на лице, и… вся мимолетная радость от неожиданного комплимента лорда мгновенно пропала, словно её сдуло ледяным сквозняком.

На душе стало ужасно, невыносимо горько. Я словно с размаху ударилась о невидимую стену жестокой реальности.

Хотя… он ведь совершенно не говорил обо

мне

. Он лишь сказал о том, что мне идет это платье.

Платье, да, было действительно совершенно прекрасным и дорогим!

А я под ним оставалась всё тем же сломанным, изуродованным чудовищем, чье лицо несет следы чужой ненависти.

— Что случилось, Тина? — его глубокий голос внезапно разрезал тишину кабинета, заставив меня вздрогнуть. — Я что-то не так сказал?

В его тоне не было насмешки, только острое, хищное внимание профессионального безопасника, который моментально уловил малейшую перемену в моем настроении.

— Нет. Нет, всё хорошо, — поспешно, слишком нервно ответила я, опуская голову, лучше бы я распустила волосы, тогда бы они скрыли поврежденные щеки. — Платье и вправду потрясающее.

В кабинете повисла неловкая, тяжелая тишина.

По крайней мере, для меня она была неловкой и давящей.

Лорд же, напротив, мрачно нахмурился, его темные брови сошлись на переносице. Он продолжал сверлить меня своим немигающим взглядом.

Я судорожно сжала подол нежно-зеленого платья в кулаки, сминая гладкую ткань до побелевших костяшек.

Я не смотрела на лорда.

Куда угодно: на массивный стол, на корешки старинных книг в шкафу, на темные узоры ковра, но только не на него.

Не в эти черные глаза, которые, казалось, проникали в душу.