Второй шанс. Тропа для двоих - Лин Айлин - Страница 6

В окно, чуть приоткрытое по случаю хорошей погоды, сунулась чья-то отвратительная рожа, не раздумывая, схватила со стола увесистый кувшин и запустила во врага.

- У-у-уй! - завыл тот и вывалился на улицу.

- Захлопни ставни! - велела Нимуэ, отыскивая что-нибудь потяжелей.

В отличие от женщин Таллах Мора, которые, как и другие жительницы свободных островов, с детства учились искусству боя наравне с мужчинами, я боевыми навыками не обладала. Подхватив другой кувшин, выплеснула из него воду, взяла поудобнее за ручку. Нимуэ вытащила из-за пояса тонкий кинжал, на мой немой вопрос лишь пожала плечами, мол, а как без оружия хрупкой деве?

Бойня продолжалась, и я поймала себя на мысли, что переживаю за Киарана, смерти которого не так давно желала всей душой.

Это видение о собственной кончине так изменило меня?

Вместе со служанкой, не сговариваясь, подошли к окну, прислушиваясь к звукам снаружи. Мужские голоса слились в один гул, слов не разобрать, но лицо Нимуэ просияло.

- Наши побеждают!

- Откуда ты это знаешь?

- Слышу, ну же, госпожа, прислушайтесь сами! Это же господин!

И правда, - голос Киарана зазвучал отчётливее:

- Не брать пленных! Не щадить никого!

Суровые законы свободных островов Жителей на них мало, и каждые руки на счету, поневоле станешь разить врагов до последнего, дабы отбить желание у соседей напасть на остров снова.

Схватка затихла так же быстро, как и началась, вскоре в дверь постучали:

- Эрин, - это был гайррод, - цела?

Я распахнула створку, вылетев навстречу мужу, осмотрела его с ног до головы. Киаран был весь в крови, но чужой. Ран нет, мелкие порезы не в счёт. Нимуэ за считаные минуты где-то раздобыла лохань с водой; не слушая возражения гайррода, я затащила его в спальню, промыла ранки и только потом отпустила к нойдам, что ожидали своего господина под моей дверью.

Выходя, Киаран погладил меня по щеке, а рука его оказалась не такой грубой, как мне представлялось:

- Ты спасла нас всех сегодня, Эрин Спасибо, - чуть помедлив, он вышел в коридор, плотно прикрыв за собой дверь.

Я стояла возле двери с глупой улыбкой на губах. Не похвала мужа подействовала на меня так, а свет в его глазах. Они лучились нежностью и благодарностью. И мне было приятно, что сегодня гайррод Таллах Мора спасся, избежал смерти. В душе пели колокольчики, заставляя и меня мурлыкать весёлую мелодию, пока мы готовились с Нимуэ ко сну.

Устроившись на лежанке, вдруг подумала, что этого нападения не было, то есть, если мне моя смерть не привиделась, и это мой второй шанс на жизнь, то что-то поменялось в ходе событий Лишь бы на этом неприятные сюрпризы закончились.

***

Со дня нападения Киаран стал есть вместе со мной, усаживая рядышком во главе стола. Нойды тоже смягчились, даже иногда спрашивали совета в каких-то бытовых мелочах, и только Падрай оставался полон ненависти и плохо скрытого презрения. Я не понимала, чем заслужила столь холодное отношение к себе, но не заостряла внимания на его враждебности.

После схватки тела погибших воинов Таллах Мора сожгли на погребальных кострах, я помогла Киарану организовать поминальный пир. Как оказалось, нападавшие прибыли к нам с соседней земли, надеясь на богатую поживу. Таллах Мор был самым большим островом из всех свободных. Под рукой Киарана находился один город и пять деревень. А были острова куда меньше, как и Ольдберг, откуда прибыли враги. На нём практически не было леса, лишь каменистые равнины, где и сорняк-то растёт с трудом, почти нет дичи. Жители кормились ловлей рыбы да торговлей с соседями, а больше коварными набегами. Воины Ольдберга сумели укрыться в прибрежном тумане, подобраться к нашим дозорным. А дальше проникли в Дуннгарван, надеясь на лёгкую поживу. Им бы грабить деревеньки, но тщеславный вождь Ольдберга, Кормак, задумал не просто набег, он решил покончить с Киараном и, пока царит паника, убить как можно больше защитников Таллах Мора, чтобы самому завладеть островом. К счастью, его планам не суждено было сбыться. Провидение ли вело нас той ночью с Нимуэ, или Айнэ благоволила ко мне и Киарану, но врагов вовремя удалось заметить. Бойня возле длинного дома была лишь малой частью, во всём Дуннгарване шли схватки, что, как пожар, вспыхнули на улицах и закоулках. Долго потом слышался плач вдов возле погребальных костров. Киаран ходил хмурый, Таллах Мор потерял немало защитников, а Кормак лишился почти всех воинов. Лишь горстке раненых бойцов с их гайрродом удалось прорваться к морю и скрыться в утреннем тумане. В Медовом зале сегодня было тихо, Киаран задумчиво крошил хлеб на тарелку, глядя куда-то поверх наших голов.

- Господин, - привлёк внимание гайррода Эймон, один из нойд, - надо решать, как быть с Кормаком.

Эймон был не только храбрым воином, но и самым благоразумным, часто предостерегал Киарана от необдуманных шагов. И ко мне он относился добрее всех, с деликатным почтением. Высокий Эймон был ещё по-юношески тонок в костях, однако силы ему не занимать, как и ловкости. Разок мне удалось видеть тренировку нойд, соломенная шевелюра Эймона мелькала тут и там, казалось, воин состоит из ртути, так ловко он справлялся с атаками собратьев. Его зелёные с ореховыми прожилками глаза смотрели с усмешкой, но читался в них и недюжинный ум.

- Ты предлагаешь добить его на Ольдберге? - очнулся от раздумий Киаран. - Мы потеряли немало своих воинов.

Падрай скривился:

- Что нам кучка раненых? Одним махом уничтожим их.

Эймон усмехнулся:

- Я не был бы столь самоуверен. Не забывай, наши женщины способны сражаться наравне с воинами. Мы приедем убивать их мужей и сыновей, а когда угрожают семье, даже самая слабая замухрышка превращается в бешеную волчицу.

- Тогда дождёмся, когда они сами передохнут от голода, - огрызнулся Падрай, - им недолго осталось.

- Киаран, могу я сказать? - обратилась к мужу.

Падрай презрительно скривился, остальные нойды смотрели на меня с нескрываемым любопытством.

- Говори, - кивнул супруг.

- Почему бы тебе не сделать Ольдберг своей землёй? Только не набегами. Предложи женщинам перебраться на Таллах Мор, ради спасения чад они согласятся. Выдай их замуж за холостых воинов, тогда мысли о мести не будут преследовать их, особенно когда родятся общие дети - будущие воины Таллах Мора.

Падрай загоготал:

- Глу - осёкся нойд под холодным взором господина, - зачем нам лишние рты?

- Твои слова не лишены смысла, - повернулся ко мне Киаран, - но Ольдберг очень беден, есть ли интерес нам зариться на его земли?

- Остров ведь всего в четверти луны пути от Таллах Мора, а за ним живут другие грозные вожди. Там можно обустроить дозоры, которые смогут предотвратить нападения на Таллах Мор.

Брови Эймона взметнулись вверх:

- Эрин не по годам мудра, - кивнул он, улыбнувшись.

- Завтра будет совет с Хранителем, - Киаран поднялся из-за стола, - ты идёшь со мной, - улыбнулся он, подавая мне руку.

Догадливый Эймон вытолкал из Медового зала остальных нойд, а муж прижал меня к себе, ласково целуя в лоб:

- Сегодня я приду спать к тебе.

Кровь прихлынула к лицу, я замерла, переваривая услышанное, а потом лишь молча кивнула, сопротивляться нельзя, как и испытывать терпение грозного гайррода.

Мы вернулись в комнату вместе с Нимуэ, та с самым безмятежным видом скатала свою постель.

- Пойду спать к остальным служанкам, - сказала девчушка, - если хочешь, то останусь под твоей дверью, госпожа.

- Ни к чему, - уже не удивлялась тому, что Нимуэ всё знает, - я ведь буду с мужем, мне ничто не угрожает.

До вечера мы вновь отскребли мою спальню, служанка раздобыла чистую простыню и застиранное, но добротное шерстяное покрывало, привела постель в порядок. Я развесила по комнате небольшие пучки вереска, которые благоухали своим особенным, чуть терпковатым, медовым с нотками хвои, ароматом. С кухни принесли кувшин свежесваренного мёда, сладкого и слегка пьянящего, я ещё прихватила эля и обычной воды. Хлопоты не могли отвлечь меня от предстоящей ночи, нашей первой ночи с Киараном. То и дело по коже пробегали мурашки, но не от страха. Я больше не боялась мужа, и ненависть моя растворилась в ласковом взгляде его голубых глаз. Вот только и чувств у меня к Киарану не было, скорее симпатия и признательность. Не всем суждено выйти замуж по любви, супруг не обижает меня, надо ценить и это.