Дед в режиме демона. Том 7 (СИ) - Решетов Евгений Валерьевич "Данте" - Страница 3

Откуда-то из боковой, второстепенной, улицы вырвался чёрный внедорожник с золотистыми дворянскими гербами. Раздался истошный визг тормозов и громкий сигнал клаксона, резанувший по ушам. Но уже ничего нельзя было сделать.

Внедорожник с грохотом впечатался прямо в правый бок «ауди», сминая металл с чудовищной силой. Полетели брызги разбитых стёкол и запахло бензином.

Глава 2

«Ауди» от мощного удара внедорожника заскользила по асфальту к тротуару. У меня челюсти громко щёлкнули, ремень безопасности больно впился в грудь, а в лицо полетело крошево разбитого бокового стекла. Дверь и стойка вмялись в салон, разорвав моё плечо до самой кости. Брызнула кровь.

И в этот миг колёса ударились о бордюр, из-за чего «ауди» завалилась набок, а потом с грохотом рухнула на крышу.

Водитель безвольно обмяк, касаясь руками крыши. Ремень безопасности натянулся на его шее, покрывшейся кровью, сбегающей с виска. Глаза мужчины были закрыты. А в воздухе нарастал химический запах бензина, соседствуя с тошнотворной вонью жжёных покрышек.

— М-м-м, — простонал я, пытаясь левой рукой избавиться от ремня безопасности, не дающего выбраться из покорёженного авто.

Правая рука висела плетью, но вдруг регенерация начала латать разорванную плоть и сухожилия. Включилась, мать ее! Как вовремя. Ну хоть один атрибут вышел из спячки! Хотя в целом, конечно, мое положение не ахти какое.

— Да что же мне так не везёт, будто я вовремя не поплевал через левое плечо, — процедил я, заметив в разбитом зеркале заднего вида отблески огня, охватившего заднюю часть машины.

И ещё этот грёбаный ремень безопасности словно желал моей смерти! Он никак не хотел выходить из замка! А у меня не хватало сил, дабы вырвать его! Разорви меня дракон!

Благо я сообразил призвать кинжал-артефакт. Его рифлёная тёплая рукоять оказалась в моей левой ладони, что позволило одним движением разрезать ремень.

Тело тут же полностью соскользнуло с сиденья на крышу. Раненое плечо пронзила боль, заставившая меня зашипеть.

Однако я, не мешкая, перерезал и ремень безопасности водителя. Тот тоже частично распластался по крыше, распахнув рот. Слюна на зубах отразила огонь, пробравшийся в салон. Он принялся жрать заднее сиденье, где ранее лежала сумка с оружием… и гранатами.

И хрен её знает, где она сейчас. Чёрный дым заволок салон, пробираясь в глотку и выжигая глаза. Не было никакой возможности искать сумку, чтобы предотвратить взрыв.

Я надрывно кашлянул и саданул ногой по разбитому лобовому стеклу. Оно выпало, напоминая полоску скотча, к которому прилипли куски битого стекла.

— Давай, давай, — прохрипел я, ухватил водителя левой рукой за плечо и выбрался на асфальт, разрывая одежду об осколки. Кое-какие впились и в ладони с коленями.

К счастью, мне хватило сил вытащить из машины и водителя. А тот весьма вовремя пришёл в сознание. Распахнул глаза и захлопал ими, как новорождённый, впервые очутившийся в этом жестоком мире.

— Мы попали в аварию! — выпалил я, вытащив его из-под нависающего капота. — Вставай! Надо валить! Сейчас гранаты рванут!

— Господин… господин, вы ранены? — просипел он, вставая на ноги.

Его качало из стороны в сторону, а дыхание с шумом вырывалось из груди.

— Нет, просто истекаю кровью для атмосферы! За мной! — махнул я ему пришедшей в норму рукой.

На плече остался лишь десяток вздувшихся шрамов, покрытых поблескивающей красной жижей.

— Может, успеем вытащить сумку с оружием? — прохрипел водитель, закашлявшись из-за чёрного дыма, попавшего в рот.

Уже вся машина была объята радостно ревущим оранжевым пламенем, почти касающимся проводов, натянутых между фонарями. Те освещали улицу, добираясь до стены старинного пятиэтажного особняка. Пара его окон вспыхнула светом, а за стеклом замелькали тени людей, разбуженных аварией.

Они явно уставились на нас, возбуждённо шушукаясь.

А я молча схватил кашляющего водителя за плечо и потащил его за собой в сторону внедорожника, отделавшегося крайне легко. У него только бампер был помят да ещё капот немного. Настоящий танк, а не автомобиль! Вот не могла в нас врезаться какая-нибудь «Ока»!

Да и хозяин у такой машины оказался соответствующим.

Пес его знает, что он делал, пока я выбирался из «ауди», но этот чёрт только сейчас вышел из автомобиля, открыв переднюю пассажирскую дверь. И мне сперва показалось, что это подручный самой Смерти. Он был невероятно худой, костюм на нём висел как на швабре. Серые пакли волос облепили шишкообразный череп. Злые, колючие глаза ввалились, как и щёки.

А изо рта брызнула слюна, когда он прошипел:

— Вы что наделали, смерды⁈ Теперь до конца жизни не расплатитесь, ублюдки! Уроды грёбаные! Если я из-за вас опоздаю в проход, то ещё и всю вашу сраную родню заставлю работать на меня, чтобы покрыть причинённый вами, двумя идиотами, ущерб! Где ты только права купил, морда!

— Дык… виноват ваш шофер. Мы же по главной дороге ехали, — промычал водитель, кивнув на знак.

— Ты мне ещё поговори, собака! — выпалил аристократ и замахнулся кожаными перчатками, стянутыми с болезненно худых рук с синими венами.

Водитель непроизвольно вжал голову в плечи, стоя возле меня.

А я лихорадочно глянул на горящую «ауди» и тряхнул головой, прогоняя мерзкий звон в ушах, а затем выпалил, глянув на окна дома:

— В машине гранаты! Отойдите от окон! Они осколочные! Прячьтесь!

— Пфф, — насмешливо фыркнул дворянин. — За идиота меня держишь? Думаешь, куплюсь на твою детскую уловку, а ты сбежишь?

Я не стал его разубеждать, а молча активировал артефакт скорости и от всей души вмазал кулаком в острую челюсть аристократа, успевшего столько раз оскорбить меня, что хватило бы на пару казней.

Костяшки пальцев обожгло болью, выступили капельки крови. Но зато перекошенное яростью лицо аристократа дёрнулось. Голова откинулась вправо, а изо рта вылетел зуб. Он трагично упал на асфальт и покатился по нему, исчезнув между прутьями решётки ливнёвки.

А его хозяин буквально через миг тоже рухнул на асфальт, глядя мутным глазом, лишённым сознания, на водительскую дверь внедорожника. Из него выскочил поджарый брюнет в чёрном костюме. Брови были решительно сведены, ноздри гневно раздувались, а в руках находился пистолет, холодно отразивший свет от огня, пожирающего «ауди».

Я закричал брюнету, увлекая водителя следом за собой на асфальт:

— Ложись, дебил, сейчас рванёт!

— Я не настолько наивен, — ухмыльнулся тот, блеснув волчьими глазами.

Однако уже через миг он повалился возле машины, прикрыв голову руками, когда внутри «ауди» произошёл взрыв.

Машину аж подбросило. Во все стороны полетели искры. Заднюю дверь вырвало, а мимо меня прокатилась горящая баранка руля. Осколки забарабанили по внедорожнику и стене дома. Жалобно зазвенело разбитое стекло, раздался чей-то вскрик — какого-то умника, решившего, что ему ничего не грозит.

Такие люди из-за любопытства всегда лезут в самое пекло, наплевав на безопасность. А если получают рану, то сразу поднимают вой — убили, покалечили и требуют компенсацию. Они же просто одним глазком, даже не подходили, мимо прогуливались, а тут вон оно что…

Но умника вроде бы поразило не насмерть. Из разбитого окна вылетел вполне живенький мат, приправленный стонами боли.

— Твою мать! — дрожащим голосом выдохнул брюнет, убрав руки с головы и оторвав подбородок от асфальта.

Наши взгляды встретились.

— И на кой хрен ты лёг? Ты же, млять, не наивен, чтобы верить мне! — оскалился я, быстро вскочил на ноги и помог подняться своему водителю.

— Ку… куда? — заикаясь, выдал брюнет, глядя, как я забираюсь на водительское сиденье внедорожника.

— Туда, — кивнул я вдоль дороги, покосившись на моего водителя.

Тот с кряхтением уселся на пассажирское место. Кровь уже не бежала по его виску, а взгляд с жалостью смотрел на догорающие останки ласточки, закончившей жизнь весьма эпично.