Как я съел ваши фаерболы. Дилогия (СИ) - "Архимаг" - Страница 20

На полигоне бесновалась «Багровая вдова», трехметровая здоровенная мухоловка-мутант, гордость кафедры. Она щелкала зубастыми лепестками, брызгала на бронестекло ядовитой слюной.

— Эта тварь крайне агрессивна и реагирует на малейший всплеск чужой маны, — сурово вещал Строгов, поправляя очки элегантным жестом. — Один неверный шаг, и она проглотит вас быстрее, чем вы скажете «помогите». Поэтому защита… Волкова! Вы что вытворяете???

Что вытворяла Диана? О, Диана приревновала к Росянке. Почему эта тупая трехметровая дура Строгову интереснее, чем она, ходячая божественная харизма? Почему элитные гены полубогини игнорируют?

Пора показать этому серьезному мальчику, какая девочка ему нужна.

Одним ударом она пробила бронестекло, проделав в нем широкую прореху. И шагнула прямо в зону поражения.

— Волкова, назад! Она вас сожрет! — впервые в ледяном голосе магистра прорезалось что-то живое. Он потянулся к поясу за артефактом контроля.

Диана лишь кокетливо поправила волосы. «Ага, заволновался, мой сладкий пирожочек», — самодовольно подумала она.

Огромный бутон Багровой вдовы с мерзким, плотоядным шипением метнулся к хрупкой блондинке. Растение широко распахнуло пасть, усеянную рядами бритвенно-острых древесных шипов.

Ещё чуток, и талия дерзкой первокурсницы будет перекушена пополам с довольным чавканьем.

Диана лишь чуть подалась вперед, изящно приоткрыла рот и сделала быстрое, почти незаметное для человеческого глаза хищное движение. В воздухе над ее головой мелькнула призрачная волчья пасть.

Хрусь.

В оранжерее повисла мертвая, звенящая тишина. Студенты за стеклом перестали дышать.

Диана задумчиво пережевывала оторванный кусок самого опасного цветка в Академии. В ее ноздри плавно втягивалась странная зеленоватая дымка, сгустившаяся над ее головой.

Реликтовый монстр, внезапно лишившись верхней половины своей «головы», застыл в шоке, а затем жалобно запищал, обильно поливая землю фиолетовым соком из ровного среза.

Студенты восхищенно заголосили, нахваливая профессора Строгова. Все они решили, что именно его сила укротила монстра и спасла беловолосую дурочку.

И только сам Строгов в шоке смотрел на Диану. Он-то сразу понял, что здесь к чему.

— Получай, стерва… — Диана причмокнула губами, деликатно проглотила добычу и подмигнула бледному, как мел, преподавателю. — По текстуре похоже на рукколу. Но суховата. И слишком много дешевого пафоса с ярко выраженным привкусом библиотечной пыли. Вы ее чем удобряете, Виктор Игоревич? Старыми конспектами?

Строгов открыл рот, но не издал ни звука. Его платиновые очки медленно сползли на кончик носа.

— Знаете, я вам сейчас покажу, как должны выглядеть нормальные домашние растения. А то у вас тут какой-то детский сад для веганов, — доверительно сообщила Диана. — Пушок, покажи мордашечку!

Прямо из бетонного пола, разнеся в пыль армированную плитку, с грохотом вырвалась Гигантская Орхидея. Ее пульсирующий стебель толщиной с фонарный столб радостно извивался, а раскрывшийся черный бутон явил миру три ряда вращающихся зубов.

— Фас, — Диана изящно щелкнула пальцами.

«Пушок» радостно чавкнул, в один бросок заглотил остатки трехметровой Багровой вдовы и громко, смачно рыгнул кислотным облачком. После чего монструозный цветок Бездны свернулся петлей, склонил шипастую голову прямо к ногам Дианы и начал тереться об ее колени, как гигантский ласковый щенок, ожидая похвалы.

Диана с нежностью почесала жуткого монстра за упругим плотоядным лепестком.

— Ну как я вам, профессор? — она невинно захлопала ресницами, стреляя глазками в онемевшего Строгова. — Я сдала практику? Или для автомата мне нужно пожевать еще что-нибудь… или кого-нибудь?

Неловкая ситуация с мухоловкой, на удивление, не закончилась отчислением. Даже имперскую гвардию не вызвали, что вообще из ряда вон.

Студенты благополучно решили, что Пушок — просто ещё один из питомцев кафедры боевой ботаники. И Строгов вызвал его, чтобы утилизировать остатки Росянки.

Когда Пушок сыто икнул и втянулся обратно под плитку, магистр Строгов медленно снял запотевшие платиновые очки. Он долго смотрел на пробитый пол, потом на Диану.

Та хлопала ресницами, с видом робкого стеснительного солнышка поправила локон.

И тут ледяной красавчик-преподаватель вдруг едва заметно, но совершенно искренне улыбнулся.

— Я не одобряю столь дикий подход, сударыня Волкова, — прокашлялся он, возвращая на лицо серьезный преподский покерфейс. — Но ваши таланты хороши, что ж скрывать.

— Очень хороши, — Диана закусила нижнюю губу, сверкая глазками. Её белый пушистый хвостик плавно ходил из стороны в сторону.

— Вы смогли пробудить своё Ядро? — с любопытством уточнил преподаватель. — Насколько я слышал, у Старших наследников Волковых есть определенные трудности с Даром. А тут вы приходите и показываете… такое. У меня нет слов.

— Ах, Виктор Игоревич, когда я смотрю на вас, у меня пробуждается не только Дар…

Преподаватель откашлялся, словно не знал, куда деться от огромных голубых глаз ученицы.

— Хм, искренне рад за Кровь Волковых. И всё же, на будущее, прошу держать себя в руках. Безопасность, знаете ли, превыше всего.

— Хорошо, магистр, если вы так просите, я буду вести себя прилично, — Диана скромно опустила глаза.

— Что ж… Недоразумение спишем на спонтанный выброс родовой энергии. Можете идти. И… да, практику, так уж и быть, засчитаю автоматом.

Диана торжествующе мурлыкнула, послала ему воздушный поцелуй и, покачивая бедрами, направилась к выходу. Жизнь налаживалась!

Пирожочек будет принадлежать ей, она решила!

Правда, триумф длился недолго. Ровно до главного двора Академии.

У массивных кованых ворот, украшенных гербами Северогорска, путь ей преградили три девицы. И не кто-нибудь, а аж местная элита. Те самые «альфа-самки», которые шагали по коридорам исключительно в слоу-мо, окруженные стайкой подсосов и подсосочек.

Впереди, кривя губы, стояла Анжелика, жгучая брюнетка из вассального клана Медведевых. Её школьная форма сидела безупречно, но юбка была вызывающе короткой. Если присесть, можно было даже разглядеть белоснежные кружевные трусики. На пальцах девицы сверкали кольца, и каждое стоило как годовая зарплата обычного работяги.

— Эй, дворняжка, на какую помойку ты так торопишься? — Анжелика скрестила руки на груди, свысока разглядывая дешевую блузку Дианы (ту самую, отжатую… то есть, позаимствованную у кузины). — Ты, видимо, забыла, из какой дыры вылезла. Магистр Строгов не для такой дешевки, как ты. Если еще раз махнешь хоть одной ресничкой в его сторону, я лично сожгу твои позорные патлы до самых корней. Усекла?

Её подружки злорадно захихикали, словно репетировали эти мерзкие звуки с самого утра. Воздух вокруг Анжелики ощутимо нагрелся, запахло жженой карамелью.

Диана остановилась и принюхалась. После чего внимательно оглядела троицу с ног до головы. Присела, задумчиво осмотрела трусики Анжелики. Та покраснела и отступила на шаг, невольно прикрывшись рукой.

Диана тяжко вздохнула, словно решая сложнейшую математическую задачу.

— Ой, девочки-салфеточки… — Диана покачала головой с таким искренним сочувствием, что Анжелика даже растерялась. — Вы чего такие злюки, м-м? Трусики натирают, или потому что ваша мана пахнет, как дешевый освежитель воздуха «Морской бриз»? Серьезно, от вас аж прет пластиком и синтетикой. Фе.

Лицо Анжелики пошло красными пятнами.

— А ну схлопни свой помойный рот, дрянь!

Она вскинула руку. В её ладони с ревом вспыхнул огненный хлыст, крепкое заклинание высокого уровня. Девица с размаху ударила им наотмашь, целясь Диане прямо по лицу.

Диана щелкнула челюстями, перехватив клыками кончик хлыста. А затем с громким хлюпаньем втянула его в себя, словно длинную макаронину, обмазанную вкусным острым соусом. Или в нашем случае маной огня.

Анжелика вскрикнула, на ее ладони, в которой она держала хлыст, осталось красное пятно.