Несносная куратор для маршала-легенды (СИ) - Гончарова Татьяна Викторовна - Страница 34

Как-то незавязчиво сгребает меня в объятия и усаживает к себе на колени.

— Я хочу тебя в личные преподаватели, — рассматривая мои губы, говорит он.

— Дард, я…

Замолкаю. И он молчит.

— Спасибо, — вдруг говорю я.

— За что? — приподнимает брови он.

— За то… — я опускаю взгляд, но всё же заканчиваю фразу: — За защиту. За шрам этот… давно хотела убрать его, но с моими доходами это было нереально. И вообще… за то, какой ты сейчас.

— Какой?

Смотрю на него снова. Улыбается легко, самыми краешками губ.

— Простой, — пожимаю я плечом. — Не давишь.

— Да я чуть умом не тронулся, когда увидел, как ты падаешь, — мрачно говорит он. — Нет уж. Я тебя нервировать больше не собираюсь. Разве что неосознанно, — вдруг усмехается он.

Он опускает взгляд на мои губы.

— Лита, я очень хочу тебя поцеловать, — снова взгляд глаза в глаза. — Но, если откажешь, подожду. Потом буду предлагать снова. Поэтому, будет лучше, чтобы согласилась сейчас. Но ты можешь отказаться.

— Могу отказаться? — невольно улыбаюсь я.

Дард как-то весь расслабляется, иронично смотрит на меня.

— Люблю, когда ты улыбаешься, — смотрит мне прямо в глаза. — Тебя, Лита, люблю.

Я прерывисто вздыхаю, только и могу, что потрясённо смотреть на него, снова он меня врасплох…

— Не будет никаких других женщин, кроме тебя, Лита, — тихо говорит он. — Как, собственно, никого и нет уже. Вот когда первый букет подарил, вот уже тогда не было. Я снова зову тебя замуж. Можешь отказываться. Буду звать ещё. И ещё. Отказывайся сколько хочешь, — снова взгляд на мои губы. — А вот на поцелуй соглашайся сейчас.

— Это приказ? — невольно смеюсь я.

— Это моё желание, Лита, — дёргает он уголком губ и отводит прядь волос с моего лба.

Я молчу. Вот как он себе представляет, что я скажу ему: да, целуй?..

Похоже, что он правильно понимает мои колебания. Его губы медленно приближаются к моим, давая мне возможность в любой момент отстраниться.

Глава 38. Всё

Глава 38. Всё

Вижу ведь: хоть и сижу у него на коленях, в любой момент могу отстраниться.

Он ведь даёт мне такую возможность — избежать поцелуя, остановить, предотвратить.

Только вот я слаба… Не нахожу в себе силы отказаться.

Сама до одури, до дрожи хочу снова почувствовать его поцелуй.

— Лита моя, — его жаркий выдох на моих губах.

Давление руки на спине. Его горячие губы, властное погружение его языка, его давление, напор…

Всё, вот теперь всё…

Вот теперь не смогу ничего, он давал мне возможность, я позволила, и теперь всё…

Теперь точно всё.

Стиснул в объятиях, зарылся в волосы, зацеловал так, что едва могу вдохнуть.

Мои руки сами обвиваются вокруг крепкой шеи.

Сердце отчаянно стучит, щёки пылают, мой слабый стон теряется в глубине его рта.

Дард откидывается на спинку стула, сдвигается на край сидения. Так больше доступ: задирает мою юбку, расстёгивает одежду, буквально сдирает её с меня.

— Лита-а-а… — беспорядочные поцелуи на шее, горле, губах, плечах. — Останавливай меня сейчас, пока не слишком поздно…

Останавливать? Его?.. Да меня уже тоже сорвало со всех тормозов…

— Не остановлю, Дард, пожалуйста, я…

Треск моей рвущейся одежды.

Сильные руки поднимают меня за талию, усаживают на него верхом.

Звон его ремня.

Его пальцы на моих половых губах, проникают глубоко внутрь.

— Безумие моё, — его полустон-полухрип на моей шее. — Моя горячая мокрая девочка.

Поднимает меня выше, насаживает на член, резко опускает на себя — наполняет до краёв. Сходу начинает вколачиваться, удерживая меня над собой.

— Дард… м… ох…

— Да, моя, да…

Встаёт, легко поднимая меня, сбрасывает всё со стола.

Под грохот падающих справочников, терминала, какой-то ещё важной и дорогой аппаратуры — усаживает меня на стол, рвёт на мне одежду, сдирает с себя мундир.

Обхватывает обеими руками моё лицо, целует, смотрит в глаза — замедляется.

Начинает двигаться внутри размашисто, выходя почти на всю длину, и снова засаживает член в меня резко, глубоко, в умопомрачительно-идеальном темпе.

Знает меня уже, знает, всё изучил, всё знает, как мне…

— Да-а-ард… — я взлетаю на пик так быстро, с громким стоном.

Вцепившись в его плечи, глядя в его суженные глаза.

Он держит моё лицо, смотрит жадно, как оно искажается нестрерпимым наслаждением, ни на секунду не останавливаясь, проникая в моё содрогающееся лоно.

И меня — тут же новым, ещё более сильным оргазмом выгибает. Я сокращаюсь так сильно, что выталкиваю его.

Усмехается довольно, обнимает, целует меня в губы, а я трясусь всем телом, вцепившись в его руки.

Дард укладывает меня на спину, хватает мои запястья, разводит широко, прижимая к столу.

Смотрит, как я дрожу.

— Разорванная одежда тебе очень идёт, — широко улыбается он. — Пожалуй, так же хорошо, как и голой.

Я краснею, пытаюсь отвернуться, дёрнуться, но он держит ещё крепче. Наклоняется и обжигает быстрыми поцелуями-укусами мою грудь. Ласкает одну и вторую, захватывает языком.

Оглядывает меня довольно. Снова вторгается в меня, на этот раз медленно, неспешно.

— Дард… — стону я, — я же… ох! Дард! Ммм…

— Да, моя Лита, — засаживая в меня член глубоко и ритмично, заявляет он. — Я очень доволен зрелищем. Особенно тем, что ты хочешь меня так же, как и я.

Мне уже не до разговоров, кажется, меня сейчас снова накроет…

Наклоняется ко мне, кладёт мои руки на свою шею, целует меня, поддерживая под спину и погружаясь пальцами в волосы.

— Любимая моя, — шепчет он в мои губы. — Как же хорошо с тобой, в тебе, — ускорение толчков, — не надейся, что отпущу.

— Не отпускай, Дард, — срывается с моих губ.

Он замирает, глядя мне в глаза.

— Повтори? — прищурившись, переспрашивает он.

— Я не хочу, чтобы ты отпускал, — прижимая ладонь к его щеке, шепчу я. — Мне очень хорошо с тобой. Я хочу остаться. С тобой.

Дард смотрит в мои глаза неверяще, а потом в глубине его глаз будто солнце вспыхивает. Хмыкает и улыбается. Снова целует, двигается внутри меня снова.

Всё сильнее, ускоряя темп. Не разрывая поцелуя.

Имеет меня не только членом, но и языком — сильно, глубоко, жадно.

Всё быстрее. Требовательнее. Умело. Точно зная, как именно я…

Взрываюсь бурным оргазмом. Мой громкий стон тонет в глубине его рта. И он тут же содрогается следом за мной, впиваясь губами в мои губы, не разрывая поцелуй.

Дышу тяжело. Дрожу всем телом. Дард прижимается губами к моему виску, держит меня крепко. Обнимаю его. Слушаю его тяжёлое дыхание.

Как же хорошо с ним… Как же хорошо… И ведь, зная его, могу точно сказать — будет ещё лучше.

— Сорвался, Лита, представляешь? — усмехается он и целует меня в губы. — Отымел тебя на собственном рабочем, не побоюсь этого слова, маршальском столе. Вот что теперь делать? Отругаешь меня?

— Нет, — я смеюсь и потягиваюсь, прижимаясь к нему сильнее. — Ругать не буду. Док сказал, тебе деньги некуда девать, так что хоть на одежду новую для меня потратишь.

— Ты уже считаешь мои деньги? — прищуривается он, иронично глядя на меня.

Я запрокидываю голову и смеюсь легко. Целую его в губы и заявляю:

— Судя по букетам, мне их и не сосчитать. Если, конечно, ты не всё на сведение моего шрама потратил.

— Не всё, — широко улыбается он. — Я рад твоему весёлому настрою. Это значит, что ты согласишься выйти за меня?

— Нет, — мотаю головой я.

— Отлично! Я знал, что ты крепкий орешек, так просто не расколешься!

С этими словами он выпрямляется, подхватывая меня под ягодицы. Оставаясь внутри меня, несёт в спальню.

— Дард, тебе не хватило? — улыбаюсь я.

— Нет, конечно, — усмехается он, — к тому же я намерен трахать тебя, пока не согласишься стать моей женой.

— Я не соглашусь, — заявляю я.

— Очень хорошо. Тогда сделаем перерыв на сон, на работу и, возможно, учёбу, и я буду продолжать тебя убеждать, — довольно улыбается он, укладывая меня на кровать.