Жажда бессмертия. Том 8 (СИ) - "Морфиус" - Страница 17

И вряд ли это были какие-нибудь магические импланты, учитывая, что под глазами располагались небольшие подтеки крови и гноя. Одежда тоже вызывала бы смех, если бы это было смешно. Старый халат, плотный, слепленный из тысячи цветастых заплаток, словно его делал безумный шут. И просто посох в руках, правда, из дерева третьего этапа. Что же по ауре…

Когда лодка застыла, восприятие всех лидеров скрестилось на ней. Каждый пожелал слегка прощупать гостя. И это слегка скрестилось вместе, заставляя наших же звезд побледнеть и захрипеть. Фанатик тоже чуть согнулся, но скорее в приветствии, ведь он был хоть и слабым, но ядром. А вокруг него витала странная аура, от которой начинало чуть резать зубы, да и на душе становилось тревожно. Боль. Просто концепт боли. Не знай я названия его организации, долго бы ломал голову над сутью стихии. Что же по «тяжести ци», то она у него была чуть грубее ментальной, но все равно довольно возвышенной. Уровень шеи, если мерить ортодоксальными схемами расположения ядер.

— О, не нужно так сильно давить. — Улыбнулся адепт, закидывая волосы за уши и обнажая на запястье какую-то цепь, крепко впившуюся в кожу. Причем именно уходящую куда-то под кожу, где на грани металла и плоти выступала кровь. И в противовес этому его голос был… «светлым» я бы сказал. Таким чистым. Ангельским. И это был не ментал. Его тембр и эмоции действительно были своего рода противоположностью кровавости. Это напрягало. Удивляло. Вот только глядя на все это, я не обольщался и даже представить не мог, что там могут делать с пленными землянами.

Глава 8

Глубокая боль

Место действия: Паутина миров

Время действия: 13 июля 2060 года

— Они все такие уроды? — Спросил Ахмад. Кровавый не стеснялся лезть вперед всех.

— Другие члены храма боли выглядят иначе. Почти все из них нормальны и не используют… Таких методов. — Тут же ответил один из наших парламентёров. И учитывая, что они провели там несколько дней, а теперь вернулись целыми и здоровыми, это было даже удивительно.

— И так… — Голос Ламеха мгновенно наполнял реальность ощущением чужой власти.

— Вы отвергли наш ультиматум. И сказали, что у вас есть свои предложения. Было бы интересно послушать… — Сарказма в голосе старика не услышал бы только глухой. Да и вся эта ситуация, честно говоря, пахла не очень. Именно сейчас мы вступили в переговоры более плотно, поставив храмовникам ультиматум с требованием отпустить всех землян. Потому что сейчас мы были уверены, что сможем оставить портал на новых ядровиков, а сами ударим по внешникам.

Прорыв был закрыт. И уже скоро наши ряды пополнятся еще десятком адептов второго этапа. А уже прорвавшиеся станут сильнее. И более того, Ламех нас предупредил, что уже позвал отряд от другой фракции. Мертвой руки. Зачем? Ответ был прост. Чтобы ударить по храму боли вместе. Притом что и сами мертвые руки активно использовали землян. Но, как говорится, «это было другое!». И мне такой фарс, естественно, не нравился.

— О да… — Начал слепец. Его, похоже, слепота не сильно смущала. Да и его техника сканирования, легкая, почти незаметная, явно была высочайшего качества. Я ощущал ее. Как она ощупывает меня, вернее мой покров. Но как знать, может он видел не только нас, как сгустки, но видел и лица. Может даже ощущал эмоции? Может у него были сотни лет на оттачивание техник?

— Мое имя Гай. И меня избрали вести переговоры. Мы не можем освободить ваших людей. Наша организация заплатила очень много, выкупая их у тех, кем они были захвачены. Каждый землянин ценится дорого. Дороже десятков тысяч кристаллов, ибо он может принести еще больше. Но как ваши люди уже видели, мы относимся к пленникам крайне бережно. Возможно, даже куда более бережно, чем вы сами. — На этот моменте и он ухмыльнулся, словно окидывая несуществующим взглядом поле боя, на котором осталось лежать много людей.

— Каждый из них свободен в возвышении. Каждый может становиться сильнее и искать свой путь. И каждый из них своим трудом освобождает себя, возмещая нам то, что мы потратили на их выкуп из рабства. И когда они это сделают, то станут свободными, в этом я могу поклясться…

Звучало это красиво. Даже слишком. Впрочем, могло оказаться полной правдой. Это легионы могли себе позволить устраивать резню, ибо просто не могли увести всех в плен. Эти же… Небольшая организация будет трястись за каждого землянина, даже прокачивая его, чтобы он вдруг не умер, продолжая нести золотые яйца. А как «благословение Неба» покинет адептов, тех реально освободят за полной ненадобностью.

— Он сказал правду? — Обратился я к звездам, которые уже перебрались на другую лодку, уже нашу. И ощутил, как меня неприятно колет энергией от Ламеха. Ну да, похоже, старику было полностью плевать на пленников. Его интересовала добыча с фанатиков и новый портал.

— Да. Мы сами удивились. Люди там несвободны. Но обращаются с ними весьма хорошо. Правда заставляют постоянно тренироваться. Учат, заставляют сражаться. Но под присмотром других… — Ответил Звезда. Но его прервал Ламех.

— Это не важно. Если вы их не вернете через три дня, мы уничтожим вас. — Ультиматум звучал грозно.

— Печально это слышать. — Гай остался невозмутим. — У нас было иное предложение. Часть ваших людей заняла бы место около нашего портала, помогая нам сдерживать тварей. А добычу мы бы делили условно поровну. Наших сил хватает, чтобы сдерживать тварей и самим. Вот только в таком случае очень много ресурсов теряется. Мы не рискуем Землянами зазря. И им удается убивать лишь малую часть добычи. Вот только, видя ваш настрой, мне кажется, вы не примете этого предложения… — Заключил он.

— Храм боли будет низвергнут до основания… До истока миров… — В тишине вдруг неожиданно произнесла Лиань, обычно крайне молчаливая. Но сейчас в ее голосе заплескалось что-то яростное. И слепой взгляд Гая уставился на нее. Словно бы он услышал нечто знакомое. А я, наконец, рассмотрел его «импланты».

Кристалл напитанный концептом боли (этап: 3)

— О… Я, кажется, понял. Вернувшаяся… Но, кажется, ты опоздала на несколько эпох. Великий храм был разрушен еще очень давно… А мы лишь его небольшие осколки. Кто-то идет темным путем, кто-то светлым… — Это звучало как нечто… Наполненное глубоким смыслом.

— Ваш окончательный ответ? — Надавил Ламех. Но, кажется, его тоже удивил обмен репликами. Хотелось расспросить Лиань. Вот только никто с такими расспросами к этой хтони лезть не хотел. Нелл же была индифферентна. Ее разговор, кажется, не очень заинтересовал.

— Мы не вернем вам людей. Те, кто придут к храму боли с плохими намерениями лишь познают боль… — Распрямил плечи парламентер.

— Я услышал тебя. Мы берем тебя под стражу. Вы, спустите его и держите под наблюдением. Рыпнется или захочет переговорить со своими, убейте. — Приказал Старик. И пара его личных слуг на этапе ядра, причем крайне крепкие, тоже парящие на мечах, ринулись к переговорщику, вышвыривая его из лодки и спуская на землю. А я мысленно поморщился. Кажется, к нашим переговорщикам там относились лучше. Кажется, это мы здесь ведем себя по-хамски.

Сам же Ламех достал какой-то артефакт, активируя защитное поле. Похожее на формацию тишину. Только здесь не нужно было много флагов. Сфера захватила всех нас.

— Как скоро вы будете? — Спросил он через связной камень.

— Пол часа. — Ответили ему почти сразу же, и он убрал артефакт, обращаясь уже ко всем нам.

— Скоро сюда прибудет отряд адептов ядра мертвой руки. Они наши союзники. Вместе с ними мы ударим по храму боли, зачищая этих фанатиков полностью. И да, союзники нам нужны, хоть с ними и придется немного поделиться. Но так риска будет меньше. Осталось только решить, кто идет со мной, а кто останется здесь.

— И пропустит все веселье и добычу? — Оскалился Ахмад, давая понять, что уж он-то здесь не останется.

— Я остаюсь. — Произнес Ихсан. Почему халифатец так решил, я не знал. Может тоже ощутил неправильность происходящего. Среди адептов было немало тех, кто следовал своим понятиям чести. Как и тех, кто на них наплевали. Но все же тенденция прослеживалась. И мечник казался именно тем, кто готов отстаивать свои идеалы. А может он просто решил, что здесь остаться будет выгоднее. Как знать, может когда его измотает бой с храмовниками, кто-то из своих же позарится на этот доспех и добьет его?