Жизнь полна неожиданностей - Чейни Питер - Страница 1

Питер Чейни

Жизнь полна неожиданностей

Peter Cheyney

NEVER A DULL MOMENT

© И. Б. Иванов, перевод, 2026

© Издание на русском языке, оформление.

ООО «Издательство АЗБУКА», 2026

Издательство Азбука®

Глава 1

Я прокололся!

Да, жизнь полна неожиданностей!

Не то слово! Может, ты один из тех парней, чья жизнь катится по накатанной, и всегда знаешь, чем займешься завтра. Хотел бы я так пожить, однако сейчас моя жизнь настолько туманна, что порой я не знаю, чем занимался вчера.

Скажете, я свихнулся? Может, так оно и есть.

Наверное, кто-то из вас слышал обо мне. Зовут меня Лемюэл Генри Коушен. Для вас просто Лемми Коушен. В потайном кармане у меня лежит удостоверение агента Федерального бюро расследований, и я вечно попадаю в разные передряги, связанные с моей профессиональной деятельностью. Большую часть жизни я провел, гоняясь за бандитами, жуликами, ворюгами разных мастей (вплоть до карманников), фальшивомонетчиками, наводчиками, орудующими в разных штатах, ушлыми похитителями людей, торговцами белыми рабынями, наркоманами и распространителями этого зелья, а также контрабандистами, шустрящими на приграничных территориях, и цыпочками, которые им помогают. Мне доводилось выслеживать и ловить всех, кто тем или иным образом нарушил закон в любой части Соединенных Штатов и слинял за границу. Я гонялся за толстяками и худышками, за теми, кто привык полагаться на свинцовые «аргументы» своего пистолета и кто рассчитывал за счет цветистой болтовни выпутаться из опасной ситуации.

Приходилось мне гоняться и за дамочками. По разным причинам. Нет, эти причины не имели ничего общего с любовными похождениями. Обычно я ловил опытных и настолько изворотливых дамочек, что, если бы они вдруг начали оказывать вам знаки внимания, для вас было бы куда безопаснее прыгнуть без маски в бочку со слезоточивым газом.

Иногда я гонялся за дамочкам и из-за сердечных дел. Было такое. Но вот что я вам скажу, ребятишки. Порой куда проще поладить с какой-нибудь ушлой блондинкой из Оклахомы, нарушившей все мыслимые федеральные законы и законы своего штата, чем подступиться к настолько целомудренной малышке, которая опускает жалюзи на окне ванной всякий раз, когда ей кажется, что за ней в замочную скважину подсматривает какой-нибудь красавчик.

Я стою, прислонившись к решетчатым воротам. За ними простираются обширные владения местного гольф-клуба. Если вам вдруг любопытно: сейчас июль 1941 года, я в Бетчворте, графство Суррей, Англия. Очень милое место, и находиться здесь очень даже приятно. Впрочем, в моем нынешнем настроении мне понравилось бы любое место.

Одиннадцать часов вечера, но по-прежнему довольно светло, как бывает в этих широтах летом. Окружающее пространство выглядит великолепно. Пахнет травой, сеном и прочими летними ароматами. Меня окружают просторные лужайки, аллеи, окаймленные деревьями лайма, и еще много чего, что оценили бы вы, если являетесь любителем английских сельских пейзажей. Мне эти места понравились бы еще больше, будь я художником, а не обычным агентом ФБР, который не попадается на женские уловки, имеет скудное чувство юмора и мозоль на левой пятке.

Толкаю ворота, но они не открываются. Неудивительно. Я уже привык, что все происходит совсем не так, как бы мне хотелось, и не усматриваю в этом ничего странного. Однако я из тех парней, кто преодолевает возникшие препятствия. Упираюсь в верхушку забора, перемахиваю через него, задеваю ногой за прутик и распластываюсь, выбив собой приличный ком английской земли. Отпускаю несколько веселых и оптимистичных комментариев по этому поводу, отряхиваюсь и чешу по тропинке, что ведет через лужайки к липовой аллее.

Вообще-то, я намеревался отдохнуть в здешних краях, а вляпался в очередное дело. В один прекрасный день я попросту запрусь на кухне и буду раскладывать пасьянс, только бы не оказаться втянутым в водоворот обстоятельств, заставляющих меня делать то, чего мне не хочется.

Какой приятный здесь воздух. Днем стояла жара, но сейчас дует прохладный ветерок. Поднявшись на вершину холма, я вижу лишь продолжение липовой аллеи. Верчу головой в поисках дома. Ни намека. Наверное, кто-то из вредности взял и передвинул его. Прислоняюсь к дереву, закуриваю сигарету. Здесь я должен сделать отступление и рассказать вам, ребятишки, о своей поэтической натуре. Большую часть жизни я провел в поисках красоты. Какой именно? Она ходит с укладкой «помпадур» и в туфельках на четырехдюймовом каблуке. Изучение находящегося между этими крайними точками является моим хобби на протяжении многих лет. Это одна из причин, почему я философ, способный улизнуть всякий раз, когда ко мне приближается блондинка. Теперь вы знаете.

Однако не подумайте, что меня не трогает красота угодий здешнего гольф-клуба, на территории которого я сейчас нахожусь. Гольф – довольно глупая игра, но имеет свойство затягивать, впиваясь в человека мертвой хваткой. Именно игра в гольф помогает обитателям этого острова распевать «Выкатывай бочку»[1], когда немцы сыплют бомбы на Лондон, стараясь попасть в купол собора Святого Павла. Один умный парень сказал, что характер выковывает среда, в которой ты родился и вырос. Он знал, о чем говорил.

Снизу по склону поднимаются двое парней. Обычно таких называют энтузиастами. Один в форме ополчения. На плече висит мешок с клюшками для гольфа. У второго такой же набор этих орудий для пыток. Он в синей рубашке и с заметной лысиной. Возможно, они мне что-то подскажут.

Жду, когда они поравняются со мной, затем обращаюсь к ополченцу:

– Добрый вечер. Может, подскажете, как мне найти мистера Шрибнера? Макси Шрибнера. Насколько понимаю, его дом где-то поблизости.

Ополченец задумывается, потом отвечает, что, скорее всего, Шрибнер и есть человек, живущий в белом доме по другую сторону аллеи. Это за четырнадцатой лужайкой. Если по прямой, то в трех четвертях мили отсюда. Он указывает мне примерное направление, и они уходят.

Пройдя немного, сажусь на пень, закуриваю новую сигарету и думаю, какие слова скажу этому Шрибнеру, если его найду. Мне досталось задание, где ни черта не известно и приходится постоянно строить догадки.

Сижу, думаю и вдруг обнаруживаю, что мысли мои совсем далеки от предстоящей встречи со Шрибнером. Я вспоминаю дамочку, с которой полтора года назад познакомился в Омахе. Редкий экземпляр. Природа щедро наделила ее всем, а если что и недодала, то сущую мелочь. Можно сказать, пылинку, которую и заметить-то невозможно. Вот такая дамочка. Блондинка, страстная и упертая. Такие дамочки позволят вам все, что вы желаете, но при условии, если им самим не захочется еще чего-то. Помню, как сидели мы с этой малышкой на заднем крыльце. Вечер был под стать нынешнему. Она говорила:

– Лемми, ты из тех парней, которым надо все сполна, а если тебе не удается это получить, ты становишься настолько несчастным, что готов утопиться в озере. Если на тебя нахлынут душевные страдания, не отчаивайся. Ты или выберешься из них, или кто-то перережет тебе глотку. Готова побиться об заклад, это сделает женщина.

Это, парни, подталкивает вас к выводу, что я – парень осторожный и с дамочками веду себя по-умному. Может, так, а может, и нет. Но ни у кого не получается вести себя с дамочками по-умному. Если какому-то парню и удается слинять от красотки с привлекательной задницей и сверкающими глазами, он просто родился под счастливой звездой и у него чертовски развита интуиция, позволяющая в нужный момент выбрать верное направление. В беду может вляпаться каждый, однако выбраться может только по-настоящему умный тип, особенно если беда связана с дамочкой.

Прихожу к выводу, что бесполезно думать о том, что я скажу Шрибнеру. Сначала нужно увидеть этого парнишу. Бросаю окурок и двигаю к четырнадцатой лужайке. Она находится на вершине небольшого холма, и когда я туда добираюсь, то вдали вижу белый домик с красной крышей. Он стоит в долине, окруженный пеленой тумана. Облегченно вздыхаю. Я все-таки нашел это логово.