Кодекс Магических Зверей. Гепталогия (СИ) - Шимуро Павел - Страница 64

Ледяная вода оказалась настоящим спасением. Я долго и тщательно мыл каждую склянку, вычищая со стенок остатки содержимого, затем ополоснул их чистой водой и оставил сушиться на солнце. Одежда и руки были в грязи, так что пришлось раздеться и окатить себя ледяной водой из ведра — взбодрило невероятно.

Когда склянки высохли, я аккуратно обмотал каждую мягкой тканью, чтобы они не бились друг о друга в дороге, и уложил в ранец. Стоило закончить, как вдруг вспомнил об одном деле, которое всё время откладывал: табличка на дверь! Нужно предупредить возможных клиентов, что лавка временно не будет работать.

Идея, как сделать такую табличку, уже давно крутилась в голове. По тому же принципу, что и «прайс-лист»! Я прошёл в загон, где были сложены берёзовые дрова, выбрал одно покороче и пошире, и принялся за работу. Это заняло несколько часов кропотливого труда.

К концу работы у меня получилась дощечка чуть больше ладони шириной и длиной с предплечье. Одна её сторона стала относительно гладкой, если не считать нескольких глубоких царапин от ножа.

Взяв мелок, я вывел на ровной стороне крупное, жирное «ЗАКРЫТО». Буквы получились немного корявыми, слегка сползли, но надпись читалась отлично. Сдув пыль, удовлетворенно кивнул. Осталось лишь прибить табличку перед уходом.

Солнце уже клонилось к закату. Я прошёл в спальню и увидел Кроха, который пытался встать и сделать шаг. Он явно испытывал боль, но не сдавался

— Ты чего удумал? — тихо спросил, медленно приближаясь.

Крох замер, наблюдая за мной. Я подошёл вплотную и осторожно, стараясь не причинить боль, подхватил его на руки. Он позволил себя взять, лишь глухое вибрирующее рычание вырвалось из груди, да и то скорее для порядка, чем от злости.

Перенёс его в главный зал и положил на стол.

— Сейчас посмотрим, как тут у тебя дела, — сказал я.

Осторожно высвободил из повязки кончики пальцев повреждённой лапы. Подушечки были тёплыми и не синюшными, значит, я не перетянул слишком сильно. Для верности сравнил со здоровой лапой — почти одинаково.

Большим пальцем слегка надавил на одну из подушечек, наблюдая, как кожа бледнеет, а затем медленно возвращает цвет. Капиллярный ответ есть.

Провёл ногтем по внутренней стороне пальца. Крох резко втянул воздух и едва заметно дёрнул лапой, но не вырвал её. Чувствительность сохранена.

Я выдохнул. Дальше нужно проверить отёк. Кожа напряжённая, но не каменная, это хорошо. Осторожно проверил фиксацию, удерживая лапу выше и ниже шины — никакой лишней подвижности, планки держались крепко.

Это вселило надежду. Сейчас самое страшное, если отёк усилится и пережмёт сосуды.

Я приложил ухо к его груди, считая удары сердца. Ровный, хоть и учащённый ритм, не нитевидный.

— Умница, — похвалил его. — Потерпи ещё немного.

Ослабил внешний виток бинта на пол-оборота и закрепил с запасом под возможный отёк.

Закончив, налил в миску остатки питательной смеси и поставил рядом с ним. Крох посмотрел на миску, затем на меня и, убедившись, что я отошёл на безопасное расстояние, принялся есть.

Пока он ел, я поставил ранец ко входу, положив в него чистых тряпок на случай необходимости, пару ножей, иглу, нитки и щипцы. Немного подумав, взял одну склянку, перелил в неё часть раствора «Железнолиста», а сверху положил бутылку с водой.

Оставалось только дождаться утра.

Я окончательно пришёл в себя, облившись холодной водой из колодца. Утренний воздух был прохладным и чистым, небо на востоке только начинало светлеть, окрашивая крыши домов в бледно-розовый цвет.

Вернувшись в лавку, я оделся в старые, но прочные штаны, грубую рубаху и лёгкую куртку. Взяв ранец, перекинул его через плечо.

Люмин уже проснулся и с любопытством наблюдал за моими сборами, вертя длинными ушами.

— Ну что, готов к приключениям? — спросил я. Зайцелоп пискнул в ответ.

Следом подошел к Кроху, который лежал с открытыми глазами и смотрел на меня с вопросом: «Что происходит? Что ты задумал?».

— Пора, боец, — сказал как можно спокойнее. — Будет неудобно, но потерпи.

Я поставил ранец на пол, осторожно взял Кроха на руки, стараясь не потревожить зафиксированную лапу, и уложил его в ранец, который был достаточно вместительным, чтобы Крох мог там лежать, не чувствуя себя стиснутым. Я оставил верх открытым, чтобы к нему поступал воздух.

Люмин, увидев, что Крох занял «его место», встревоженно запищал и запрыгал вокруг ранца.

— Не ревнуй, — усмехнулся я. — Твоя задача — бежать рядом со мной и слушаться, понял?

Он пискнул, кажется, обиженно, а у меня оставалось последнее дело. Взяв деревянную табличку с надписью «ЗАКРЫТО», я вооружился молотком и гвоздем, подошел к двери и вышел наружу, притворив её за собой.

Приставив табличку к двери на уровне глаз, прибил её парой точных ударов. Дерево отозвалось глухим стуком, нарушая утреннюю тишину пустынной улицы.

— Готово, — пробормотал я.

Затем зашёл в лавку, оставил инструмент, поднял ранец с Крохом и вернулся к выходу, прихватив замок. Выскользнув наружу, дождался зайцелопа и плотно закрыл тяжелую дубовую створку. Продел массивную дужку замка сквозь проушины и с лязгом защелкнул его. Достав из кармана ключ, закрыл замок и дернул для верности.

— Порядок.

Люмин крутился у ног, готовясь к приключениям. Я глубоко вздохнул, поправил лямки ранца, чувствуя сквозь ткань тяжесть и тепло неподвижного Кроха, и зашагал в сторону седьмого спуска.

Путь до миниатюрной крепости занял около получаса. Город только просыпался, улицы были пустынны, и мы быстро добрались до места.

Еще издали заметил, что охраны у входа было больше. Если в прошлый раз у крепости скучали двое стражников, то сейчас у массивных ворот стояли уже четыре Мастера Зверей, что внимательно сканировали взглядами улицу. Мне сразу вспомнились слова Элиана о том, что власти уже в курсе о странностях в Лесу, смещающихся биомах и невиданных тварях. Похоже, город отнёсся к неприятным новостям со всей серьёзностью.

Перед воротами уже собирались небольшие группы людей, и среди одной я заметил Горгана — скупщик стоял рядом с пятёркой мужчин, одетых в добротную, походную одежду из плотной кожи и ткани. Все при оружии: мечи, топоры, арбалеты, и рядом с каждым находился зверь.

Я невольно замедлил шаг, сканируя их взглядом.

Первый сразу приковывал к себе внимание. Здоровенный мужик с пышной рыжей бородой, перехваченной ремешком, и холодными глазами. Рядом с ним возвышался монстр.

[Существо: Железночешуйный василиск]

[Класс: C]

[Ранг: 2]

Василиск напоминал ожившую глыбу базальта. Под два с лишним метра в холке, он стоял неподвижно, и лишь тяжелое, размеренное дыхание вздымало его массивные бока. Тело покрывали толстые хитиновые пластины, словно составленные из множества мелких, неровных наростов тёмно-серого цвета. Короткие, несоразмерно мощные лапы заканчивались тупыми когтями, что глубоко ушли в утрамбованную землю площади. Голова была приплюснутой, широкой, с маленькими, почти незаметными глазками угольного цвета. Из приоткрытой пасти, окаймлённой роговыми наростами, вырывалось горячее дыхание.

Рыжебородый положил тяжёлую ладонь на холку василиска, и тот глухо заурчал.

Второй мужчина стоял чуть поодаль. Коренастый, приземистый, с короткой стрижкой и массивным арбалетом за спиной. Его зверь был полной противоположностью василиску.

[Существо: Искровой прыгун]

[Класс: D]

[Ранг: 3]

Прыгун напоминал гигантского тушканчика, которого скрестили с молнией. Около метра ростом, он стоял на невероятно развитых задних лапах — мускулистых, длинных, с длинными пальцами, заканчивающимися твёрдыми, как копыта, когтями. Тело покрыто короткой, жёсткой шерстью, отливающей металлическим серебром, и при каждом движении зверя по ней пробегала едва заметная голубоватая рябь. Короткие передние лапки прижаты к груди, но я заметил на них длинные, загнутые когти. Мордочка острая, с огромными настороженными чёрными глазами и постоянно двигающимися ушами-локаторами. Он то замирал, то переступал с лапы на лапу, и каждый раз под его ступнями проскакивали крошечные искорки.