Гвоздика лесная - Синюк Виктория Александровна - Страница 11

На зарплату, которую она получала, можно было месяц питаться не слишком привередливому взрослому человеку. Снять жильё на эти деньги было невозможно. И Женя, кажется, не верила, что сможет заработать больше. Она вообще не верила в себя — и при этом надеялась, что вот-вот, в скором будущем, для неё откроется некий портал возможностей. Сойдутся звёзды — и…

Мне показалось, что она немного потерялась во времени. Как и я, она, в сущности, не могла понять: тридцать три — это ещё мало или уже много? Для чего мало и для чего много? У неё было много хороших взрослых мечт — и она по-детски ждала, что они сбудутся сами собой. Что придёт случай, удача, раздастся какой-то важный телефонный звонок — и однажды солнечным днём всё изменится… И вот случай случился, звонок раздался, в аптеке был куплен новый раствор для линз — но солнечным июльским утром Женька топала от меня старой тропой и со старой тревогой думала, что вчера она, конечно, погорячилась…

22

Пётр не разговаривал с Женькой неделю. В эту неделю её бросало то в жар, то в холод, то в вину, то в протест, то в бесповоротный уход, то в ностальгию по добрым временам. Злейшим тираном оказалась именно последняя: в самые решительные минуты она подсовывала Женьке сливочные картинки из прошлого, которые та рассматривала через прибор, именуемый слезоскопом.

Пока Женька проходила эти круги, Пётр молчал и даже не притрагивался к приготовленной ею еде. Хорошо готовить его научила бывшая жена, и в эту неделю он с особым тщанием демонстрировал своё мастерство. Даже тот самый «фирменный» салат с кальмаром, которым он угощал Женьку в её первый вечер у него дома, оказался в этом меню.

Ни на одну попытку поговорить Пётр не откликался. Женька стала невидимой и неслышимой, её обходили, как шкаф, покрытый пылью.

Неизвестно, сколько бы ещё это длилось, если бы однажды вечером она не получила сообщение:

— Привет! Завтра едем с Дианой в город, к ветеринару. Потом собираемся прогуляться по парку в центре. Давно в свет не выходили!)) Может, хочешь присоединиться?

Женька тогда как раз находилась в «решительной» стадии. Она готова была в ту же секунду выпалить «хочу!!! где? во сколько?», но решила всё же выдержать время. Впрочем, недолгое: на смену стадии «протеста» могла прийти стадия «вины, покаяния, жалости» — и Женька, как честная жена, резко отказала бы другому мужчине во встрече. Чтобы не натворить таких глупостей, она, выждав целых десять минут, написала Владимиру о своём согласии.

23

Жизнь качала Женьку на качелях, беря за билетик не рубли, а эмоценты удивления. Ещё вчера Женька мучилась от навязанной ей роли предмета домашнего интерьера, шкафа, который не удостаивают даже случайным ударом большого пальца ноги и последующей руганью. А сегодня, солнечным летним днём, который с утра так легко принять за бесконечный, она неслась по городу на встречу с друзьями — Дианкой и Володей. И хотя Володю она видела вживую всего один раз, она давно воспринимала его как доброго товарища. И почему-то была уверена во взаимности, несмотря на то что он, в отличие от неё, не имел возможности породниться с ней через экран. Да, если бы у неё была такая же интересная жизнь, она, наверное, с радостью показала бы её всем на свете. Но показывать было нечего — разве что Дианка внесла в её будни некий переполох, волны которого до сих пор никак не улягутся.

Подросший «переполох» вместе с Владимиром ждал её у ворот Центрального сквера в два часа дня. Друзья прятались за колонной в тени: время было самое жаркое. Диана тяжело дышала, высунув длинный язык, и сил на весёлое приветствие у неё, кажется, не было. Зато Владимир очень рад был видеть знакомую. И Женька в своём светлом невесомом платье была рада всем.

Поздоровавшись, обменявшись мнениями о жаре, друзья вошли в сквер и двинулись в сторону тенистой аллеи. Разговор завязался с лёту, как это всегда бывает, когда в компании есть кто-то о четырёх лапах.

— Как сходили к ветеринару?

— Неплохо. Хотели его облизать с ног до головы, а он нам прививочку — рраз! Мы даже обиделись немного. Правда, принцесса?

Дианка оглянулась и с укором поглядела на смеющуюся над ней Женьку. Это вызвало ещё больший смех.

— А ещё ухи!

— Ухи?

— Ага. Какие у нас ухи? Правильно: одно — торчком, другое — ничком.

— Но это так мило!

— Согласен. Но так быть не должно.

— И что же делать? Заколочку приколоть?

— Ага, и сверху бантик. И в первый класс!.. Три раза в день массаж — и встанет, как надо. Так доктор сказал. Так что с сегодняшнего вечера начинаем упорно массажироваться.

Женька, словно журналист, ведущий программу о питомцах, задавала Володе вопросы про Дианкину жизнь, а тот рассказывал. Дианка по пути неустанно разнюхивала обстановку, но ушки держала на макушке: что-то там о ней говорят? И чего опять смеются? А, про обои? Ну, простите, сами понимаете…

Впрочем, темы были не только весёлые…

— Ещё хотела спросить: а та девочка тебе больше не писала? — Кто? Хозяйка якобы?

— Якобы.

— Писала! Говорит, папа знает, где вы работаете, скоро мы приедем за собакой. Представляешь?

— А если приедут? — Женька вспомнила тот жуткий джип и подумала: такому все дороги нипочём.

— Как приедут, так и уедут. Собаку я не отдам. Если будет нужно, поднимем камеры автовокзала.

— А это возможно?

— Вполне. Но я надеюсь, что до этого не дойдёт.

— Надо же, как в кино, — покачала головой Женя.

— Да, сюжет не для короткого ролика, — согласился Владимир.

— А фильм снять не хочешь? Какой-нибудь документальный. У тебя получится!

— Фильм нет, а вот книгу писать меня давно подбивают.

— Правда?

— Ага. Друзья, подписчики… Пиши, говорят, ты хороший рассказчик. Да и издательство одно со мной недавно связывалось… Предлагали сделать книгу для детей. Про лес.

— Так это же здорово!

— Ты считаешь?

— Ещё бы! Для многих писателей предложение от издательства — это просто мечта!

— Никогда не мечтал стать писателем.

— А я мечтала… Филфак окончила. Но писателем стала не я, а моя лучшая подруга, которая, кстати, тоже об этом не мечтала.

— Слушай, это интересно! Раз такой разговор, у меня к тебе предложение. За книгу я возьмусь. Только мне нужен редактор и литературный консультант. Я отблагодарю. Справишься?

— Ты серьёзно?!

— Вполне. Скоро отпуск — как раз будет время для работы.

Ну так как?

— Спрашиваешь! Конечно, да!

— Ух ты! Значит, я могу сообщить в издательство, что готов подписать договор?

— Естественно!

— С ума сойти. Честно говоря, вообще не ожидал такого поворота событий… Это определённо надо отметить! Поедим мороженого, обсудим подробности? — Владимир кивнул в сторону летнего кафе. — Ты, кстати, знаешь, что Диана у нас большая любительница мороженого?

— А ей можно? — уточнила захмелевшая от радости Женька.

— Можно немного по такому случаю.

— Тогда идём!..

24

Расставшись с Володей, она не сразу села в транспорт — несколько остановок прошла пешком. Несмотря на лёгкую усталость после долгой прогулки, ей хотелось идти и идти. Улицы города были залиты вечерним солнцем, мысли — тоже.

О домашних обстоятельствах Женька вспомнила только тогда, когда вышла из автобуса на своей остановке. И в тот момент ей было не так уж важно, а что там, дома. Молчат или говорят, ждут или нет… Домой идти не хотелось, но идти было некуда, и Женька пришла, не успев спрятать улыбку в маленький кармашек своей светлой кожаной сумочки. Точнее, почти успела, почти застегнула молнию, но Пётр, вышедший в прихожую из кухни, успел ухватить взглядом самый её кончик.