Истинная для якудза (СИ) - Шегай Эвелина - Страница 30

— Вы спасли меня, — подметила Каори, не в силах разгадать, что творилось в голове у этого мужчины. Он мог бы просто оттолкнуть её с линии огня, а вместо этого выбрал прикрывать своим телом. И плечо его пострадало именно из-за неё.

— Боюсь, мой братишка сильно расстроился бы, если бы с вами что-то непоправимое случилось, — с ленцой отозвался Сатоши и провёл влажными пальцами по волосам, зачёсывая их назад.

— Братишка? Мне казалось, что у вас с Масару-сама более натянутые отношения.

— При чём тут Масару? — уточнил он, приподняв бровь, но уже в следующую секунду фыркнул и глухо засмеялся. — Каори-сан, придерживаетесь роли до последнего?

Что-то в его словах смогло её смутить. Она сама не понимала, зачем продолжала притворяться смирившейся со своей судьбой невестой Масару рядом с ним. Это было попросту лишено какого-либо смысла.

— Значит, речь идёт о Рэне?

— Рэн не воспринимает мои слова всерьёз, когда я говорю, что выделяю его. Ко всем одинаково относиться невозможно, кто-то всегда будет больше нравиться, кто-то меньше.

— Пожалуй, что так. Значит, Рэн — ваш любимый младший брат?

— Масару не скрывает того, что недолюбливает наших младших, только послушный и исполнительный Го в его глазах достоин носить наравне с ним нашу фамилию. Хотя вот Го, кстати, кто ко всем одинаково относится: старших уважает, младших защищает, — задумчиво протянул Сатоши, смотря на дыру, через которую в поместье врывался дождь и ветер. — Рэн полагает, что я издевался над ним всё детство...

— А это не так? — спросила Каори, когда пауза затянулась.

— Это, скорее, специфическое проявление любви и заботы. — Его губы изогнулись в хитрой улыбке, по которой было не уловить, говорит он всерьёз или ведёт очередной раунд какой-то игры.

— Мне трудно понять, как издевательства над младшим братом могли быть проявлением любви.

— Они закаляли его характер, делали более сильным, живучим, изворотливым. Вы не думаете, что это полезные черты для той среды, из которой мы с вами происходим?

— Думаю, нам не повезло с происхождением. Хотя у меня в семье старшие братья не издевались над младшими в целях закаливания характера.

— И теперь они все мертвы, — цинично усмехнулся Сатоши. — Каори-сан, вы можете придерживаться иных взглядов, но я в Рэне всегда видел потенциал для того, чтобы стать равным мне, поэтому с ним так весело было играть.

С улицы начали доноситься разные звуки: визг тормозов, крики людей, топот ног.

Он чуть повернул голову, будто прислушиваясь к ним, а потом посмотрел на Каори всё с тем же хитрым прищуром и загорающимися глазами.

Сатоши так резко протянул руку, схватил её за горло и дёрнул на себя, что она охнуть не успела. Уже в следующий миг в губы с металлическим привкусом врезались чужие — тонкие, сухие и ухмыляющиеся.

Глава 21. 空の袋小路 «Небо, зашедшее в тупик»

Рэн никогда в жизни так быстро не бегал. Он несся вперёд по скользкой земле, не обращая внимания на хлещущий по лицу дождь. Тот заливал глаза, превращая всё в размытое пятно.

Но даже в нечёткой мазне невозможно было не увидеть огромную дыру в доме. От одного её вида где-то в районе солнечного сплетения у него разрастался комок из ледяного ужаса и злости. Глухой злости оттого, что был далеко и теперь не знал, в каком состоянии Каори.

Вдруг она пострадала?

Нельзя было её оставлять одну. Надо было взять с собой.

Твою мать, главное, чтобы была жива. На всё остальное уже плевать — они справятся с любыми последствиями. Травмы можно вылечить. С увечьями можно жить. Главное, чтобы Каори не погибла, как мама.

Рэн через дыру в стене заскочил в зал и замер, онемев и оторопев от вида того, что в последнюю очередь ожидал увидеть на месте свежего побоища.

Голый Сатоши стоял у стены, держал за горло и насильно целовал в губы бесконечно долго и гадко ту, что ему не принадлежала. Ту, что по зову природы должна была стать парой Рэна.

Как этот ублюдок посмел поцеловать Каори?..

Рэна будто током прошибло. В ушах зашумело, в глазах потемнело. Он даже не понял, как оказался рядом. Но вот уже вцепился в плечо брата, дёрнул, и костяшки обожгло болью от удара в челюсть.

— Нет, не надо! — Каори выскочила перед Сатоши, закрыла своей спиной и попыталась оттеснить… Рэна. Оттеснить от ублюдка, который продолжал скалиться в ухмылке, не демонстрируя и капли раскаянья. Надо перестать быть мужчиной, чтобы проглотить это и не набить ему морду. — Пожалуйста, прекрати!

— Да что за дерьмо, почему ты его защищаешь?! — рявкнул он на Каори, чувствуя, как его внутренности буквально разрывало от боли и ярости.

— Это обычная провокация! — в отчаянии выкрикнула она, и лишь тогда Рэн перестал пытаться пробиться к старшему брату.

Он растерянно посмотрел в её испуганное лицо и всё понял.

Жаль, что понял слишком поздно…

— Вот, значит, как всё обстоит на самом деле, — посмеиваясь, произнёс Сатоши и обошёл их по кругу. — Занимательное открытие.

В зал через дыру вбежали Го и Хару в сопровождении группы кобун. И разборки с этим сукиным сыном пришлось отложить на потом.

Сначала осмотрели трупы: одного наёмника и трёх кобун, оставшихся на охране. Двое из погибших были холостяками, которые жили на территории клана, а вот у третьего в Хаяме была семья. Жена и двое детишек.

Хару поехал в город, чтобы лично сообщить женщине столь трагическую новость.

На теле заказного наёмника ничего полезного обнаружить не удалось. Отпечатки пальцев и зубная карта не помогли опознать его личность. Однако Сатоши так просто сдаваться не собирался, а прихватил труп и тоже куда-то отчалил.

Только через сутки эмоции Рэна достаточно улеглись, чтобы с холодной головой оценить ситуацию целиком и прийти к единственному разумному выводу — надо бежать.

— Аники, ты уже слышал новости? — спросил Хару, без стука заходя в его комнату.

— Что за новости? — без особого интереса поинтересовался он и кинул рубашку вместе с вешалкой на кровать около распахнутого чемодана.

— Вся поисковая группа Сатоши разбежалась, представляешь? Все покинули Нихаку. Большая часть улетела по поддельным документам в Саларун. Ещё трое уплыли паромами на континентальную часть Шемуана. Ни одного не осталось, кто сохранил бы ему верность!

— Сохранить верность, чтобы быть им убитым? Они не идиоты. — Рэн снял брюки и сразу их сложил, пристроив на дне чемодана. — Кто-то из них слил информацию, и на Сатоши смогли организовать покушение. Ты же и сам знаешь, как он поступает в таких ситуациях. Просто всех для надёжности перебьёт, даже не пытаясь разобраться.

— Наверное, да, именно так он и поступил бы, — подтвердил Хару, заметно приуныв.

— По-другому не взобраться на вершину.

— Да я понимаю… просто в последнее время так много плохого с Сатоши происходит. Это ведь далеко не первое покушение. За последний месяц их частота увеличилась в несколько раз, — рассказал он, на мгновение затих, чтобы пожевать нижнюю губу, а потом поднял окончательно расстроенный взгляд на Рэна. — Думаешь, это Масару?

— Сатоши ускорился из-за альянса с Журавлями. Да и я помог кое-что достать, что перевернуло шахматную доску.

— Значит, он и тебя втянул.

— Возможно, до Масару дошла информация об этом, поэтому он попытался решить проблему в своём фирменном стиле.

— Но Каори-сан ведь тоже могла пострадать! — воскликнул Хару, встречаясь с ним взглядами.

— Именно поэтому, — сказал Рэн и захлопнул крышку чемодана, — я хочу увезти её из поместья. Здесь стало слишком опасно оставаться. Разборки братьев вышли на такой уровень, что любого зацепить может.

Одного только своего хотения недостаточно. Было необходимо, чтобы и сама девушка проявила рвение или хотя бы не сопротивлялась собственному спасению. И вот с этим внезапно возникли сложности…