Удачное Время (СИ) - Самылов Алексей Леонидович - Страница 6

— У меня быть голодные обмороки, — ответил Артур. — С едой быть плохо.

— А что у вас с речью? Вы не понимаете, что говорите неправильно?

— Всё я понима…ю, — ответил парень. — Я же говорить, слова забыл.

«Что-то мне это не нравится» — подумал Артур, когда женщина приобрела очень задумчивый вид.

— Волосы были не белые, — добавила тут Танатрия.

— Да, я уже поняла, что имеет место какое-то сильное воздействие, — ответила врач.

Ну, а кто это ещё? А нет, целительница. Тут так они называются.

— И он говорить не мог, — продолжала сдавать Танатрия.

— В смысле, вообще? — деловито уточнила целительница. — И детородная функция… Снимайте халат и ложитесь.

«О, похоже, приплыли».

Артур вздохнул. Поднявшись, он стащил халатик. А дама, кстати, задёрнула шторочку, отделив кушетку от остального кабинета.

— Ну-с, — произнесла целительница, причём таким тоном, что у Артура засосало в животе. — Приступим.

И начала с ног.

— Это как вы так натоптали? — спросила она, без всякой брезгливости задрав Артуру ногу так, что подошва оказалась буквально перед её лицом.

— Обувь потерял.

— Потеряли или выкинули?

— Потерял. Развалилась.

Левую ногу положили. И тут же была задрана правая.

— А потеряли обувь на рудниках, так? — спокойно уточнила целительница, стукая пальцем по ноге в том месте, где был браслет цепи.

Заметить не очень сложно. В этом месте образовалась широкая мозоль.

— Выходит, так.

Дама строго посмотрела на парня.

— Артур, меня не интересует прошлое пациентов. Я исцеляю. Я же сказала говорить правду.

— Потерять обувь. Всё.

Целительница вздохнула, опустила ногу.

— Это ваше дело. Меня интересует, на каких рудниках. В смысле, какое было воздействие?

Артур нахмурился.

«Да чё теперь уже».

— Белые кристаллы, — негромко ответил он.

— Сколько дней? Декад? — и видя хмурость на лице пациента, накинула ещё. — Сезонов?

— Лет, — ответил Артур. — Я думать. Время там… Не понять.

— Лет? — на лице дамы проступило недоверие. — Это… Хм. Ладно, продолжим.

И, чуть раздвинув ноги (Артура, конечно), стала ощупывать голени. Одну, другую.

— Да, асситуда изрядная, — пробормотала она. — Словно… м-да.

Дальше перешла на бёдра. Сначала она пальцами прям давила, причём с болевыми ощущениями, потом зачем-то несколько раз проводила ладонями, едва касаясь кожи. Артур едва сдержался, когда его начали щупать… за самые нежные места. Дамочка покатала шарики, потом повертела младшего Артура, словно пыталась завести мотор. Затем общупала всё рядом.

— Странно.

Потом двинулась выше. Долго водила руками по животу.

— Да что…

А потом резко разогнулась, развернулась, рванула в сторону штору.

— А… — голос Танатрии.

— Позже, — бросила целительница.

«Если что, можно в окно».

Артур же планировал план побега. Танатрия на него строго глянула.

«Да хрен мы сбежим» — с тоской подумал парень.

Наставница по любому догонит. Это если вообще допустит рывок.

— Госпожа Ханнарен, — произнесла Танатрия. — Если необходимо доплатить…

— Не нужно! — рявкнула целительница.

Да-да, прям рыкнула. А вот у Артура чуть отлегло. Вроде бы Танатрия не собирается его упрятать в рубашку с длинными рукавами. Смотрит строго, но не с жалостью. Наоборот, зыркнула. Видимо, чтобы скорбный на голову ученик вёл себя прилично.

А целительница вернулась. На её руках были надеты перчатки. Кожаные. Указательный и безымянные пальцы были обрезаны по первые суставы. На внешней стороне кисти довольно крупные зелёные самоцветы. На пальцах красные (на указательных), на средних азуры, дальше найтрумы. На мизинцах по три маленьких бусины зелёных.

— Сейчас разберёмся, — почему-то со злостью, так показалось Артуру, произнесла женщина.

И, нагнувшись, взялась за голову.

— Э-э.

И при этом коснулась своим лбом чела Артура.

— Тихо, — властно оборвала комментарий целительница…

… Знаете, что сделала эта… Эскулап? Она как-то организовала Артуру стояк. Да-да! Прям стояк! И не просто сделала! Потом ещё и рукой… подёргала!

— Всё, одевайтесь.

И, как ни в чём не бывало, ушла! И не думайте, что Артур сейчас испытал какие-то приятные ощущения. Вообще не так! Было полное впечатление, что ему очень нужно в туалет по маленькому, причём с какой-то резью в том самом органе.

Неловко сев, Артур тут же подтянул халатик. Член, хвала… кому-то, тут же опал. С этим пропали и болезненные ощущения. А то будто гирю прямо на лобок поставили.

«Не задалось с личной жизнью, нехрен и начинать», — морщился парень.

Если он вот с такими… Если все будет вот так проходить, то в гробу он видал все эти сексы! Артур, с некоторым трудом поднялся с кушетки. А теперь будто по большому приперло. В животе тяжело, до боли.

Отдёрнув штору, парень дошёл до одного из двух стульев, стоящих перед столом.

— Первый вопрос, — заговорила целительница. — Когда вам удалили складку Девена?

— Чего?

— Хм. У вас когда-нибудь болел живот, как будто вы рану получили? При этом наблюдается полное отсутствие аппетита, рвота, живот вздувается.

— Хэ, я…

Танатрия же постучала по виску. Своему.

— У него в самом деле проблемы, — произнесла наставница. — Он тут у вас чуть фазар не съел. Он реально не помнит.

— И вот это странно, — выдала целительница. — Я нашла последствия от сильного воздействия. Но именно последствия от травмы не увидела. Либо её очень качественно исцелили. Но это определённо не проклятье. С Артуром таких манипуляций не производили. Нигде, ни в какой области тела. Его память, я практически уверена, не должна была пострадать. Если всё было так, как вы описываете, я должна была увидеть физическое поражение мозга. А такое, даже залеченное, не скроешь. Ни-как.

Танатрия теперь посмотрела на Артура.

— Что? — произнёс парень. — Я не знаю. Объяснять никак.

— Вы специально коверкаете слова? — строго спросила целительница. — Не нужно бояться, Артур. Я допускаю, что вы каким-то образом сознательно заблокировали свою память.

— А такое может быть? — удивилась Танатрия.

— Конечно, — кивнула Ханнарен. — Здесь я такое видела и не один раз. Когда человек испытал настолько сильный шок, что просто хочет забыть и не осознаёт этого. Но, надо отметить, чтобы настолько… обширно — такое впервые.

— Госпожа, но настолько большой шок можно испытать только в андонах, — заметила Танатрия. — Вы же видели, Артур точно не был бойцом.

— Зато был заключённым, — парировала целительница. — Причём, в шахте найтрума.

«Что-то у меня ощущение дежавю».

Словно ему снова десять. И он слушает, как маме объясняют последствия пареза.

— Длительное воздействие нейтральной праны — это весьма… не полезно, — продолжала женщина. — В постоянном поле такой праны постепенно происходит замещение собственной праны на эту. На начальном этапе это даже неплохо, но если воздействие длительное, то начинают нарушаться процессы в организме. А со слов Артура…

Целительница посмотрела на парня. А общалась сейчас больше с Танатрией.

— Он пробыл в поле найтрумов около года. Что, вообще-то, должно привести к очень печальным итогам. Общие нарушения в организме, нарушения в работе мозга и вполне допустим летальный исход. Даже одарённый может без серьёзных последствий выдержать сезона три. Год же… если только изначально был в хорошей форме.

«Сезон — это же сто дней?»

— Вывод, — продолжила Ханнарен. — Пребывание в шахте привело к травматической амнестии. Я вижу нормальное течение праны, но прана может быть не его, а нейтральной. Тогда всё встаёт на свои места. Когда вы освободились, Артур, неужели вас не осматривал целитель?

— Когда я освободиться, я немного убить охрану, — выдал парень

Потому что уже пофиг.

— Хотел бы побольше, да не выйти. Потом бежать и зайти в андон. Почти сдохнуть от голода.