Бюро магической статистики. Трилогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 47

Почему нет?

Нет?

Конкуренты?!

Инстинкт охотника запел особенно громко. Марко отметил и как Элисон улыбалась собеседнику, и оживленную жестикуляцию, и… она вполне ничего, когда улыбается. Оживляется, и ее лицо кажется почти симпатичным.

Нет, ну откуда вдруг?

И что теперь делать?

Марко покосился на букет роз, который занимал половину заднего сиденья и пах так, что от него уже голова болеть начинала, потом приоткрыл окно и поехал вперед. Почему бы ему не встретить парочку на входе в бюро?

Заодно Элисон сравнит букеты.

Полевые былинки, три штуки, для тех, кто не желает тратиться на девушку, – и его букет! Дорогой, красивый, элегантный, как и сам Марко… даже подумать смешно!

* * *

– Рента?

Первым Марко заметил капитан, как человек военный. Даже не самого Марко, а его букет. Роскошный такой… за триста метров видно!

Элисон сощурилась.

– О нет!

– Рента?

– Есть мужчины, которые не понимают слова «нет». Просто не могут его услышать.

Адриан помрачнел.

– Ага… богатые и желающие развлечений?

– Абсолютно точно, капитан.

– Рента Элисон, вы позволите мне вмешаться на правах желающего отплатить добром за добро?

Элисон пожала плечами.

– Не думаю, что ваше вмешательство принесет пользу, капитан. Но если это будет не опасно для вас, попробуйте, пожалуйста.

– Благодарю за разрешение, рента. Не забудьте, послезавтра вечером вы приглашены к маме на чай с булочками.

– Вы уже уедете, капитан?

– К сожалению, я уеду завтра. Но я еще вернусь и буду рад увидеться с вами. Вы очень помогли нашей семье, рента Баррет.

Элисон кивнула, принимая и понимая его слова.

Да, рента, я к вам очень хорошо отношусь, как к родственнице. Романтического интереса с моей стороны не ждите, но помочь я готов.

Элисон это вполне устраивало. Марко раздражал ее намного больше.

– Я буду рада повидаться с вашей матушкой, капитан. И познакомиться с вашей сестрой.

Адриан кивнул. Приятно, когда тебя понимают… ну, не в его вкусе Элисон Баррет, хотя и жаль. Жена из нее может получиться хорошая, понимающая. Но ведь она страшненькая!

Нет, на такой подвиг Адриан не способен.

Зато помочь девушке может.

– Рента Баррет, доброе утро!

Марко подошел поближе и протянул Элисон свой алый веник. Только вот вместо Элисон его принял Адриан.

– Рент, извольте объясниться, на каком основании вы преследуете порядочную девушку? И чего вы добиваетесь?

Марко даже опешил.

Вот как-то не привык он к таким ситуациям, хоть все и было прозрачно насквозь. Но… чего он добивается? И тут понятно, но… Марко решил, что лучшая защита – нападение, и ринулся в атаку.

– А вы кто такой, рент, что задаете мне подобные вопросы?

– Мы с Элисон дальние родственники. – Адриан и глазом не моргнул. Ага, кто моей матери помог, тот и для меня родной, какие вопросы? – Так что вам нужно от кузины?

Марко замялся.

Что нужно – понятно. Но если озвучить горькую правду: «Поразвлечься хочу!», то ведь можно и в морду. У морды хозяин есть?

А что ты военному сделаешь? Тут и отец-то не поддержит, Вебер-старший вообще старался никуда не высовываться. Для тех, кто понимает: дело у него семейное такое, своеобразное. Притянуть его всегда можно.

За что?

За шкирку!

Если ты главный по борделям и кабакам, нарушения у тебя будут ВСЕГДА! Во всех видах. Тут и возраст работников, и вино без акцизной марки, и кое-какие товары, о которых лучше вслух не говорить, и… Вебер-старший предпочитал не нарываться и сыновьям вдалбливал одно и то же.

Все должно быть ТИХО!!!

Без скандалов!

Да делай ты что хочешь, но только втихую! Не понимаешь? Поймешь, как огребешь!

Марко и Пол это отлично усвоили, и вот – здравствуйте вам! Явился какой-то военный… нет, можно начать ссору, но ничем хорошим это не закончится. В определенных случаях военным даже дуэли разрешены, если полковое начальство не против. Да-да, и так бывает, когда обидчика нельзя наказать законным путем, а дело касается твоих родных. Последняя дуэль года два назад как раз и была, на всю Эллару прогремело.

Стать героем новой истории Марко совершенно не хотелось, и парень решил отступить.

– Рент, я не желал ничего плохого. Прошу простить, рента Элисон, если вас что-то задело в моих действиях…

– Рента Баррет, – ледяным тоном поправила Элисон.

– Рента Баррет, – скрипнул зубами Марко, которого жестко вернули в официальные рамки.

Адриан посмотрел на ало-розовый веник.

– Вы хотели подарить это моей кузине? Так дарите, рент.

Марко протянул вперед корзину, но Элисон сделала шаг назад, демонстративно заслоняясь маленьким букетиком.

– Рент Вебер, я еще раз прошу вас не присылать мне цветов и не искать встречи ни в каком виде. Я считаю ваше поведение неуместно навязчивым.

– Кузина, возможно, мне стоит более предметно поговорить с этим рентом? – Адриан расправил плечи и шагнул вперед. Почти одного роста с Марко, но шире в плечах и увереннее в себе, он подавлял. И старался это сделать.

Марко отступил на шаг назад, и Адриан тут же развил успех, сделав еще один шаг вперед.

– Не стоит, кузен. – Элисон говорила тем же равнодушным тоном. – Рент Вебер все понял и уже уезжает, правда же?

– Разумеется, – скрипнул зубами Марко. – Но цветы позвольте все же оставить вам, рента. В знак прощания.

Корзина отправилась в руки Адриана, а Марко прыгнул за руль рамбиля, и несчастная машина горестно взвизгнула, стартуя с места с дикой скоростью.

Элисон посмотрела на капитана, который держал в руках розы.

– Думаю, рент Бауэр, вы можете подарить цветы маме. Как военный трофей.

Адриан от души рассмеялся.

– Рента, я буду рад видеться с вами, когда приеду в город. Кузина Элисон.

– Кузен Адриан, – ответила ему улыбкой Элисон, уже вполне искренней, – я обязательно зайду к рене Ханне. Она замечательная.

И так пригляжу.

Мало ли что.

Вслух Элисон этого не сказала, но с нее определенно причитается за эту сцену. Хоть одно утро пройдет спокойно…

Ага, размечталась, наивная девушка.

Адриан-то ушел, вместе с розами, а вот что делать с коллегами, которые видели все из окон бюро и теперь жаждали подробностей? ВСЕХ!

Начиная с того, откуда взялся капитан. А как о таком расскажешь, тайна-то чужая?

Твою виверну!

* * *

Робин первый раз за пять лет перешагнул порог родительского дома с некоторым трепетом в душе. Страх?

Да, и он тоже.

Когда Робин осознал, что с ним произошло, ему не хотелось никого видеть. Ни родителей, ни братьев – никого!

Не мог он выносить мамины слезы, тоску и разочарование в глазах отца, не мог видеть братьев – они-то оставались магами, пусть и слабенькими, но магами же, а он…

А он – нет.

Первенец, самый лучший, самый сильный, подающий самые большие надежды – и вдруг вот такое!

Робин боялся увидеть злорадство в глазах братьев: мол, вот тебе, был первый – будешь последний. И мамины слезы душу рвали.

Хорошо еще, отец что-то понял и предложил ему коттедж в Левенсберге. Робин кивнул, перевел на счет отца крупную сумму за коттедж – и упал в алкогольное безумие. И ничего уже не помнил.

Потом, когда он пришел в себя, он все равно возложил все контакты с внешним миром на Хью.

Старый слуга… Да какой он слуга, уже член семьи, второй отец для Робина, или хотя бы дядя, он общался с родителями, он нанимал людей для уборки дома, он решил вопрос с готовкой, которая у Хью решительно не получалась, он ездил за продуктами и лекарствами…

Робину было проще без людей.

А вот сейчас…

Началось его испытание с лакея, который открыл дверь и замер на пороге.

– Эм-м-м… здравствуйте, рент…

Лакея он не помнил. Новенький?

– Где Грэм?

Голос чуточку срывался, да, голосовые связки ему тогда тоже повредило, но все бы зажило, останься у него хоть искорка магии. Только вот магии он тоже тогда лишился.