Тень Шифира, или Семь мужей для попаданки - Олешкевич Надежда "AlicKa" - Страница 14

– Его темнейшество благосклонен ко мне, потому как нарек Диларой, а это имя единственной женщины-тенвика, которая была за всю историю Шифира.

– Именно, дэя. Это воительница, которую только видывал свет. Благодаря ей тенвики заняли обширную территорию и стали сильной расой.

– Но ведь женщинам не принято принимать участие в политике.

– Она была особенной.

– А женщинам, отличным от человеческой расы, тоже очень сложно найти себе пару? Их магия губительна для мужчин?

– Ваши мысли сейчас должны быть всецело поглощены выбранной темой. Его темнейшество недоволен вашим поведением, и наша задача – это исправить.

Точно, не у тех спрашивала. Потом нужно будет задать этот вопрос кому-нибудь другому, желательно Кешу, потому как он многое знал и рассказывал интересно. В груди защемило. Я отбросила прочь неприятные догадки, решив до последнего верить, что первый муж цел.

День тянулся бесконечно долго. Наставники никак не уходили. Позволили несколько раз перекусить, однако не стали оставлять меня одну, комментировали каждое мое действие и говорили, как делать правильно. Даже прием пищи стал пыткой.

Черный комок тем временем постоянно лежал на кровати. С интересом погладывал на нас своими бусинками и периодически менял местоположение. Сначала выбрал подушку, потом правый угол, за ним – самую середину. После ужина и вовсе куда-то исчез.

– Когда вы пройдете обряд и уже станете законной супругой его темнейшества, перед сном должны будете готовиться к его приходу. Помыться, причесаться, одеться в ночное платье, которое порадует его глаз, – не хотели угомониться наставники.

Когда же это закончится? Если честно, сейчас я даже обрадовалась бы проведению нового ритуала, вместо того чтобы еще хоть десять минут пробыть в компании этих неумолкающих зануд.

Как правильно садиться, держаться в кресле или за столом, как есть, ходить, поворачиваться, что можно надевать, а что категорически запрещено, какие виды кос не стоит носить, ибо у дарканцев своя мода. Удивительно, что не отправились со мной в купальню, чтобы показать, как правильно раздеваться и принимать водные процедуры. Я ненароком подумала, что именно так и поступят, потому что последовали со мной до двери.

– Завтра повторим пройденный материал, – сказал Ультрех.

– И будем строго следить за выполнением наших указаний, – добавил Глоранэс, второй наставник.

Наверное, за целый день я мысленно обратилась к Одилару столько раз, что у него уже развилась икота. Вот только иначе не представляю, как выдержала бы этот напор. Они попросту надо мной издевались!

Поскорее скрылась в купальне, едва не захлопнула дверь. Облегченно выдохнула и почти сразу увидела Найарда, отделившегося от стены. И я не до конца поняла, как он это сделал. То ли маскировался все это время, притворяясь ее частью, то ли вправду мог ходить сквозь твердые поверхности, то ли делал что-то похожее на то, что вытворял тенвик с тенями.

– Тш-ш-ш, – приложил он палец к своим губам, призывая к молчанию.

Широко улыбнулся. Я не стала сдерживать своих порывов и поспешила к нему навстречу, сразу утонула в объятьях мужа. Это сказка какая-то!

Сложно объяснить словами, насколько я устала за целый день, была не физически, а морально выжата после бесконечных нравоучений, которые будто молоточками били и били по голове. Цок. Цок. Цок. «Ты должна», «вот так правильно», «это в твоих же интересах», «нам лучше знать», «просто делай, дэя».

Мужчина втянул воздух у моего виска, довольно замычал и запустил пальцы в мои волосы. Я всхлипнула. Сама не поняла, почему вдруг дала слабину, ведь минуту назад стойко держала оборону и не пускала в себя чужие установки. Наверное, потому что сейчас осознала, что можно расслабиться, не быть сильной. Выдохнуть!

Зашуршали-затрещали плети, быстро окутывающие наши тела. Мы оказались в плотном растительном коконе и кромешной тьме. В следующий миг над нами появились пузатые цветы с роем искорок внутри и выплюнули их нам на голову, делая обстановку волшебной.

– Теперь можно говорить, нас не услышат, – сообщил мужчина и провел пальцем вдоль линии роста волос, всмотрелся в мое лицо.

– Точно? Здесь ведь темно, а эти крохи-огоньки оставляют тени.

– Мы в дереве, защищенном от любого магического воздействия, никто извне не сможет до нас добраться. Считай, стали его неотъемлемой частью.

Я осмотрелась. Потрогала невероятно прочные плети, еще мгновение назад двигающиеся, будто живые, поймала на палец светящуюся пылинку, которая пульсировала зеленым. В груди все колотилось от переполняющих меня чувств и слабости, от непролитых слез по самому Найарду, от попыток заглушить свои эмоции с помощью Одилара. Да, вроде бы получалось, но теперь настало время отката. И потому я старательно отвлекала себя хотя бы разглядыванием танцующих над нами крупинок, ибо иначе не выдержу и глупо разрыдаюсь.

– До сих пор не могу поверить, что это ты, – шепотом проговорил мужчина.

Трогал без конца. Мои волосы, кожу, шею, еще несколько раз нюхал и каждый раз оставался довольным.

Найард, мой Найард… Слеза все же скатилась по щеке.

– В последнюю нашу встречу я рассказывал, что происходит с растаном, потерявшим свою пару. Помнишь? – произнес, поглаживая большим пальцем мои губы.

– Да. Иссыхает изнутри. У тебя было что-то подобное? Ты ведь подумал, что я умерла, верно?

Он запрокинул голову, отрицательно покачал ею, словно внутри еще сидело что-то тяжелое, никак не оставляло его. Вздохнул. Я почувствовала, как его пальцы дрогнули, сгребли в кулак мои волосы на затылке, но потом разжались и помассировали.

Кажется, ему сложно дались эти полгода.

– Льяна, не смей больше уходить от меня, – вдруг произнес он и наклонился, чтобы завладеть губами.

Поцелуй с примесью горечи. Это напоминало попытку утолить жажду, с которой породнился. Будто ты пьешь, но не надеешься напиться, готовишься опять оказаться без живительной влаги и снова страдать. Чувствовалась эта нотка страха скорой потери.

– Тише, Найард, – смогла я на миг отстраниться.

– Не могу, – замотал он головой, обхватив мое лицо двумя руками. – Не хочу. Я просто еще не верю, что это ты. Ощущаю тот неуловимый запах тебя, пьянящую примесь, которая в прошлый раз мне так понравилась, но тем не менее сейчас все другое, ты другая.

– Это плохо? – опасливо поинтересовалась я.

– Это обескураживает. Я растерян. Мне нужно убедиться, нужно…

Он выпрямился, словно давая себе время совладать с собой.

– Тебе не нравится моя новая внешность?

Это был самый большой страх, что кто-то из моих мужчин ее не примет. Одилар сам сказал, что теперь я для него стала красивее. Истан вроде бы тоже отнесся положительно, хотя сложно судить только по коротким взглядам между нами и мелким телодвижениям. Найард же…

Я закусила губу в ожидании ответа, в то время как растан не спешил развеивать мои опасения, задумчиво молчал. Смотрел.

Впитывал то, что видел, переваривал. Мне же оставалось теряться в догадках и надеяться, что примет настоящую Ульяну.

– Будь мы незнакомы, ты захотел бы порадовать меня красивым подарком? Решил бы побаловать себя моей улыбкой? – все же не выдержала.

– Тише, милая Льяна. Дай насмотреться, дай увидеть тебя.

Потрогал волосы у виска, пригладил их. Очертил брови. Неотрывно следил за каждым движением своих пальцев: как они скользили по моей коже, спускаясь все ниже, не пропуская ничего на своем пути. Скулы, щеки, губы, подбородок. Все так внимательно, словно рисуя поверх них новый узор. Будто очередной комплимент, который только он умел делать. Изысканный, неповторимый. Шея, ключицы. Медленно, массируя, исследуя каждую впадинку, запоминая малейшую деталь, чтобы потом воспроизвести даже с закрытыми глазами. Грудь.

Мужчина коротко улыбнулся, позволил себе ненавязчиво ее сжать и двинулся дальше. Я же не собиралась строить из себя святую невинность. Уже приняла факт, что у меня будет шесть мужей и с каждым случится интимная близость. Если подумать, то только с растаном ее пока и не было. А вот с Алардом и Дэйраном так вообще одновременно все произошло, и ничего, всем вроде бы понравилось.