Бюро магической статистики. Трилогия (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 202

— Не понимаю? — вылупился рент Артур.

— Ну… у Анны погодки?

— Да.

— А у Азалии? Срок побольше? Года два-три между детьми?

— Вы абсолютно правы, рента. Но в чем смысл?

— Пока женщина кормит грудью, она не беременеет второй раз? — подсказала рена Джесси.*

*- чушь страшная. Как и насчет «не забеременеешь в первый раз». Еще как влетишь. Но поскольку у нас есть магия, автор своей волей вводит небольшой произвол. Прим. авт.

— Ну да, — обрадовалась Элисон. — в больницах же так делают!

Женщины с пониманием переглянулись.

Как известно, беременность и роды — дело затратное. Нет, не о деньгах сейчас речь, просто и сами по себе они сказываются на женском организме. И восстанавливаются все по-разному. Кому-то хватает года, кому-то два нужно, а кому и пяти мало.

А если женщина забеременеет раньше восстановления, то бывает всякое. Выкидыш, кровотечение, ребенок может родиться больным, беременность будет проходить очень тяжело… да мало ли осложнений? Очень много. Вот и придумали такое небольшое заклинание.

Накладывается оно на женщину в лечебнице, причем ЭТО заклинание оплачивает Корона. И пока женщина кормит грудью, она не беременеет.

Конечно, случается всякое.

И мужчина, который одержим рождением наследника «вот прямо сразу и сейчас», и женщины, которые считают, что нельзя магией вмешиваться в Божественное предначертание, и… да чего только не бывает! Но большинство все же за здравый смысл, и от полезного заклинания не отказывается. Вполне возможно, что обе супруги его использовали.

Бросаешь кормить грудью — заклинание прекращается. Дальше уже сама-сама, как пожелаешь.

Если обе жены Штромберга пользовались заклинанием, что это значит?

Может, и ничего.

А может… Элисон это потом обдумает.

— Обе умерли от болезни.

— Вы думаете, что Леон…?

— Уверена, что нет, — твердо сказала Элисон. — я видела его портрет, он не похож на человека жестокого, коварного… сильный маг, но слабый человек.

Матео зааплодировал.

Артур кивнул.

— Да, пожалуй. Есть дневники дочерей, из них видно, что они крутили отцом, как хотели. И приданое, и потом, помощь, должен сказать, что Леон под конец жизни жил то у одного ребенка, то у второго, пожалуй, больше всего его любила как раз Ирма.

— А умер он у кого?

— В своем поместье, — пожал плечами рент Артур. — Оно потом отошло старшему сыну. Младшему там тоже много досталось, да и сейчас семья не бедствует, могу себе позволить заниматься своим хобби, раз уж жизнь оказалась так немилосердна.

Элисон задумчиво кивнула.

Робин смотрел на нее, и думал, что девушка очень красива. Глаза ее сейчас сияли собственным колдовским светом, она о чем-то думала, и это выражение невероятно преображало ее лицо. Кто-то красив всегда, а кто-то вот, как Элисон, когда увлечен делом. Хотя нет.

Элисон тоже всегда красива, просто не всем это видно. И хорошо. Ему довольно, а остальным и незачем…

Визит затянулся до позднего вечера, Элисон задавала вопросы, что-то выписывала, делала в тетради пометки, и только когда стемнело гости и хозяева смогли расстаться. Правда, с обещанием еще приехать. И почаще вообще приезжать, редко же встретишь людей, которым интересно то же, что и тебе. Поди, поговори об истории со всеми подряд? Если слушать вообще соберутся!

А тут — наоборот! И слушают, и спорят, и своими мнением делятся, и всем интересно…

Рена Джесси тихонько улыбалась. Вот, и мужу приятно!

Артур всегда был деятельным и подвижным, ему скучно было сидеть дома, он и на шахту потому пошел, хоть денег и хватало! Но интересно же!

Работа, дело… причем то дело, которым его предок занимался! А вдруг и ему леониевая жила улыбнется? И тут обвал… и Артура зажало под обвалом на несколько часов. А потом даже маги жизни не смогли ему помочь восстановиться до конца. Не маг же!

Магам проще, энергия, которая циркулирует по каналам, сама восстанавливает тело, а вот обычному человеку это недоступно, и не все болезни в результате поддаются лечению.

Обидно.

Артур, конечно, все принял, как мужчина, он не запил, не стал злиться на Джесси, но… история — это не то, к чему он привык. Скучные бумажки, пыльные архивы…. Даже дети не всегда интересовались отцовским увлечением. А теперь вдруг оказалось, что его дело кому-то интересно и необходимо!

Это очень важно.

Просто мало кто понимает, насколько это важно, когда ты — нужен людям. Нужен этому миру.

Определенно, она еще не раз пригласит этих замечательных ребят. И ведь тоже… им досталось, а они не сломались! Отличный пример для мужа! Два мага, лишенных силы, да и девочке точно в жизни солоно пришлось, вон она как прячется!

А как держатся?

Молодцы, ах, какие молодцы! Такими детьми гордиться можно!

* * *

— Лисси, оставайся у нас ночевать?

Матео уступил место за рулем Робину, и зря, рамбиль даже слегка дернулся. Предложеньице!

— Рена Астрид будет волноваться.

— Тогда мы сначала тебя завезем, а уж потом домой. Ты так внимательно слушала… не поделишься мыслями?

Элисон пожала плечами.

— Не знаю… пока то, что я думаю, слишком невероятно. Нам бы с некромантом определиться?

— Некромантом? Зачем?

— Потому что такого не может быть. Но у меня пока есть только один ответ на это самое невозможное. Если его подставить в формулу, все сходится. А если нет, то я не знаю.

— Лисси, ты как-то непонятно говоришь?

— Я еще подумаю ночью, завтра приеду и расскажу, что предполагаю. А пока — извини. Все слишком зыбко. Но… мне и правда хотелось бы найти некроманта.

— Я знаком с одним. Но я не уверен, что он согласится для нас поработать. А что надо будет делать?

— Допросить Леона Штромберга. Или хотя бы кого-то из его жен.

— Ладно. Я поговорю. Он скоро должен будет приехать в Левенсберг, но я не знаю, что он запросит взамен.

Элисон пожала плечами.

— Пусть скажет. Я понимаю, что это сложно, это не просто так себе игрушки, но это и правда важно. И… ему точно можно доверять?

— Доверять?

— Если мои предположения оправдаются, то мы можем узнать нечто весьма неприятное, — качнула головой Элисон. — Может быть, смертельно неприятное.

— Доверять — можно. Он всецело предан Короне.

Элисон кивнула.

— Тогда хорошо. А он поставит интересы Короны вперед своих?

— И своих, и наших, если что.

Это Элисон тоже устраивало. Она кивнула, привалилась к плечу Матео и задремала. Устала. Мужчины переглянулись через зеркало заднего вида — и примолкли.

А правда, что такого сообразила Элисон?

Вроде бы слышали все одно и то же, но что-то же она такое предположила, а они — нет? Непонятно…

* * *

Зеев Басс сдаваться не привык, и своего друга и начальника подводить тоже не хотелось.

Им нужен кусок гор? Нужен!

Воевать за него нельзя? Нельзя!

Тогда вывод прост. Базиль им и горы, и норы, и что хочешь отдаст. А вот Риберто и Дамиан — точно нет. Так что… или Риберто, или Дамиана надо устранить. Он все равно на месте не сидит, опять собирается… надо же! В Левенсберг!

Ну, тут Зееву и карты в руки, всей колодой! Там у него и свои люди, целая группа, и вообще…

Нельзя получить добром?

Нельзя получить войной?

Ну так вот вам третий вариант в копилку: создать в государстве такой бардак, чтобы никому не было дела до окраин! И под шумок выгрести все ценное и необходимое.

Или как-то узаконить свои права на нужный участок…

Зеев этим примерно и занялся. Создать в столице нестабильность и проблемы? Это сложно, а вот чего проще…

Слабое место правителя Эллары?

Ее величество Лидия.

Да-да, именно она.

Не маг, не воин, обычная, не слишком молодая женщина. А помолодеть ей хочется, и сильно. Муж-то вон, на двадцать лет моложе выглядит, и к жене давно интерес потерял. Не в постели даже дело, нет! Хотя и этот фактор не надо списывать со счета, просто… Лидия далеко не дура, и сама все понимает.