Измена. О чём кричит тишина (СИ) - Владыкина Мария - Страница 13

- Да брось. Ничего ты не чувствовала. И в гостях всегда принимала, и относилась к ней хорошо. И я не чувствовала. Столько лет… Представляешь?

- Ты с Глебом разговаривала по этому поводу?

- А как ты думаешь, почему я здесь? Потому что дома у меня мужик с замашками бабуина. Начал орать, и пытаться ещё и меня во всём виноватой выставить. Кира ночью приходила ещё, Никиту с собой притащила…

- Дурдом какой-то!

- Ага. Дурдом – это очень точное определение.

Я взяла таз с водой с пола, которую удалось отжать, и вылила её в туалет, после чего помыла таз, и поставила его на место. Бытовые дела успокаивали.

Теперь я понимала, что имела в виду мама, когда говорила, что прибирается, когда тревожится. Я вот до этого такой способ никогда не пробовала.

Вернулась на кухню. Мама всё ещё сидела за столом, и там же стоял мой недопитый чай с бутербродом. Чай уже совсем остыл, наверное.

- И что сейчас будет, Валь?

- Ну, как ты думаешь? Ты же сама меня растила. Прекрасно знаешь, что жить с тем, кто меня предал, я не собираюсь.

- Развод? – Печально подытожила мама, и я кивнула.

Засунула остаток бутерброда в рот, а чай вылила в раковину, запоздало вспомнив, что вода перекрыта. Ну, что уже теперь.

- Валь, может у них раз всего было? Что они говорят-то вообще?

- А есть разница? Раз, десять, что? Факт уже свершился. Мне изменили, мама! И давай, хотя бы ты встанешь на мою сторону, и не будешь сейчас говорить, что я должна понять и простить мужика, который не выдержал нескольких месяцев без секса. В штанах у него горело всё, видите ли! А мне легко тогда было? Он не думал ни обо мне, ни о нашем ребёнке, когда это происходило. И этого для меня более, чем достаточно, чтобы принять решение.

В дверь квартиры снова позвонили.

- Наверное, сантехник пришёл, которого я вызывала. – Встала из-за стола мама, оставив меня на кухне, кипеть в своей желчи.

Но, от двери я услышала до боли знакомый голос.

- Она у вас?

- Уходи отсюда. Чего пришёл? Раз ушла, значит видеть тебя не хочет, и разговаривать. Ещё и ребёнка припёр с собой, нагулыша.

- Нажаловалась уже? Я, вообще-то, Ольга Леонидовна, за своей женой пришёл. И мой ребёнок тоже тут, насколько я знаю.

- Слышь, папаша. Ногу убери свою, я дверь закрой, чтобы рожи твоей предательской не видеть больше.

- Позовите Валю. Мы поговорим, и я уйду.

- Хрен тебе с маслом, а не Валя. Глеб, у нас всегда нормальные отношения были. По-хорошему тебя прошу, уйди, а?

- А я по-хорошему прошу, что хочу увидеть Валю. Что непонятного?

- Мальчишка, значит, будет слушать, как вы ругаетесь? Вы зачем ребёнка приплели и мучаете?

- Мне просто не с кем его было оставить.

- Здравствуйте. – Вклинился третий голос в диалог мамы и мужа. – Сантехника сюда вызывали?

- Да, да. Сюда. Проходите, пожалуйста. На кухню. – Пауза, и мама продолжила. – Глеб. Сейчас не время и не место. Я поговорю с Валей, но она будет общаться с тобой только если сама захочет. А сейчас, как видишь, мне некогда.

- У нас, так-то, семья рушится. А вам некогда?

- Хватит. Глеб. – Не выдержала я, выйдя в коридор. – Семью нашу разрушил ты. И мы, кажется, всё друг другу сказали. Из квартиры меня выкурил, теперь отсюда хочешь? Уйди. Оставь мне хоть одно место, где я тебя могу не видеть, и не слышать, чтобы пережить всю ту боль, что ты мне причинил.

19 глава

19 глава

Сантехник, мужик лет сорока пяти, кажется, был немного в шоке от того, в какую заварушку попал, застыв на пороге, и не понимая, что делать, и куда идти.

- Кухня там, - показала я в направлении кухни мужчине, голос звучал сухо и напряженно.

Кивнув, он принял самое верное решение, просто исчез за дверью кухни, и даже закрыл её.

- Я пойду покажу ему, что там к чему. – Мама недовольно посмотрела на Глеба, покачала головой, и тоже начала удаляться. – Валь, если что, я тут. И я его не впускала.

- Я слышала, иди.

Скрестив руки на груди, я прислонилась плечом к стене коридора, а Глеб с Никитой стояли на пороге квартиры, как бедные родственники. Прихожая у мамы была совсем небольшой, и крепкий муж занимал почти всё пространство.

- Ну, говори. Я тебя слушаю. – Строго сказала я. Глаза были сухими, ни одной слезинки. Похоже, уже всё выплакала.

- Не при нём же, Валь. – Кивнул на Никиту Глеб, и я тяжело вздохнула. Достал. Реально.

- Так, может, не стоило вместе с ним приходить сюда? Наверное, стоило подумать об этом до того, как выйти из дома? А так теперь будет всегда, привыкай. Я с Лизкой сколько таскалась, пока ты на работе был, потому что оставить было не с кем? Вот и тебе ответочка от кармы прилетела.

- Лизу не приплетай сюда, пожалуйста. А где она? – Глеб заглянул в гостиную, вход в которую был рядом с ним, а я ещё раз вздохнула.

- Там, где дети дошкольного возраста бывают по будням, позволяя родителям работать, прикинь? В детском саду. И ты, к слову, если бы подумал, мог бы и Никиту в сад отвести. Тем более, что прекрасно знаешь, в какой именно сад он ходит.

- Твой сарказм сейчас вообще не уместен. Я не подумал о детском саде. У меня вообще голова кругом от всего происходящего!

- Представь себе, у меня не лучше. Но мне надо работать, улаживать дела с несостоявшейся годовщиной, и ещё и ты не делаешь ситуацию проще. Точка поставлена, Глеб. Всё. Я всё услышала, всё прекрасно поняла, мне не нужно в уши лить карамельные сиропы про любовь и прочее. Нам больше не о чем разговаривать. Так что можешь идти домой. Кстати, если ты думаешь, что я оставлю ситуацию просто так, и съеду из квартиры, то ошибаешься. Просто мне некогда пока устраивать с тобой разборки.

- Тебя никто не выгонял. Можем поехать домой прямо сейчас.

- Ты специально делаешь вид, что вообще меня не слышишь?

Я перевела взгляд на Никиту, который стоял чуть за спиной Глеба. Мальчик был бледным, и казался напуганным. Ещё бы. Мать привела его ночью к семье своих друзей, исчезла, ничего не сказав, а теперь взрослые, и, в его понимании, не родные ему люди ругались.

Плюс, он был не таким уж и маленьким. Мог что-то, наверное, сложить в своей голове из услышанного. «Нагулыш» от моей мамы, и прочее… Я даже уже и не помнила, что сама умудрилась сказать при нём.

- Глеб, заканчивай. Посмотри на Никиту, у парня сейчас культурный шок случится.

Глеб действительно обернулся, посмотрел на мальчика, и нахмурился.

- Никит, можешь раздеться, и пока вон там в комнате посидеть?

Никита был в квартире моей мамы впервые, и испуганно отрицательно закачал головой, забиваясь ещё дальше в угол. Жалко было его чисто по-человечески. Им все кидались, словно ненужной игрушкой.

- Мне надо работать после обеда, так как я пропустил командировку. По видеосвязи будут звонить. – Вдруг выдал Глеб, и я чуть не засмеялась ему в лицо.

- И я тут при чём?

- Как я с Никитой… - Плечи Глеба опустились. Кажется, до него наконец-то начал доходить смысл сказанных мной слов, что это был конец.

- Я бы сказала, как. – Фыркнула я. – Ему не два года. Вполне можно оставить одного в комнате. Посидит, поиграет.

Мне на секунду показалось, что ещё немного, и Глеб попросит оставить Никиту у нас, вот тогда бы я разошлась уже не на шутку. Но, похоже, благоразумия у него ещё хоть чуть-чуть оставалось, так что он просто кивнул.

- И что ты собираешься делать? – Уже спокойно спросил Глеб, но всё его спокойствие было напускным. Я видела, как билась венка у него на лбу, как он сжимал челюсти. Ему всё это не нравилось до чёртиков.

- Ты о ближайших, или долгосрочных планах?

- Ты поняла, Валь. Подашь на развод? А если я откажусь?

- Кажется, ты не в курсе, что для развода не нужно согласие обеих сторон. В нашей стране прекрасно разводят и без него. Через суд, правда, но ничего, я потерплю, если что.

- Давай ты не будешь торопиться. Не подавай заявление. Пожалуйста.