Тактик 14 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 58

— Личи?

— Не видели, но наверняка и они есть.

Я кивнул.

Армия Озриса не шла — она пёрла. Река из мёртвой плоти и холодного металла, чей шаг был ровным, как ход маятника Вечности. В самом сердце этого потока угадывались угловатые, чуждые глазу формы осадных машин и исполинская фигура Костяного гиганта, в чьих глазницах тлел гнилостный огонь. А над всем этим, заслоняя собой солнце и само небо, парил Костяной дракон — венец творения некроманта и символ неотвратимой гибели.

Двадцать тысяч мёртвых воинов против одной тысячи живых. Апокалипсис. Математика войны выводит в результате расчёта слово «смерть» и «поражение».

Озрис решил тряхнуть мошной, показать силушку богатырскую. Если эта падла явится лично, тогда сражение и правда, станет эпичным.

Я усмехнулся. Поскольку были в моём рукаве не то, что джокер, а целая колода собственных краплёных карт, то орда не была угрозой.

Я мысленно прощупал Бисс Урая. Индикатор лояльности лича горел ровным зелёным светом — 100%. Доспех Ньёрва работал даже в убранном состоянии. А может быть, это результат его осознанного выбора. Кто знает? В любом случае, Рой не фиксировал никаких попыток перехватить его как машинку на радиоуправлении. Это чуть ли не самое главное!

…

Я дошёл до алтаря. Один. Сейчас его охранял единственный солдат, который переминался с ноги на ногу.

Бросив на меня беспокойный взгляд, он лишь кивнул, показывая, что узнал меня.

Я кивнул ему в ответ. Его звали Хлейди, он был человеком, из рода крестьян, с отличным навыком щитовика и копейщика, опытом драки на крепостных стенах Вальяда и за вторую оборону Вальяда он получил статус капрала. Сейчас у него лёгкое ранение, это понижает его эффективность как бойца, зато ему вполне можно доверить охраны алтаря, что и сделал Марк.

Всё это охотно сообщил мне Рой.

Я взошёл на алтарь и активировал доспех Ньёрда. Весь, даже шлем.

Интерфейс моментально изменился и стал видеть, слышать и чувствовать намного больше. Мне кажется, я и сам становился больше.

Я положил голую ладонь на шероховатый камень. Символ зелёного глаза был холодным, но внутри пульсировала глубокая, спящая ярость Озриса. Я чувствовал этот гнев. Слабый и бессильный против нового владельца, то есть меня.

Итак, фишки на столе, пора позвать игроков. Доспех Ньёрва давал контроль над мёртвыми. Книга «О богах» даровала мне представление о природе богов, полубогов и механику возвышения.

Армия нежити, марширующая сюда, выступала в роли ставки в моей игре. Они, собственно, пришли сами.

Теперь, когда приготовления совершены, пришла пора для призыва.

Я закрыл глаза. Вдохнул горячий, провонявший серой воздух.

Даже с закрытыми глазами, сквозь шум собственного дыхания (а тут мне некстати припомнилась аналогия с Дарком Вейдером) я чувствовал, как орда нежити подходит к форту. Как медленно, но неотвратимо огибает его с двух сторон как волна, выстраиваясь для атаки, которая могла бы стать для моих бойцов последней.

Но…

Внутренне я спокоен. Речь вообще не идёт о сражении в обычном смысле этого слова.

Я переместился, присел в самый центр алтаря, прямо на выбитый символ, и положил обе затянутые в сталь ладони на камень.

Я направил волю через Доспех Ньёрва, пропуская энергию вниз, заставляя камень алтаря резонировать.

— Я требую разговора, — произнёс я вслух. Это вовсе не была своего рода молитва. Обращение к богам. Живым богам, в первую очередь к Анае. Да, она проигнорировала мой призыв из Пантеона, но если проигнорирует и отсюда, это само по себе развяжет мне руки.

И…

Они откликнулись. Сначала появилась Аная. Её фигура соткалась из струящегося серебристого света. Изящная, текучая, как ртуть. За ней материализовался Дикаис — сотканный из строгих геометрических линий холодного белого сияния широченный мужчина в доспехе из света и тьмы.

Третьим возник, внезапно, бог Григгас. Массивный, могучий, подавляющий своими габаритами. Его тело казалось высеченным из раскалённой магмы. Григгас был уродлив и ему было на это наплевать. От него веяло силой, магией, жаром и могуществом.

Появление богов отсекло алтарь полупрозрачным мутноватым колпаком. Нас не слышали, а видеть могли только смутные пятна света и тени.

— Ты звал нас, Голицын, — голос Анаи прозвучал прямо в моей голове. В нем слышались снисходительные нотки покровителя. — Тебе нужна помощь? Мы видим армию, что стоит за этой стеной. Наша помощь будет стоить дорого, даже для тебя как друга.

Я убрал руки с алтаря и выпрямился. Ладони болели словно через них пропустили разряд тока.

— Я обратился не чтобы просить о помощи, Аная, — мой голос в шлеме звучал глухо и резонировал. — Раз уж я ваш друг, то спешу предложить помощь вам. И само собой — обсудить сделку.

Григгас поперхнулся, сдавленно зарычав.

— Что ты несёшь, червь? — фигура бога-орка дернулась вперёд, мягко и плавно, пугающе быстро.

Я не сдвинулся ни на миллиметр.

— Вы боги, ввязались в войну. Вы ведете её, и вы её проигрываете, — я ударил фактами.

— У тебя есть данные разведки? — спросил Дикаис.

— Простой анализ. И он неутешителен для вас. Пока вы сидели в своих доменах и собирали десятину с молитв, просаживая её на вино и девок, Мёртвые боги работали. Они переосмыслили всё ваше прошлое, учли ошибки, они возродили друг друга, собрали силы, смотрели и думали. Прошлые проявления, вроде того алтаря под Замком Шершней — это лишь косвенные признаки их появления. Которые вы, кстати, игнорировали. Самообман, тщеславие и глупость. Мёртвые боги перетянули на свою сторону драконов. У драконов интересная мотивация, они хотят занять промежуточную нишу между богами и всеми остальными. Снова летать и жрать кого хотят, размножаться и стать новой силой этого мира. Мёртвые боги создали новые формы нежити и наклепали чертовски много старой. Они превращают целые провинции в мёртвые зоны. Ваши верующие умирают тысячами каждый день.

Дикаис моргнул. Его геометрически-идеальный доспех слегка исказился.

— Это математика, уважаемый Дикаис, — я перевёл взгляд на бога-аналитика. — Нет верующих — нет притока энергии. Вы истощаетесь. Это не гипотеза, это факт. Мёртвые боги ударили, грубо говоря, по вашей кормовой базе. Ну да, я представляю себе, как работает божественность, спасибо Проппу.

Я сделал паузу, позволяя информации осесть.

— Мёртвые боги вербуют элиту. На чьей стороне сейчас находятся короли и герои? Как насчёт принца Гизака? Не пообещали ли ему помощь за трон? Или его противнику, надменному королю Назиру? А как насчёт Вейрана, который так мечтает о реванше? На что он пойдёт ради того, чтобы отплатить маэнцам за унижение? А как насчёт Эрика Менсфилда, человека из моего мира? На чьей он стороне? А теперь и Фрей. Вы ведь знали, что Фрей — тоже чужак из моего мира?

Белое сияние Дикаиса потускнело. Боги недовольно переглянулись.

— Фрей стал Верховным жрецом бога с щупальцами Тейла, — констатировал бог Дикаис. Его голос был лишён эмоций, но в нём звучало признание поражения. — Ты прав, короли, на которых мы делали ставку, когда инициировали Эпоху Королей, оказались продажными дерьмоедами, дрянью, хуже портовых проституток. Их поманили, они и бросились целовать руки новых хозяевам. Да, наши дела не блестящи, ведь даже многие жрецы предали нас, а тысячи и тысячи были нами умерщвлены. Наши слуги ни на что не годятся. Вонючие смертные, будь они неладны!

Я зафиксировал факт наличия проблем и продолжил:

— Жрецы вам не помогут. Что у нас происходит? Война? Вот вам и нужен специалист по войне. Так уж вышло, что я разбираюсь в ней. Надеюсь, за годы пребывания в Гинн смог это доказать? Я умею побеждать. Я предлагаю вам решение вашей проблемы. Я уничтожу Мёртвых богов. Но, конечно же, не за спасибо.

Григгас зарычал, выбросив вперёд руку, словно пытаясь раздавить меня невидимым прессом.

— Я позволю тебе преклонить колени, смертный! — прогремел он. — Послужи нам верно и славно, и тогда, быть может, ты получишь корону, золото, каких захочешь и сколько пожелаешь баб. Ты станешь королём этой части Гинн!