После развода. Я всё ещё люблю (СИ) - Яхонтова Ася - Страница 26

думал только о тебе... А когда самолет приземлился, до меня дошло — ты слишком умная! Не

могла ты вернуться к идиоту Князеву!

Эпилог

Эпилог

Эпилог

Кто сказал, что рожать после 40 трудно? Ерунда! Главное, чтобы мужчина рядом подставлял

свое крепкое плечо.

Я мечтала о продолжении нашей любви с Давидом. С каждым днем понимала, что хочу ребенка от

этого мужчины — с такими же глазами, губами и черными волосами.

Вопрос с переездом решился быстро. Я оставила прежнюю жизнь в Москве. Уволилась с работы,

собрала необходимые вещи и не испытала ни тени сожаления. Теперь точно знала, что все делаю

правильно.

Мы поженились, как только я переехала в Турцию. Адаптация прошла лучше, чем я ожидала.

Оказалось, что среди соседей много русских.

Каждый день я проводила в объятиях любимого, виделась регулярно с дочерью и нянчила внука.

А потом... беременность.

Для Давида новость о беременности не стала неожиданностью. Нам уже за сорок и мы точно

знаем, чего хотим... мы оба хотели ребенка.

Вот только я не ожидала, что в соседней палате будет рожать Настя. Моя дочь решила сходить

за вторым. Поэтому в один день мы родили с ней малышей. У меня — мальчик, а у Насти родилась

девочка.

Наши мужья переживали вместе. А потом и праздновали вдвоем, укачивая Никитку дома.

Спустя год мы отмечаем День рождения наших малышей. Собрались у дочери и зятя. Денис

готовит барбекю. Давид занимается малышней. А я и Настя расставляем тарелки.

— Привет, семья! — на территорию заходит Князев.

Больше года не видела бывшего. После того как переехала в Турцию больше не общалась с ним.

Но Настя передавала информацию о том, что папа постоянно спрашивает обо мне.

О сегодняшнем приезде Князева я была предупреждена. Пришлось морально собрать все свои

силы. Убедить Давида в том, чтобы он ненароком не набил морду моему бывшему. Потому что у

него чесались руки с того самого момента, как увидел Сашу в труселях в моей московской

квартире.

Князев еще не видел внучку. Настя не спешила приглашать отца, помня о нашей антипатии.

На день рождения внучки Саша напросился сам. Это и неудивительно.

Смотрю, как бывший с многочисленными пакетами проходит через калитку — в шортах, рубашке с

гавайским рисунком, шляпе и солнцезащитных очках. Ну мачо просто!

За его фигурой не сразу замечаю, что за ним следует женщина лет тридцати пяти...

беременная.

— Мам, я не знала, что он не один приедет, — обреченно шепчет дочь.

— Все нормально, — успокаиваю ее. — Это в духе твоего отца.

У меня дежа вю. Мы снова в Турции — я, Князев и его любовница... Только теперь уже другая.

— Семья, познакомьтесь... Это моя жена! — с гордостью объявляет Князев.

Даже женился... Неожиданно!

Настя неуверенно здоровается с женщиной. Дочь явно не в курсе того, что у папы новая

пассия.

— Лерочка, сколько лет, сколько зим... — скалится бывший и подходит ближе.

Вижу краем глаза, как напрягается Давид.

— Еще столько бы не видеться, — едко произношу с улыбочкой.

— Ой да ладно, Лер, нам и делить то уже нечего. Вон по твоему примеру женился и иду за

вторым ребенком, — без особого энтузиазма произносит Князев.

— Саш, принеси мне попить! — от звонкого голоса его жены подпрыгиваем мы все... И даже

Саша.

— Иду, любимая, — с кислой миной отвечает мой бывший и мчится к столу за прохладительными

напитками.

Тут же подставляет стул своей жене. Чуть ли не сам тычет трубочкой от сока ей в рот.

Сразу видно, кто хозяин у них в доме.

Римма оказывается женщиной властной и надменной. Ведет себя высокомерно не только с нами,

но и с Князевым. Он явно у нее прочно засел под каблуком.

Саша хочет пообщаться со всеми. Но Римма ловко загоняет его обратно под каблук.

— Саш, я есть хочу! — командным голосом сообщает. И Князев мчится накладывать Римме купаты.

А потом бежит их подогревать потому, что беременной Римме показались они остывшими.

— Саша, ты что, не видишь? Эти купаты совсем холодные! — капризно тянет Римма. — И где

соус, который я просила?

— Сейчас-сейчас, дорогая, — суетится Князев, подрываясь с места.

Давид тихо фыркает мне на ухо: "Как же они подходят друг другу". Сдерживаю улыбку, но он

прав – судьба иногда преподносит забавные сюрпризы.

— Саша! — снова раздается властный окрик Риммы. — Где мой лимонад? Ты же знаешь, что

беременным нельзя ждать!

— Уже бегу, солнышко! — Князев чуть не спотыкается, торопясь выполнить очередной каприз.

Настя смотрит на это представление с плохо скрываемым удивлением. Ловлю её взгляд и понимаю

– дочь в шоке.

— Папа, может тебе помочь? — неуверенно предлагает она.

— Не надо! — резко обрывает Римма. — Саша сам справится. Правда, милый?

— Конечно-конечно, — поспешно соглашается Князев, продолжая метаться между столом и грилем.

Смотрю на бывшего с наслаждением. Нашлась хоть одна женщина в этом мире, которая сделает

жизнь Князева невыносимой. Отомстила, так сказать, за всех предыдущих!

К концу дня у Саши уже нет ни сил, ни настроения цепляться ко мне. Идеальная женщина его

жена!

Мы прощаемся со всеми. Давид берет уставшего сына на руки.

— Лер, а я вот думаю переехать в Турцию... Будем соседями, — на прощание говорит Князев.

— Еще чего! Такая жара. Я уже вся в поту! — осекает его Римма.

Во взгляде Князева — боль. Не могу сдержать улыбку.

Возвращаемся к себе домой. Давид укладывает малыша в кроватку. А я принимаю душ.

Слышу как дверь в ванную открывается. Давид отодвигает стеклянную дверцу душевой, проводит

взглядом по моему телу. Мне тут же становится жарко.

— К тебе можно? — хрипло спрашивает.

— Я тебя ждала, — улыбаюсь в предвкушении.

Давид тут же снимает всю одежду с себя и заходит ко мне в душевую.

Невольно любуюсь мужем. Мощные плечи, бицепсы на руках, рельефная кожа... Касаюсь

разгоряченного тела. Слышу довольное мычание Давида.

— Я тебя всю жизнь ждал, — шепчет он, прикусывая мне мочку уха.

— Ты даже не представляешь, как сводишь меня с ума, — шепчу в ответ, проводя пальцами по

его груди.

— Представляю... Так же, как ты меня, — его руки скользят по моей спине, притягивая ближе.

— Каждый раз, когда вижу тебя, схожу с ума всё больше и больше.

Горячие струи воды стекают по нашим телам, но жар внутри сильнее. Давид целует мою шею,

плечи, и я таю в его руках.

— Я так тебя люблю, — выдыхаю, запрокидывая голову.

— И как у тебя это получается? — хрипло произносит он, и его глаза темнеют от желания.

— Что?

— Вызывать во мне желание и днем, и ночью, — рычит муж, покрывая плечи и шею поцелуями.

— Это мой маленький секрет, — улыбаюсь, притягивая его для поцелуя.

Его руки скользят по моему телу, изучая каждый изгиб, словно впервые. И хотя мы женаты уже

больше года, каждое прикосновение всё так же электризует, каждый поцелуй сводит с ума.

— Ты моя секретная девочка, — шепчет Давид между поцелуями. — Моё самое большое счастье.