Последний Паладин. Том 17 (СИ) - Саваровский Роман - Страница 39

— Мне? — удивился Рихтер.

— Да. Злость, которую породило твое самоуверенное заявление про присвоение «Миротворца», послужило им отличным топливом. И если я тебя простить могу, то с Мартой бы я тебе советовал не встречаться. Убьет.

— Если все пойдет по плану, то этого не потребуется, — с облегчением в голосе ответил Рихтер.

— Ты о чем? — настал черед Феликса удивляться, — ты разве не хочешь стать Императором?

— Хочу, но там все не так просто, — покосился он на меня, — в связи с некоторыми обстоятельствами, структура управления Империи претерпит серьезные изменения. А именно, она будет разделена на три части с четким разделением на «Гражданские» и «Военные» части. Нюансы разделения еще в проработке, но уже сейчас можно сказать, что за «Гражданскую» часть и управление столицей будет отвечать Дворец во главе с Императором, а за «Военную», включая стены и то, что происходит за ними, Наместник.

— А Кланы? — сощурился Феликс.

— Будут прослойкой между этими двумя структурами, являясь частью обеих юрисдикций.

— Хм… но разве это все еще будет Империей? — искренне удивился Феликс.

— По мнению последнего Императора да, — вздохнул Рихтер, — база этого проекта принадлежит именно ему. К тому же, мне тут настойчиво напомнили, что Падший Орден всегда находился вне влияния Империи.

С этими словами Феликс посмотрел на меня. Пару раз моргнул, как бы пытаясь считать выражение моего лица в виде подтверждения. После чего вернул взгляд на брата.

— Рискованно, — констатировал одаренный с Даром вероятностей, — Дворец это примет?

— Да. Так хотел их Император, — кивнул Рихтер.

— Навряд ли всех устроит этот довод, — хмыкнул Феликс.

— Верно, — не стал отрицать Рихтер, — но это уже моя работа. Убедить сначала их, а потом и всех остальных. Согласие Наместника и части Кланов уже получено, сейчас прорабатываются устраивающие все стороны нюансы, после чего проект пойдет на утверждение в народ. Как думаешь, это сработает?

— Почему ты спрашиваешь меня? — опешил Феликс.

— Потому что ты умнейший человек, которого я знаю, — без колебаний ответил Рихтер.

— Тц, — скривился от неожиданной похвалы Феликс, и заглянул в пересланный ему черновой документ, — шансы… — начал он спустя несколько секунд практически мгновенного изучения, — есть, — хмыкнул он, — но в некоторых уже согласованных пунктах есть слабые места и слепые пятна.

— Ну все же это еще черновик, — улыбнулся Рихтер, — и я буду рад, если ты поможешь его доработать.

— Нет я не…

— Пожалуйста. Просто удели ему хотя бы пять минут, о большем я не прошу, — не сдавался Рихтер.

— Ладно, — вздохнул под напором Феликс, и стал читать документ более внимательно.

И спустя ровно пять минут, он поднял взгляд и спросил:

— А почему раздел третьей структуры пуст?

Рихтер, к этому моменту допивший в ожидании вторую кружку чая, перевел взгляд на меня и произнес:

— Этот пункт прорабатывает помощница Маркуса. И вообще-то изначально я сегодня пришел сюда с черновиком поговорить именно об этом. Третий раздел готов? — спросил он меня.

— В общих чертах, — когда разговор наконец перешел из чисто семейного в деловой лад, вклинился я и переслал двум потомкам Императора одинаковый документ.

Документ с названием «Эдикт Паладина».

Глава 22

— «Эдикт Паладина» — бегло пробежавшись по документу, вслух протянул Рихтер название раздела, и нахмурился, — то есть ты хочешь вывести всех Паладинов из-под влияния законов Империи?

— Не законов, а бюрократии, — внес я ценное уточнение, — все эти ограничения, правила, согласования, они мешают. Замедляют работу.

— Но что останется без правил⁈ Хаос! — нахмурился еще сильнее Рихтер.

— Свобода, — не согласился я.

— Свобода⁈ Так ты это называешь? Ты же видел сводки! Октавия с так называемой свободой вырезала под корень верхушки всех великих герцогств!

— Значит, так было необходимо, — спокойно ответил я.

— Откуда ты знаешь⁈

— Оттуда, что она не потеряла свою силу Паладина, — вздохнул я, начав терять интерес к разговору.

Как представляю сколько всего надо будет объяснить, чтобы Рихтер хотя бы теоретически понял как устроена сила Паладина, так голова начинает болеть. А она только-только прошла! Поэтому я пошел простым путем и повернул взгляд на продолжающего изучать черновик «Эдикта Паладина» Феликса.

В отличие от Рихтера, он обладал очень тесной связью с Реестром с самого рождения, и был способен понимать больше обычного смертного.

Теоретически.

— Маркус прав, — подтверждая эту теорию произнес Феликс, — без бюрократических ограничений эффективность Паладинов мгновенно возрастет на 54%. И скорее всего этот рост продолжится. Поэтому, я бы рекомендовал расширить этот документ не только на Паладинов, но и на других Стражей.

— Этот раздел еще в процессе доработки, — улыбнулся я.

— Что⁈ Другим Стражам⁈ Да вы спятили! И кому они будут подчиняться⁈

— Паладинам и будут, — как само собой разумеющееся ответил Феликс и ткнул пальцем в документ, — здесь ведь указано, что их особое положение действует только за стенами Империи.

— А? Да? — удивился Рихтер и полез читать дальше.

— Свободы же внутри Империи для них хоть и есть, но ограниченные. Весьма грамотно составлено, смею заметить, — задумчиво произнес Феликс, — я бы даже не стал ничего править.

— Передам Лексе твою похвалу, — кивнул я.

— Почти ничего.

— Ну или нет, — передумал я.

И следующие пять минут оба брата занимались более детальным изучением документа.

— Все равно это как-то слишком… — заговорил Рихтер, — рискованно. И ты… — осторожно начал он.

— Меня можешь не учитывать, — понимая куда он клонит, произнес я, и увидел, как облегченно выдохнул будущий Император.

Но тут же нахмурился опять и тяжело вздохнул.

— Впрочем, ты и так делаешь, что хочешь, — осознал Рихтер, что для меня напрямую этот документ ничего не изменит, — ладно… допустим мы сможем это согласовать. Допустим, сможем убедить народ. Однако, у всех возникнет такой вопрос. Кто этой структурой будет управлять? Даже если учесть, что все Паладины невероятно сознательные, чтобы не обратить свою сумасшедшую силу во зло, кто-то же должен стоять над ними? Кто-то должен направлять? Кто-то должен сдержать, если вдруг что? И если это не ты, Маркус, то…

— Не я, — еще раз подтвердил я.

Подтолкнуть к указать тем, кто достоин путь к становлению Паладином это одно, но нянчить их после, это совсем другое. На это я не подписывался, да и это больше принесет вреда, чем пользы.

Каждый путь Паладина уникален. Все Паладины уникальны. И если в становлении на этот путь еще есть общие черты и «лайфхаки», то вот дальше все слишком отличается.

То, что сработает для одного Паладина, не сработает для другого, или же вовсе навредит.

Взять того же Рэйвенхарта. Понятия не имею, что в итоге выберет Лиса, но я бы прикончил ворона без раздумий. Ведь это кратчайший путь к тому, чтобы она получила силу Паладина. Но кратчайший ли это путь, чтобы стать сильным Паладином? Вопрос, на который я не знаю ответ. И не могу знать.

Ведь как ни крути, моя родная Стихия это Тьма. А миры всех остальных Стихий для меня чужие.

— Но тогда кто? — прервал мои мысли смотрящий прямо на меня Рихтер, — кто еще способен на это⁈

— Аргус, — ответил я, глядя как у Рихтера округляются глаза и чай идет носом.

— Чего⁈ — поперхнулся он.

— Сомневаешься, что он справится? — улыбнулся я.

— Нет, конечно… но… это разве возможно? Я к тому, что Аргус он, как бы это корректнее сказать…

— Не от мира сего.

— Именно! — ткнул пальцем Рихтер, — Аргусу нет дела до наших законов, до этики, до морали. Он безусловно силен как инструмент, но доверять ему принимать решения — это безумие!

— Согласен, — кивнул я перевел взгляд на молчащего все это время Феликса, — поэтому у него будет оператор.