Драконья метка. Пепел вместо крови - Островская София - Страница 4

- Печать реагирует на угрозу, - сказал он, беря мою левую руку и закатывая рукав. Золотая чешуйчатая змея переливалась, пульсировала, и от неё исходил жар. - Она чувствует солдат Ордена. Чует их магию. И пытается защитить тебя, но не может - потому что ты ещё не пробудила её.

- Пробудила? - переспросила я. - Что это значит? Ты говорил о какой-то истинной магии... Но я человек! У людей не бывает магии, это всем известно!

Эрвин усмехнулся - сухо, невесело.

- Всем известно, что мир плоский, а драконы произошли от ящериц. Тоже мне, довод. - Он отпустил мою руку и заглянул в глаза. - Слушай меня внимательно, Лина Вэрд. То, что я скажу, перевернёт всё, что ты знала о себе и об этом мире. У нас мало времени, поэтому я буду краток. Запомни каждое слово.

Я кивнула, хотя внутри всё дрожало. Мы сидели на каких-то ящиках в пыльном чулане, а где-то за стенами лязгало оружие и раздавались крики - Орден прочёсывал академию этаж за этажом.

- Двадцать два года назад, - начал Эрвин, понизив голос до шёпота, - клан Фериготов был уничтожен. Король Алларик, его жена Элисандра, их четверо детей - все сгорели в собственном дворце. Официальная версия гласит, что это был несчастный случай: магический эксперимент вышел из-под контроля. Но правда в другом. Их убили. Убили по приказу нынешней королевы Морвейн Ашер, которая тогда была всего лишь советницей Алларика. Она составила заговор, подкупила гвардию и уничтожила королевский род в одну ночь.

Я слушала затаив дыхание. Эти имена - Алларик, Элисандра, Морвейн - я знала только по обрывкам разговоров. В учебниках истории, по которым учились студенты-драконы, о Фериготах почти не писали - лишь сухие строчки о «трагической случайности» и «переходе власти к достойнейшим».

- Но одного ребёнка удалось спасти, - продолжал Эрвин, и его голос дрогнул. - Младшую дочь Алларика. Ей был всего год. Она была единственной, кто родился... особенной.

- Особенной? - эхом повторила я.

- Она родилась человеком.

В чулане повисла тишина. Где-то капала вода из прохудившейся трубы - размеренно, монотонно. Я смотрела на Эрвина, и его слова медленно складывались в моей голове в картину, которая была слишком чудовищной, чтобы в неё поверить.

- Ты хочешь сказать... - начала я и осеклась.

- Да, Лина. Ты - та самая дочь. Алира Феригот, наследница Изначального Пламени, единственная за всю историю драконьего рода, кто родился в человеческом теле. Твоя мать, королева Элисандра, была Хранительницей - человеком, который обладал магией всех стихий. Хранители всегда были людьми, а не драконами. Это великая тайна, которую кланы скрывали веками, потому что боялись: если станет известно, что величайшая магия мира принадлежит людям, драконья знать потеряет власть.

Я помотала головой. Нет. Этого не может быть.

- Но меня...Меня воспитывали в другом мире. Я оказалась здесь случайно. Я никогда не принадлежала к драконам. Да я вообще читала о них только в книжках. В этом мире я...Я сирота... Подкидыш...

- Тебя подбросили в семью в другой мир.., - подтвердил Эрвин. - Потому что это было единственное место, где тебя не сразу убьют. А потом таинственные силы привели тебя к Академии - нейтральной территории, здесь действуют древние законы гостеприимства. Тот, кто спас тебя из горящего дворца, привёл тебя в твой мир и оставил, надеясь, что Печать не проснётся до совершеннолетия. Но она проснулась, ведь ты вернулась в этот мир, в свой родной дом. Тот ворон, которого ты коснулась вчера, - это был фамильяр Хранителей. Я послал его, чтобы найти тебя. И он нашёл.

Я закрыла лицо руками. Пальцы дрожали. Всё, что я знала о себе - сирота, горничная, никто - рассыпалось, как сухая штукатурка. А под ней открывалась бездна: я дочь короля, принцесса уничтоженного клана, последняя наследница. И за мной охотятся.

- Почему ты помогаешь мне? - спросила я глухо, не отнимая рук от лица. - Кто ты такой?

Эрвин помолчал. Потом я услышала, как он встаёт с ящика, делает несколько шагов по тесному чулану.

- Я был Хранителем при дворе твоего отца, - сказал он наконец. - Служил Алларику двадцать лет. В ту ночь, когда дворец горел, я был там. Я пытался спасти твою мать, но не успел. Элисандра умерла у меня на руках, а перед смертью взяла с меня клятву - найти тебя и защитить. - Он повернулся ко мне, и в его глазах стояли слёзы. - Я искал тебя двадцать лет, Алира. Двадцать лет. И теперь, когда Печать проснулась, у нас нет права на ошибку.

- Не называй меня так, - прошептала я. - Я не Алира. Я Лина. Просто Лина.

- Ты та, кем себя назовёшь, - согласился Эрвин. - Но Печать у тебя в крови, и от этого не убежишь. Теперь слушай главное.

Он присел передо мной на корточки и взял за руку - ту самую, с меткой.

- Твоя Печать - это не просто знак королевского рода. Это ключ. Ключ к Изначальному Пламени - стихии, из которой были созданы первые драконы. Легенды гласят, что тот, кто владеет Изначальным Пламенем, может повелевать всеми четырьмя стихиями: огнём, водой, землёй и воздухом. Драконы могут управлять только одной стихией - той, что дана им от рождения. А Хранители - люди с Печатью - могут управлять всеми. Именно поэтому драконья знать боится Хранителей и уничтожает их уже много веков.

Он разжал мою ладонь и вложил в неё перстень - тот самый, что показывал раньше. Простой серебряный ободок с тусклым красным камнем.

- Этот артефакт создаст иллюзию драконьего пламени. Слабого, жалкого - но достаточно убедительного, чтобы тебя приняли за абитуриентку из обедневшего рода. Документы на имя Лины Вэрд уже готовы, - он похлопал по кожаному кошелю, который я всё ещё сжимала в правой руке. - Род Вэрд действительно существовал когда-то - мелкие аристократы, которые разорились лет сто назад и исчезли из всех реестров. Никто не станет проверять.

- А если меня раскроют? - спросила я, глядя на перстень. Камень тускло мерцал, и в его глубине что-то переливалось, словно тлеющий уголёк. - Ты же сам сказал: Орден уже ищет меня. Флора видела метку. Меня узнают.

- Не узнают, - отрезал Эрвин. - Перстень не только создаёт иллюзию пламени. Он ещё и маскирует Печать. Пока ты носишь его, метки не видно - она скрыта под мороком. Это древняя магия, ей не страшны обычные проверки. Конечно, если кто-то применит заклинание Истинного Зрения или сыворотку правды, обман раскроется. Но в академии такие вещи запрещены без санкции ректора. Так что у тебя будет время.

- Время для чего?

- Научиться, - просто сказал Эрвин. - Ты должна поступить в академию, пройти обучение и найти способ пробудить свою истинную магию. Без неё Печать - просто светящаяся татуировка, которая рано или поздно приведёт к тебе убийц. Но если ты пробудишь Изначальное Пламя, ты станешь сильнейшим магом этого мира. И тогда никто - ни Орден, ни королева, ни сам король - не сможет тебя тронуть.

Я сжала перстень в кулаке. Металл был холодным, но быстро нагревался от жара моей метки.

- Это безумие, - прошептала я. - Я не маг. Я горничная. Я умею мыть полы и... и всё.

- Ты умеешь выживать, - возразил Эрвин. - А это главный навык в академии. Остальному научишься. Я буду рядом - тайно, насколько возможно. А теперь надевай перстень. Нам пора выдвигаться. Церемония начнётся через час, и ты должна быть там как абитуриентка.

Я посмотрела на перстень. Потом на свою руку - покрасневшую от холода, с обломанными ногтями и мозолями от тряпки. Руку горничной. А через минуту эта рука будет принадлежать аристократке. Дрожащими пальцами я надела перстень на средний палец левой руки. Эффект был мгновенным. По коже пробежал холодок, метка на предплечье вспыхнула особенно ярко - а потом погасла, спрятавшись под серебристой дымкой. Я закатала рукав - кожа была чистой, гладкой, без малейшего намёка на золотую чешую. Только если очень приглядеться, можно было заметить лёгкое мерцание - но и оно быстро исчезло.

- Вот так, - удовлетворённо кивнул Эрвин. - Теперь ты Лина Вэрд. Дочь разорившегося аристократа, дальняя родня какого-то там седьмого колена. Никто не обратит на тебя внимания - слишком много таких девиц каждый год пытаются пробиться в академию в надежде поправить состояние семьи.