Красный священник (ЛП) - Юань Е - Страница 73

Выслушав исповедь мажордома, незнакомка издала тихий, клокочущий смешок. Скосив глаза в сторону выхода, она проронила:

— Тебе пора уходить. Держи ухо востро, чтобы никто не сел на хвост.

Этот мимолетный поворот головы позволил Клейну наконец-то разглядеть её черты кристально ясно. Слегка округлое личико, миндалевидный разрез глаз, источающая мягкость и затаенную девичью прелесть аура… Перед ним предстала поистине ослепительная, дьявольски пленительная особа, которая по совместительству оказалась давней «знакомой» самого сыщика:

Трисси!

Трисси Чик!

Глава 774

Зацепка

«Она еще жива? Сумела сбежать? И даже помышляет о мести за принца Эдсака?» — в то самое мгновение, когда Клейн узрел Трисси, он, стоя за портьерами в хозяйской спальне, едва не потерял контроль над собственным лицом.

И хотя по обрывкам подслушанного разговора он уже смутно о чем-то догадывался, столкнувшись с суровой реальностью лицом к лицу, сыщик всё равно почувствовал, что происходящее напрочь превосходит любые, даже самые смелые его фантазии.

Ему даже не требовалось прибегать к прорицанию во сне, чтобы кристально ясно воскресить в памяти их с Трисси беседы накануне Великого баклундского смога. В те дни она спала и видела, как бы вырваться из-под гнета принца Эдсака и сбросить оковы тех кукловодов, что дергали за ниточки её судьбы, считая свою тогдашнюю жизнь лишь средоточием беспросветной муки.

И эта ведьма, которая изначально вообще была мужчиной, ради мести за Эдсака добровольно продала душу еретическому божеству? Да это же завязка для какого-то бульварного, третьесортного романа! Уголки губ Клейна нервно дернулись. Он безмолвно «наблюдал», как мажордом Вальтер передает Трисси узелок с провизией, и «вслушивался», как тот бросает пару коротких наставлений, после чего круто разворачивается и уходит прочь по потайному туннелю.

В этот самый миг собственным, физическим зрением Клейн выхватил во мраке человеческий силуэт, ловко перемахнувший через ограду особняка парламентария Махта. Тень стремительно заскользила вдоль улицы, приближаясь к канализационному люку. Это была не кто иная, как Хейзел, владелица того самого мистического артефакта Пути «Мародера».

«Она же сейчас нос к носу столкнется с Вальтером… Какая к дьяволу канализация, это же прямо-таки парадные двери на шумный рынок!» Глядя вниз, Клейн едва удержался от порыва отчаянно хлопнуть себя по лбу.

Оказавшись у люка, Хейзел несколько секунд настороженно озиралась по сторонам. Лишь затем она сноровисто сдвинула тяжелую чугунную крышку и скользнула внутрь. Все ее движения были выверены до автоматизма, без малейшей заминки.

Ступив на скользкий, покрытый слизью пол, девушка целенаправленно и уверенно зашагала вперед, держась вдоль ржавых труб и медленно текущей, зловонной речушки из нечистот.

Внезапно по её спине пробежал ледяной озноб, вдоль позвоночника скользнул пронизывающий холод, а волоски на теле встали дыбом.

В следующее мгновение Хейзел почудилось, будто она с размаху рухнула в промерзлую до дна реку. Чудовищная, всепоглощающая стужа вмиг сковала каждую клеточку её плоти.

С леденящим ужасом она обнаружила, что ее собственные ноги послушно меняют направление и чеканят шаг прямо к стене с железными трубами — и всё это происходило напрочь в обход ее собственной воли!

Паника и первобытный страх молниеносно затопили разум Хейзел. Титаническим усилием воли она сбросила оцепенение и единым порывом влила всю доступную духовность в ожерелье на своей шее.

На этом украшении красовались семь безупречно прозрачных, изумрудно-зеленых камней, расположенных на равном расстоянии друг от друга и окаймленных россыпью мелких бриллиантов. Даже в этой глухой, беспросветной тьме камни источали едва уловимое, мягкое свечение.

Вдруг один из изумрудов ярко полыхнул, озарив прекрасное личико Хейзел зловещим, мертвенно-зеленым светом.

Ее шаг к стене резко оборвался. Ступни неестественно, словно у сломанной куклы, дернулись вперед, но тут же послушно вернулись на место.

В эту долю секунды девушка физически ощутила, как сковавшая ее нутро ледяная хватка дала слабину, впав в секундный ступор.

Не теряя ни мгновения, она без малейших колебаний зажгла духовностью следующий прозрачный изумруд. Вскинув правую руку и направив её на саму себя, девушка резко, с силой вывернула запястье.

В тот же миг в ее голове вспыхнула причудливая вязь таинственных символов и узоров, а духовность вкупе с голосовыми связками претерпели кратковременные, но ощутимые метаморфозы.

Она благополучно украла Потусторонний талант — «Вопль мстительного духа»!

Хейзел уже приоткрыла рот, готовая отчаянно, не считаясь с последствиями исторгнуть этот разрывающий перепонки визг, как вдруг её собственные руки вновь вышли из-под контроля. Ладони молниеносно взметнулись вверх и с первобытной, беспощадной силой наглухо зажали ей рот.

Оглушительный крик захлебнулся, обратившись лишь жалким, сдавленным мычанием в глубине горла. Ее ноги, ступая с пугающей, кошачьей легкостью, в несколько шагов приблизились к стене, свернули в глухой туннель и заставили тело покорно осесть на корточки прямо в кромешном мраке.

Она билась и извивалась из последних сил, но всё было тщетно. Ей не удавалось даже заново пробудить магию своего ожерелья.

Темно-карие глаза Хейзел распахнулись до предела, переполненные леденящим ужасом и глухим отчаянием. Две хрустальные слезинки проступили в уголках глаз и медленно покатились по щекам.

А в это самое время Вальтер, осторожно ступая в темноте, вынырнул из соседнего прохода. Добравшись до канализационного люка, он сноровисто и ловко вскарабкался по скобам наверх.

Лишь когда мажордом бесшумной тенью перемахнул через ограду особняка Дуэйна Дантеса на улице Бёклунд, 160, Хейзел внезапно ощутила, как власть над собственной плотью возвращается к ней. Та самая пробирающая до костей, пугающая стужа бесследно испарилась.

Сперва она с нескрываемым изумлением вскинула дрожащие руки, окинув их взглядом благодаря дарованному ночному зрению. Затем в панике принялась затравленно озираться, словно в непроглядных глубинах коллектора всё еще таились мириады невидимых, кошмарных тварей.

Судорожно нащупав правой ладонью ожерелье на груди, девушка с предельной осторожностью поднялась на ноги и попятилась к выходу.

Она благоразумно не стала сломя голову бросаться наутек, ежесекундно ожидая нового, смертоносного удара из темноты.

Наконец ей удалось выбраться обратно на улицу Бёклунд. При виде тусклого света, льющегося с черных чугунных фонарей и отражающегося в лужах на брусчатке, она смогла перевести дух.

Лишь теперь Хейзел сорвалась с места, со всех ног мчась к родному дому. Впрочем, на полпути она резко затормозила, бросилась обратно и, суетливо, дрожащими от напряжения руками водрузила чугунную крышку люка на место.

Покончив с этим, девушка тенью заскользила вдоль темных стен, просочилась в свой сад и, виртуозно карабкаясь по газовым и водопроводным трубам, благополучно достигла балкона своей спальни.

Лишь очутившись в безопасности, она наконец-то обрела способность здраво соображать. Широко распахнув глаза, Хейзел на одних инстинктах затравленно огляделась по сторонам, а ее тело пробила крупная, неконтролируемая дрожь.

Она уже было вскинула левую руку, намереваясь просто утереть лицо рукавом, но на полпути замялась, вспомнив о манерах, и вместо этого суетливо выудила из кармана носовой платок.

…………

«А у этой Хейзел и впрямь имеются недурные задатки для выживания, на зеленую новичку она явно не тянет…» — в недрах канализации из ниоткуда соткался силуэт Сеньора, щеголяющего в потертой треуголке и темно-красном сюртуке. Клейн через марионетку беззвучно вынес свой вердикт.

Вслед за этим болванчик, повинуясь воле Клейна, вновь бесследно растворился во мраке и скользнул в тот самый глухой туннель, где пряталась Трисси.