Соно Вероника. Пьячере! - Виера Верона - Страница 37

– А-а. Перегорел.

– Лучше бы сгорел твой неудобный диван, – я улыбаюсь. – Ром, я могла бы поспать и дома, в уютной пижаме, а не в красивом платье на полу.

– Согласен, надо было предупредить. Поэтому, обещанный бокал вина.

Он даёт мне в руки и берёт свой:

– За знакомство. За новое знакомство. Роман обыкновенный, – он стукает своим о мой.

– Верона... – пытаюсь придумать смешное определение себя, но он опережает.

– Необыкновенная!

Замираю от таких слов, меня снова крошит.

– Ром, я никогда не была пьяная, поэтому даже не знаю, как я могу себя вести. Если что, ты ничего не помнишь, потому что я обещала маме вести себя достойно! – я делаю глоток, чтобы сбить сушь во рту и чушь изо рта. – А я сейчас думаю о всяких глупостях.

– Верон, я дал тебе бокал, а не бутылку. Но если ты переживаешь, я буду следить за твоим обещанием маме. Хоть мне и не хочется, – он снова стукает своим бокалом. – Поэтому несколько глотков, досматриваем фильм, и я тебя отвезу. Договорились?

– Угу... – вздыхаю и пробую терпкий вкус. – Придётся дома досматривать эротические сны с тобой.

Ромка хмыкает:

– Ты много болтаешь, Верон, кино не слышно.

Он сосредоточенно пялится в телевизор, а я снова рисую глазами его профиль, и делаю глоток вина.

У него, наверное, чёрный пояс по воздержанию. Такая сила воли! Если бы я была парнем, я бы, наверное, уже скрипела диваном. Не то, чтобы я о себе так думаю, что супер-секси – это его кубок. Но если я с трудом держу себя в руках, чтоб на него не наброситься, то парням, говорят, сложнее.

Ромка, ты мой герой!

Глава 16

Карета не успела превратиться в тыкву.

Я в постели и в уютной пижаме, на часах телефона чуть больше одиннадцати, не могу уснуть. Ромка пожелал приятных снов и вышел из чата. Никита с челюстью, я с поцелуем, ревизия – и герой сложил доспехи, устал от подвигов.

Зато Фабио, мой виртуальный рыцарь с ослепительной улыбкой, осыпает меня сообщениями из сердечек, красивых восходов и старинных построек.

Иногда мне кажется, что я жила там в прошлой жизни. Всё видится знакомым, родным и тёплым, хотя в реальности – это просто мечта.

– Форсе чи инконтреремо ин джорно? Куандо фа кальдо э конфортеволе ин Руссия? (Может быть однажды встретимся? Когда в России тепло и комфортно?)

– Эстате, джуньо. (Летом, в июне)

– Я хотеть приехать гость. Ты меня хотеть?

Опять трудности перевода?

– Правильно писать «ты хотела бы меня видеть?»

– Но, о скритто бене. Я нравишься ди тэ? Комэ ун уомо? (Нет, я правильно написал. Я тебе нравлюсь? Как мужчина?)

Санта Клеопатра!

Что происходит?

Я ещё от Ромкиных флюидов не отошла, и этот туда же.

Ладно, отвечу по-своему:

– В России мужчина определяется не внешностью, а поступками. Поэтому я не знаю, нравишься ты мне, как мужчина, или нет, потому что я тебя не знаю. Ты слишком далеко, Фабио, для поступков. (Смайлик сердечко).

Захожу в Гугл-переводчик, пока мне сложно объяснить эти слова на итальянском. Отправляю следом перевод.

– О, так красиво! Мне нравится ты больше. Можем завтра общаться аль телефоно? Дире белле пароле? (Говорить приятные слова?)

Пароле, пароле, пароле... Ты разоришься, Фабио, на международных переговорах.

– Не знаю, Фабио. Я учусь. Если получится, то только поздно вечером, как сейчас.

– Ла сэра э иль моменто перфетто пер ле белле пароле! Соно даккундо. Нумеро? (Вечер – идеальное время для красивых слов! Я согласен. Номер?)

Мама миа! У меня от его слов и решимости в груди начинается рыцарский поединок сердечек. В правом углу Ромкины, в левом Фабио.

Ромыч пока лидирует, но если бы сеньор «шикарная улыбка» оказался здесь, и произнес эти слова голосом Андреа Бочелли... ох, не знаю, Ромыч, не знаю!

Конкурент использует запрещенные приемы.

Молчу. Не хочу давать свой номер. Пока.

– Буона маттина, Фабио! (Доброго утра, Фабио! (спящий смайлик) Мне пора спать.

– Буона нотте, Верона! (Доброй ночи, Верона! смайлик сердечко)

Выхожу из приложения.

Разговор ни о чем, но послевкусие, как нежный поцелуй перед сном с ароматом морского бриза.

Улыбаясь, я обвожу пальцем узор на обоях. Странное чувство, предвкушение чего-то неизвестного, не зависящего от меня, идущего своим чередом. Как будто вырвали пустую страницу. Она мешала читать дальше, идти вперед, но сейчас – можно.

Открываю фото Ромы в профиле WA, чтобы мысленно пожелать спокойной ночи ещё раз.

Он что, чувствует меня?

Ромка тут же активируется, пишет:

Рома:

«Не спится?»

Улыбаюсь.

Верона:

«Как ты узнал?»

Рома:

«Ты светишься! (смайлик улыбка) Профиль говорит, что ты в сети».

Свечусь, Рома. Не только в профиль. Вся!

Верона:

«Спасибо!» (смайлик сердечко)

Рома:

«За что?»

Молчу. Не решаюсь, признаться.

Верона:

«За всё».

«За сегодня».

«За минуты рядом».

Пишу и мысленно поднимаю его руку – сегодня ты мой победитель в номинации «Растопленное сердце».

Рома:

«Это взаимно и очень странно... чувствую себя...»

Только не сейчас, Ром! Я разорвусь от входящей в меня мимимишности, заброшу учебу и сбегу к тебе из дома.

Верона:

«Как?»

Ожидаю очередные приятности в свою сторону. Так недолго стать наркоманкой, продавшей душу за порцию эндорфинов!

Ромка шлёт сообщения один за другим:

Рома:

«Немного устал».

«Слишком напряженные дни».

«Были».

«Предстоят».

Размечталась, Верона!

Устал человек, а не твой гормональный взрыв сердечек. Ты же не можешь оказать экстренную помощь, а искусственное дыхание доводит парня до полной его остановки. Поэтому молчи, пожалуйста, в тряпочку.

Молчу.

Верона:

«Я могу чем-то помочь? Массаж? Головы, шейно-воротниковая зона... Что там еще бывает? Спина?»

Рома:

«Нее, Верон! (смайлик смех сквозь слезы) После этого меня увезут в больницу. Не буду называть диагноз, чтобы не травмировать твою детскую психику».

Верона:

«Недержание?» (смайлик смех сквозь слёзы)

Рома замолкает минуты на три: или катается по полу от смеха или обиделся.

Пишет.

Рома:

«Ты так и не ответила».

«Да?»

Верона:

«А разве поцелуй экспромтом не сказал за меня?»

Опять молчит чуть больше минуты.

Рома:

«Прости, что сразу не отвечаю... я в душе».

Верона:

«С кем?»

Вдруг Ромка уже вызвал свою безвозмездную экстренную помощь.

Но через несколько секунд приходит фото: его мокрое лицо, волосы, взгляд исподлобья с моей любимой приподнятой бровью.

Прямо мне под дых!

Рома:

«С тобой, детка, с тобой!»

Мой резкий выдох и не могу вздохнуть. Лежу с открытым ртом. Рома будто коснулся меня. Только что. Не взглядом. Пальцами. И водит рукой сверху вниз по коже.