Бюро магической статистики. Трилогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 23

Ну и пусть его…

– Значит, рент Свелен направил вас сюда?

Элисон утвердительно кивнула.

– А вы показания-то снять сможете? Дело ж такое, не напортить бы…

Элисон опять промолчала.

Есть такая умная поговорка: споря с бараном, вы не убедите животное, вы сами станете бараном. Ну и что толку доказывать явно предубежденному против вас человеку, что с такой работой даже баран вроде него справится? Сейчас он покуражится, раздует щеки, изобразит из себя вершителя судеб – и проводит ее к нужному месту. Да, именно так.

На шахту и по периметру вход посторонним запрещен, просто потому, что в ней добывают леоний. А вдруг Элисон – иностранный шпион?

У них-то, понятно, леоний не добывают, и как процесс организован – не знают, и посчитать – сопоставить не смогут, и никого из шахтеров не завербуют, ага…

Кругом одни идиоты, только рент Вальдес умный, сразу видно.

Наконец ренту Вальдесу надоело строить из себя начальника всей горы и окрестностей, он тяжко вздохнул и поднялся из-за стола.

– Ладно, рента. Надеюсь, вы понимаете, что все будет на вашей ответственности, и, если что-то случится, я вам гарантирую и докладную начальству, и письмо наверх, весьма нелестное для вас.

Элисон опять промолчала.

Есть смысл поспорить? Нет. Пусть блеет на здоровье. Бэ-э-э-э-э-э-э.

* * *

Датчик стоял как раз на верхушке горы, над шахтой. Элисон и рент Вальдес брели по тропинке: рент впереди, Элисон за ним, грустно разглядывая начальственный зад, обтянутый клетчатыми штанами. Клетки угрожающе потрескивали и, кажется, мечтали превратиться в полоски.

Рент Вальдес сопел так, что ворчать у него сил не оставалось. Понятно же, подниматься в гору – тяжко. Тут и воздух разреженный, и просто сам подъем усилий требует. По лестнице пробежишь – и то иногда тяжело становится. А уж ему-то…

Элисон думала, что сама добежала бы в два раза быстрее. Нельзя.

Вот и датчик.

Девушка, не обращая внимания на рента Вальдеса, подошла к нему, приложила руку, пустила капельку магии, начертила руны, вытащила один кристалл, вставила второй, кивнула.

Работа сделана.

Теперь лаборатория и подсчеты.

– Я еще проверю, все ли вы правильно сделали, – скрипнул рент Вальдес.

– На здоровье, – отозвалась Элисон.

И развернулась идти назад.

Рент Вальдес обогнал ее и решительно вступил на дорожку.

– Позвольте!

Элисон спорить не стала. Чисто из соображений безопасности: если она поскользнется и упадет – лучше падать на эту тушку. Рент наверняка мягкий.

А если рент упадет, пусть тоже падает не на нее. Она такую массу и не удержит, ее сметет как пушечным ядром.

Рент, не зная о крамольных мыслях девушки, топал впереди. Пока не…

– Ой, мама…

Элисон вытянула шею.

Она была чуточку выше рента, ненамного, но ей хватило. Как раз выглянуть, ну и…

– Кайдаш! А я думала, ни одного уже не осталось!

– Че-го?! – почти взвизгнул рент Вальдес.

Будь это нечто другое, Элисон и не подумала бы тратить время на слова. Но кайдаш… пара минут у них есть. Он достаточно медленный, пока нападет, у нее есть время подготовиться.

– Кайдаш. Дух родника или реки… короче, водяной, потерявший разум.

Рент вдруг вспомнил, что перед ним маг, хоть и невеликой ступени, и развернулся к Элисон.

– Вы… это знаете? А чего с ним делать?

– Мне – договариваться. Вам – делать, – утвердительно кивнула Элисон. – Возьмите у меня шкатулку и посторонитесь. Если что – бегите обратно, там он, может, вас не достанет.

Рент повиновался мгновенно и без лишних слов. Вот что опасность-то делает, куда и спесь подевалась!

Перегородивший дорогу кайдаш был похож на большую кляксу грязной слизи. Обычно-то водяные – прозрачные, чистенькие и даже часто похожи на людей. Вода, принимающая форму человека, вода одушевленная. А тут вон он какой, смотреть горестно. Все бурое, да и воняет, и подходить к этому не хочется. Что же с ним случилось?

Элисон, не давая себе времени подумать, шагнула вперед и погрузила ладони в эту массу. Позади ахнул рент Вальдес.

Девушка его уже не слышала.

Кровь – это вода. Кайдаш – вода, человек – тоже вода. Договориться вода с водой сможет всегда, но для этого надо сделать первый шаг. Протянуть руку, довериться, открыть сознание… Элисон привычно очистила разум от посторонних мыслей, и кайдаш воспользовался проложенной для него тропинкой.

В разум девушки хлынуло жалобное возмущение. Перед глазами замелькали картинки, на уши надавил рев горного потока, а в нос ударил гадкий запах. Вонял кайдаш далеко не розами.

Когда Элисон смогла опять видеть, она ощутила себя сидящей на тропинке. Руки были свободны, кайдаш утек обратно в скалу, освобождая им проход, а спину подпирал рент Вальдес.

– Рента, вы как? Вы меня вообще слышите? Да рента же!!!

– Не дергайте, – пробормотала Элисон. Под носом было подозрительно тепло и неприятно… кровь? А, тогда понятно, чего кайдаш так легко отступился. Они и людей прекрасно могут утащить и сожрать, и пакостей наделать… если бы водяной дух захотел, он бы и всю воду отравить мог.

Водяной же!

Чего только эти твари не способны сделать!

– Рента, вы…

– Жить буду. Только пока слабость и голова кружится.

– Оно и понятно. Я сейчас вот так сяду, вы на меня обопритесь, что ли?

Элисон подивилась ноткам уважения в голосе толстяка, но предложение приняла. Так-то сидеть удобнее, а голова и правда пока кружится. По горной тропинке в таком состоянии спускаться просто нельзя. Это, считай, падение в пропасть. Ей бы посидеть минут пятнадцать-двадцать, еще лучше, если чего горячего выпить или съесть, но с собой нет ничего. Не сообразила… да кто ж мог подумать? Тут же идти полчаса!

Вот дура!

О чем она и сказала управляющему.

Рент Вальдес похлопал ее по руке.

– Подождите, нам бы до шахты добраться, а там я прикажу, заложим экипаж и доставим вас как положено. И накормлю, конечно.

– Спасибо.

– Вам спасибо.

Рент Вальдес никогда бы не признался никому, но испугался он чуть не до медвежьей болезни. Когда увидел вот ЭТО поперек дороги, и запах почувствовал, и угрозу, которая исходит от этого странного создания… И еще страшнее стало, когда невзрачная девчонка отдала ему шкатулку и шагнула вперед, прикрывая его собой. А потом погрузила вот в ЭТО обе руки… да он бы и за миллион корон так не сделал!

Кайдаш, – всплыло в его разуме, – водный дух. Опасен. Смертельно опасен, при обнаружении немедленно вызвать мага не меньше пятого уровня.

Но эта-то всего второй!

Сейчас эта тварь ее убьет, а потом и его?

Ой, мамочки! А жить-то как хочется!

Кайдаш подался вперед, разрастаясь, пытаясь затянуть в себя девушку, стал ненадолго похож на человека, только громадного и искаженных очертаний… та не препятствовала, голова ее опустилась вперед… рент так и не понял, почему отпрянула жуткая клякса.

Но сначала она выпустила руки Элисон Баррет, а потом и вовсе поползла назад, втягиваясь в какие-то щели. А Элисон опустилась на колени, сгорбилась, уперлась руками в землю… живая, но не реагирующая ни на что. Ни на голос, ни на осторожные прикосновения… что с ней?

Когда девушка отозвалась, рент такую радость ощутил!

Полежать полчасика?

Да лежи, родная, тебе никто и словечка не скажет! Даже полсловечка!

– Откуда взялась эта погань?

Элисон выдохнула.

Голова еще кружилась и начинала отчаянно болеть, но разговаривать она уже могла.

– Это кайдаш.

– Что это такое – я знаю. А вот откуда?

– Он мне пожаловался. Тут неподалеку, где родник выходит на поверхность, есть маленький алтарь. Там давно никто не был, но это бы ладно.

– А-а, местные, – сообразил рент Вальдес.

В горах вода – это жизнь. Потому горцы стараются рядом с пробившимся источником устроить что-то вроде алтаря. Обычно это просто грубо обтесанная плита, на которую принято что-то положить в благодарность. Идешь мимо, напьешься, так оставь хоть волосок из бороды, хоть нитку из одежды… тебе секунда, а духу воды приятно.