Второй шанс. Тропа для двоих - Лин Айлин - Страница 11

- Ты с нашей стряпухой нашла общий язык, - улыбнулась девушка.

- Меня хотя бы она не гонит из кухни, как остальных, - усмехнулась в ответ.

Норову нашей кухарки позавидовали бы даже матёрые воины: грозная фурия не терпела никого в своей вотчине и не стеснялась в выражениях, однако, когда я собственноручно вместе с Норой отскоблила песком до блеска все котлы, Нора стала относиться ко мне с теплом и всегда приберегала лучшие кусочки или пекла для меня ароматные медовые лепёшки.

Мы вышли в уже потемневший коридор, тени зыбкими химерами сновали по стенам. Каждый уголок длинного дома был мне хорошо знаком, потому и свечу я брать не стала.

- Падрай, - внезапно раздался женский голос, мы с Нимуэ замерли, - сколько я должна терпеть эту имперскую выскочку, ты обещал, что Киаран будет моим.

Тресса говорила тихо, но я узнала её, мы со служанкой переглянулись и замерли, прислушиваясь к беседе.

- Сестра, - раздражённо ответил нойд, - хоть наши отцы и родные братья, но ты не можешь указывать мне, что делать. Киаран без ума от Эрин, никаким оговорам он не поверит, даже слушать не станет. Что мне прикажешь делать? Самому убить её?

- Хоть бы так, - резко ответила Тресса, - тебе только мечом махать, ни на что больше не способен. Я придумала всё сама, - девушка перешла на шёпот, и слов не стало слышно, - понял меня?

- Всё сделаю, - ответил Падрай, - а сейчас уходи, тебя не должны видеть.

Тяжёлые мужские шаги приближались к нам, я отпрянула к первой двери, там была кладовая, к счастью, сегодня открытая, - затянула вслед за собой Нимуэ.

- Что они задумали? - Девушка сжала мои руки, её пальцы были холодными от страха.

- Не знаю, только нам надо быть осторожней.

- Я буду рядом, госпожа.

Немного выждав, мы выбрались из кладовки и пошли на кухню, мысли в голове сновали стаями беспокойных мотыльков, что ещё задумала Тресса, чего мне ожидать теперь? На кухне Нора с гордостью мне показывала блюда к ужину, но я всё время размышляла о том, что задумали эти двое. Не знала, что Падрай и Тресса, брат и сестра. Вот откуда ненависть воина ко мне, он прочил в жёны Киарану свою родственницу. Нойды самые близкие люди гайррода, муж верит им как себе, если Падрай решится оболгать меня, даже не знаю, к кому прислушается Киаран.

Длинный дом оживал, слуги расставили жировики - небольшие глиняные светильники, в коридорах стало светло, прибывали первые гости, которых провожали в Медовый зал. Я ждала мужа в спальне.

Киаран скоро вернулся, переоделся, надев новую красную рубаху, которую я ему сшила, штаны из тонко выделанной кожи и невысокие башмаки, почти по-домашнему. Помогла мужу застегнуть короткий плащ красивой серебряной фибулой.

- Эрин, ты сегодня и правда похожа на прекрасную этейни, - восхищённо оглядел меня Киаран, - я куплю для тебя лучших тканей, нашей себе платьев.

Из своей сумы муж достал серебряную цепочку с искусно выполненным кулоном. На нём была изображена стрекоза с сидящей сверху феей, чьи волосы развевались на ветру.

- Когда увидел его, сразу решил, что такая вещь достойна только тебя, моя Этейни.

Муж помог мне застегнуть цепочку.

- Киаран, - решилась я рассказать ему новость, - мне нужно кое-что тебе сообщить.

- Милая, - он погладил меня по щеке, - давай позже, гости ждут.

- Хорошо, - не стала настаивать я и вслед за мужем пошла в Медовый зал.

Мы ступили рука об руку через порог, и шум стих, гости, сидевшие за столом, развернулись к нам, в приветствии воздев вверх кубки.

- Гайррод Киаран, - нам навстречу поднялся Хранитель Салманн, - твой пир сегодня достоин самого Тунара! Приветствуем тебя и госпожу Эрин!

Мы прошли во главу стола, кивком приветствуя гостей. На почётных местах сидели Кормак и Арнкелл, законы гостеприимства велят привечать даже врагов, пришедших под твой кров. Гайррод Ольдберга сейчас выглядел гораздо лучше, уплетая за обе щёки жареную куропатку, Арнкелл же едва прикоснулся к пище, отщипывая маленькими кусочками лепёшку и запивая её простой водой.

Стоило мне сесть на лавку, как голова закружилась от чада жировиков, запахов блюд и духоты. Нимуэ, стоявшая позади меня, подала небольшой флакон:

- Здесь сок хундасур, я сама приготовила его, выпей, госпожа, тебе станет легче.

Я благодарно сжала руку служанки, вылила немного из флакона в свой кубок с водой, кислый вкус и правда помог справиться с подступившей дурнотой. Гости пили и ели, не забывая поднимать свои кубки за здравие Киарана.

- Каким будет твой ответ, гайррод? Не сочти меня неучтивым, однако, чувствую, что дни мои сочтены, мне бы хотелось привезти радостную весть на Макрум.

- Ты болен, Хранитель? Позволь Ханнраон осмотрит тебя, не слукавлю, если скажу, что он лучший лекарь всех свободных островов, - муж внимательно всмотрелся в измождённое лицо старца, сидевшего от него по правую руку.

- От старости нет лекарства, - усмехнулся Арнкелл, - тропа богов уже открыта, скоро меня призовёт Кальех (прим. автора: богиня зимы и смерти) в свои чертоги.

Киаран помолчал:

- Я не оставлю народ Макрума в беде, мы вместе найдём выход, а пока, насладись пиром, Хранитель, отведай нежнейших куропаток, томлённых в печи, или попробуй мясо вепря, отваренное с травами.

В зал скользнула Тресса, заняв место подле своего отца, и я невольно напряглась. Женщина окинула меня полным ненависти взором и злобно ухмыльнулась, внутри меня всё сжалось в комок, и недоброе предчувствие заполонило душу.

Глава 7

- Выпьем же за славного гайррода Киарана, - поднял кубок Падрай, встав из-за стола, - самого храброго из вождей свободных островов и за его прекрасную госпожу Эрин!

Служанки обносили всех чашами с мёдом, отказаться, значит обидеть хозяина, даже Арнкелл принял из рук юной девушки-подавальщицы кубок с хмельным напитком.

- Не пей, госпожа, - едва слышно, на ухо прошелестела Нимуэ, - я не знаю девушку, что принесла тебе мёд.

Кивнула, давая понять, что услышала, подняла свой кубок и только смочила губы, делая вид, что пью.

- Сегодня великий день, - продолжил тост Эймон, - впервые свободные острова начали объединяться под одной рукой!

Странное движение за моим мужем привлекло внимание, я толкнула Киарана, и мы вместе обернулись к Арнкеллу. Старец побледнел как полотно, на лбу и верхней губе выступили бисеринки пота, нижняя челюсть его мелко дрожала. Хранитель схватил со стола кубок с водой, осушил одним залпом и тут его скрутило, старик скрючился от боли, на губах выступила вязкая белая слюна.

- Отравили! - Взвизгнула одна из служанок. - Хранителя отравили!

Айдан ударом выбил кубок из рук Киарана, остальные нойды вскочили с мест, обнажив кинжалы.

- Несите в мою спальню, - указал гайррод на Арнкелла, - Ханнраон займись им.

Жрец послушно поднялся из-за стола, выйдя из Медового зала вслед за слугами.

В помещении воцарилась гнетущая тишина, гости переглядывались друг с другом, пытаясь угадать, кто же стал причиной отравления Хранителя острова Макрум.

- Я видела, как служанка госпожи что-то подлила в кубок Арнкелла, - пискнула вдруг девушка, которая разносила мёд.

Все взоры обернулись к побледневшей Нимуэ, нойды мигом схватили её, прижав к стене.

- Стойте, как вы можете верить слову неизвестной девицы? - поднялась я, спеша на помощь подруге. Она одна была мне здесь самым близким человеком, не считая Киарана.

- Обыщите её! - крикнула Тресса.

Падрай, оттеснив меня от Нимуэ, схватился за поясную суму, сорвав её с девушки, вытряхнул содержимое на стол, тонко звякнул, выпав, маленький флакон из мутного стекла. Нойд открыл, осторожно принюхался, потом капнул себе на палец и растёр на ладони:

- Это яд тиса, - поднял он взор на нас, - девчонка подлила его по приказу Эрин, зачем ей самой травить Хранителя.

- Неправда! - дёрнулась Нимуэ, но руки нойд держали крепко.

- Зачем мне травить Арнкелла? - возмутилась я. - Это ложь!