Руса. Архипелаг надежды (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович - Страница 79

Пришлось вести полимеризацию в эмульсии. Небольшие капли стирола с примесью пентанов, взвешенные в воде. Охлаждение при этом лучше, но процесс всё равно

Потом осушить и обработать струёй пара. Пентан и его изомеры вскипают и вспенивают массу. Всё? Ха! Как бы ни так!

— Честно скажу, если бы не девчонки, я бы плюнул! — признался я. — Вручную отбирать комочки подходящего качества… Мне нервы дороже!

Но главное — потом эти кусочки спекают с одновременным формованием изделий. Получалось, честно скажу, не очень. То перегрею и изделие «провалится» внутрь самого себя, то недогрею, и соединение кусков выходит непрочным.

— Я тебя не о том спрашивал! — напомнил толстяк.

— Без спасательных жилетов и кругов жёны меня на «Птицу Бенну» не отпустят! — признался я. — А без меня моряки отказываются плыть на «несчастливом» корабле.

— Ну и сделал бы жилет только для себя! — фыркнул он.

— Не по-людски это, — укорил я его. — А кроме того, где ты видел, чтобы я упустил случай заработать?

Сын Хирама одобрительно заржал.

— Вот то-то! Такой товар, если научиться его производить массово, принесёт немало денег. Ну и жизни моряков спасать будет, тоже дело богоугодное!

Вообще-то, корабль на воду уже спустили, но пока только готовят к испытаниям: парусное вооружение ставят, паровые котлы и двигатель, аккумуляторы… По всем расчётам получалось, что испытания начнутся примерно во второй половине августа. Для начала поплывём мы без груза и вдоль берега.

— И всё-таки не понимаю, зачем тебе жизнью самому рисковать? — вздохнул он. — Селитру возить и гаулами можно.

Я только рукой махнул. Ну как ему объяснить, что большой и быстрый корабль мне нужен, чтобы ходить за океан? Мне понравилась идея «архипелага надежды». Но по-настоящему её жизнеспособность проверится, когда мы станем торговать с Америкой.

* * *

— Что ты хотел сказать, Паламед?

— Господин, мы не можем произвести столько пороха, у нас селитры не хватит! — с поклоном ответил главный управляющий.

Наместник Западной Индии недоуменно моргнул.

— Ты меня не понял? У нас вообще-то война намечается. Как я буду защищаться без пороха? Чем стрелять? — тут Птолемей невольно дёрнул щекой. — Нам ещё повезло, что Савлак Мгели где-то капсюли добыл и готов нам продать, будет, чем скорострелки заряжать. Иначе не отбились бы!

— Господин, я всё понимаю! Но скорострелки у нас не из воздуха появились, Руса Еркат их в обмен на селитру даёт. И их, и станки для их производства, и мастеров… И господин Мгели тоже в обмен на капсюли селитру требует. И великий царь Александр тоже селитру требует.

— Погоди, ты хочешь мне сказать, что селитры, которую мы сами добываем, у нас просто не останется для самих себя?

— Нет, господин, что-то наскребём, но на нужное количество пороха — не хватит. И нарастить не получится. Людей не хватает…

Тут речь управляющего прервал странный звук, в котором он не сразу опознал скрежет сминаемого металла. Рука Птолемея Лагида медленно сжималась, плюща тонкостенный золотой кубок с вином, который он держал в руке. Красная жидкость стекала по его руке, пачкая нарядную тунику, но он, казалось, этого не замечал.

— Ты! — в бешенстве выкрикнул наместник. — Лично ты уверял меня, что в управляемых мной землях живёт больше семи миллионов человек! И ты не можешь найти работников, чтобы я мог подавить выступление мятежных царей и примкнувших к ним соседей⁈

— Великий, но как же? Сахарный тростник надо сажать, чайные плантации тоже, производство стали расширять… — лепетал управляющий. — Это же всё в планах предусмотрено…

— Ты, Паламед, меня не понял. Если через три месяца не будет нужного количества пороха, пас убьют. Не только меня, но и тебя, обеих твоих жён, всех наложниц, любимую дочку, сына-наследника, остальных детей… А вот если порох будет, то будет ровно наоборот. Тогда мы убьём мятежников, и я стану управлять их царствами. А ты — вести там мои дела.

Он наклонился к перетрусившему управляющему и выдохнул ему прямо в лицо:

— Теперь ты меня понял? Боги испытывают нас на прочность, сломаемся или мы, или враги!

Ответить тёзка легендарного эвбейского царя не смог, но часто-часто закивал. Увидел, что правитель успокаивается и обрёл голос:

— Я всё понял, господин! Всё решится… Сниму часть крестьян с полей и поставлю на добычу селитры. Урожай, правда, уменьшится… Но это ничего, зерно потом у мятежников из закромов выгребем.

— Вот! Молодец! Теперь вижу перед собой прежнего хитроумного Паламеда!

* * *

— Что за шум был? — пристал Михран к своему «няньке».

— Всё нормально, принц! — усмехнулся Эребунец. — Карфагенских лазутчиков схватили, убийц подсыльных!

— И кого убить хотели? — напрягся «воспитанник». — Меня?

— Успокойся! Хоть ты у нас и главный. Но в Новом Городе прекрасно понимают, что ни твоя, ни моя смерть эту войну не остановят. Да кого бы из командиров их подсылы ни убили, всё равно и замену найдут, и воевать продолжат. Ты же не думаешь, что других желающих на трон Триполитанского царства не найдётся?

— Тогда кого? Кто важнее командиров? О, я понял! Пушкарей и миномётчиков! И склад пороха и боеприпасов поджечь хотели.

— Уже лучше! — одобрительно улыбнулся Азат. — Пушки и миномёты у нас главное оружие. Стрелки, по сути, просто их охраняют. Всадники — ведут разведку, ходят в дальние дозоры и преследуют бегущих. Но ты всё равно не угадал. Давай, не ленись, думай! Кто у нас ещё важнее?

Юноша закусил губу, мучительно соображая, потом просиял и, вскочив, заорал:

— Я понял! Связистов они убить хотели! Голубей перебить, приёмник разбить, шифровальный блокнот сжечь или украсть.

— Молодец! — сотник одобрительно хлопнул принца по плечу. — Именно так! Без связи мы не сможем договориться о месте и времени встречи с кораблями снабжения, а собственных запасов надолго не хватит, пришлось бы нам отступать. Но к их несчастью, мы это давно вычислили и таких подсылов ждали. Так что война продолжается!

* * *

Войны, казалось, запылали по всему миру: в далеком Китае Царство Чу отбивалось от Цинь и прочих соседей, в степях северного Причерноморья савроматы опять рубились с сарматами, при этом и те, и другие не упускали случая пограбить армянских и персидских переселенцев-земледельцев, в Западной Индии Птолемей воспользовался бунтом соседей, разгромил их и теперь бодро захватывал окрестные земли. Впрочем, судя по тому, что на востоке, в долине Ганга, дела шли ровно наоборот, и взбунтовавшиеся индусы вот-вот помножат тамошнего наместника на ноль, на этом он не остановится и постарается взять под свою руку весь полуостров.

Македонский методично добивал карфагенян на Сицилии и на юге Пиренейского полуострова, Савлак Мгели и Тит отбивались от окрестных племён и искали алмазы. Нет, я помнил, что их много на песчаных пляжах Намибии, а самые крупные так и осели в устье реки Оранжевой.

Вот только где она, Оранжевая? Крупной реки с жёлтым или оранжевым окрасом воды мы не нашли, похоже, она появилась позже. Или легенды лгали, и реку так назвали вовсе не из-за необычного цвета воды?[2] Впрочем, неважно, теперь их люди методично искали камни, способные царапать корунд во всех крупных реках на африканском Юге.

По воле Македонского из небытия вынырнул и «царь Мавритании», под его формальным командованием отряды аборигенов и наёмники Синдиката захватывали западную часть Республики Карфаген, в то время как ливийцы и Патруль под формальным командованием принца Михрана покоряли восточную часть.

Впрочем, самый крепкий «орешек» Синдикату и местным не по плечу, и останется на следующий год, когда у армии Александра Великого дойдут до него руки. Ничего, как говорил король эльфов: «Я терпелив, я подожду!»

Даже там, где военные действия не велись, их дыхание ощущалось — возросли налоги, ковали оружие и доспехи, формировали пополнение… Я, к примеру, заканчивал испытания нашей «Птицы Бенну». Нет, ей вообще-то ещё плавать и плавать, но — уже без меня. Я и так на него две недели личного времени отдал!