Системный Рыбак 12 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 12

Доки я покинул уже в сумерках. Шёл вдоль причалов и у перевёрнутой лодки наткнулся на толпу.

Рыбаки, десятка полтора, галдели наперебой. До меня долетали обрывки: «квоты», «нечем платить», «семьи кормить нечем». Здоровяк с обветренным лицом лупил кулаком по борту лодки и крыл городскую управу последними словами.

Я обошёл их стороной.

Не оттого, что чужая беда была мне безразлична. Просто злой и голодный люд рядом с моими складами и лодками, означал одно: активы придётся охранять. А лезть в чужую свару на исходе дня, только дурак станет.

Завтра разберусь, кто там мутит воду и чем это грозит моему делу.

А пока меня ждала постель. Дина наверняка съела все обрезки на кухне и дрыхнет на мешковине, а Рид, если вернулся с загула, уже занял лучшее кресло в гостиной Дайлов.

Я прибавил шагу.

Ужин у Дайлов закончился тем, что бабушка Майя третий раз подложила мне в тарелку добавку, а я третий раз сделал вид, будто это ровно то, чего мне не хватало для полного счастья.

Отбиться от неё было сложнее, чем от отряда наёмников. Наёмник хоть отступит, если сломать ему пару костей, тут же любой отказ бьёт по чести всего рода Дайлов разом. А бабушку мне расстраивать не хотелось. Приходилось кивать, благодарить и героически принимать удар за ударом — ложкой по тарелке.

На третьей добавке под столом шевельнулась Дина.

Розовая морда высунулась из-под скатерти ровно настолько, чтобы блеснуть золотыми глазами. В эмпатической связи раздался голодный, очень несчастный писк. Судя по пузу, это была наглая ложь, но с питомцами, как и с бабушками, спорить бесполезно.

Я сделал вид, что тянусь за солью, отломил кусок тушёной рыбы и незаметно опустил руку под стол. Дина сработала молниеносно. Хлоп! — И еды нет, только тёплый язык мазнул по пальцам.

— Ив, тебе точно положить ещё? — спросила Майя, уже поднимая ложку.

— Бабушка Майя, если вы продолжите в том же духе, я не дойду до лестницы, — я честно её предупредил.

Под столом Дина одобрительно пискнула, явно предлагая решить проблему.

Элиза, сидевшая напротив, прикрыла рот ладонью. Плечи у неё подозрительно дрогнули. Потом ещё раз. А когда из-под скатерти осторожно высунулся розовый кончик языка и слизнул с моей ладони последнюю каплю соуса, Элиза всё-таки не выдержала и тихо прыснула.

Майя обернулась к внучке.

— Что смешного?

— Ничего, бабушка, — Элиза спрятала улыбку в чашке. — Просто господин Ив очень стойко принимает вашу заботу.

Я покосился на неё. Предательница выглядела счастливой до безобразия.

В итоге я всё же выбрался из-за стола, поднялся к себе в гостевую комнату и опустился на пол в позу для медитации. Дина сытая, сопела в углу, а Рид со своего загула так и не вернулся и это начинало меня беспокоить.

Я закрыл глаза и нырнул в Море Души.

Ночное небо встретило меня серебристой гладью и кольцом из девяноста девяти звёзд, что ползли по орбите и волочили за собой светящиеся дорожки. Над серой плитой защитного тотема покачивался подарок из сквера: чёрно-багровый гримуар с тиснёной надписью «Техника Багряный Разлом».

От книжки тянуло такой недоброжелательностью, что гладь под ней шла мелкой рябью, будто море само хотело отодвинуться от неё подальше.

Ладно, посмотрим, что мне впарил наш демонический олень.

Мысленно потянулся и раскрыл гримуар. Внутренний взор медленно пополз по строкам, внимательно вчитываясь в каждую.

Это была атакующая боевая техника, которую можно использовать как голыми руками, так и с любым оружием ближнего боя. Бьёшь и оставляешь в месте удара разлом.

Техникой можно создать трещину в дереве, в броне, в земле, а если ударить по живому существу, то она оставит ему незаживающую рану. Чем сильнее пользователь техники, тем глубже будет разлом.

Самые могучие практики этой штукой могли с легкостью раскалывать скалы, а по-настоящему овладевшие ею свои ударом создавали разлом не только в теле врага, но и в его Море Души, заставляя его беспрестанно сочиться духовной энергией. И вся эта духовная энергия поглощалась владельцем Багряного разлома.

Вот теперь всё встало на места. Техника не только наносит урон, но и может повышать культивацию владельца за счет чужой духовной силы. Сам принцип работы этой техники намекал на то, что она является демонической до самой своей глубокой сути. Ни грамма праведности.

Багрот хотя бы в одном не соврал: крушить ею и правда можно от души.

Я скользнул вниманием в сторону, туда, где обычно вспыхивало системное окно с оценкой техники, шкалой сканирования и прочими знакомыми плюшками. Тишина.

Система Рыбака молчала, как рыба.

Ну да, логично. Она оцифровывает только техники связанные с путем рыбака или же водной стихией, а тут самая настоящая преисподняя. Для моей Системы этот гримуар пустое место.

Значит, осваивать придётся по старинке, руками и головой, без системного костыля.

И вот тут я на секунду задумался. Источник у техники поганый, а сам я вроде как из тех, кто накормит голодного и не тронет слабого.

Но давайте начистоту. Эта штука дала Багроту силу, с которой считались другие сильнейшие. А у меня в арсенале нет ни одного полноценного боевого приема для сражения с другими практиками, из чего приходится обходиться только удочкой да хлыстом.

Нож ведь тоже железка с двумя судьбами. Им можно как шинковать лук на рагу, так и резать людей в подворотне. Виноват не нож, а рука держащая его рукоять.

Вот и я решаю, во вред пойдёт эта сила или во благо, а не тиснёная надпись на обложке.

Плевать, демоническая техника или праведная, я буду её учить.

Я вынырнул из Моря Души и открыл глаза. Комнатушка под окном годилась для сна, но махать руками тут получилось бы разве что по шкафу и по собственному лбу.

Нужен простор, а простор в этих владениях имелся только в одном месте.

Сад за домом Дайлов встретил меня запустением. Когда-то дорожки выкладывали узором, кусты стригли, а над клумбами тряслись, но теперь всё это заросло, вымахало вкривь и вкось и держалось на честном слове садовника, который в конце концов стал семье не по карману.

Посреди этого павшего великолепия стоял старый дуб, широкий и кряжистый, единственный, кому запустение шло к лицу. Он и раньше рос сам по себе, и теперь рос сам по себе, только без соседей, которых извела бедность.

Хорошее место. Дуб не в претензии, зрителей нет, а если я тут что-нибудь разнесу, то в списке пострадавших окажется заброшенная клумба и только.

Я встал перед дубом и достал из перстня ленту, подаренную Молли. Стянул отросшие волосы и завязал на затылке, чтобы не лезли в глаза. Да, с того момента как я покинул деревню Речная заводь, они выросли уже достаточно, нужно будет постричь их потом.

Ну, а теперь начали.

Я поднял руки в первую стойку из гримуара и повёл духовную энергию по каналам тем маршрутом, что отпечатался в памяти со страниц. Движение, разворот корпуса, короткий выброс силы в кулак.

Ох, ничего себе. Техника оказалась зверски сложной. Каждый жест сцеплялся со строго заданным потоком энергии, и стоило чуть сбить дыхание циркуляции, как вся конструкция рассыпалась, а рука проваливалась в пустоту.

Я то и дело нырял обратно в Море Души, сверял позу со страницей гримуара, находил, где напортачил, и повторял заново.

Раз за разом, движение за движением. Дуб терпел, я упирался, а девяносто девять звёзд таланта делали своё дело, разгоняя понимание там, где обычный практик встал бы намертво на месяцы.

И постепенно оно пошло. Тело перестало спотыкаться, поток внутри вытянулся в непрерывную линию, и связки движений начали складываться сами, без сверки с книгой.

Вращение… Пас рукой, снова вращение…

Листва шелестела над головой, ветер таскал по саду прохладу, а тело наконец поймало ритм и само тянуло связку за связкой, без моих подсказок.

— А я-то думала, ты из оружия только половник в руках держал, — донесся из-за спины девичий голос, выбивая меня из транса.