Путешественник (ЛП) - Юань Е - Страница 38

— Садись.

Даниц с облегчением выдохнул и поспешно плюхнулся на сиденье.

Внезапно мелькнула мысль, что этот тип не так уж и плох — по крайней мере, соизволил предложить ему сесть.

…………

Ту-у-у!

Под протяжный гудок «Белый Агат» покинул гавань и вышел в бескрайние просторы океана. Делая по тринадцать узлов, к полудню судно отмахало приличное расстояние.

Сорвавший голос и отчаянно жаждущий смочить пересохшее горло «Пылающий» Даниц наконец-то получил дозволение заткнуться. Вооружившись билетом, он повел конвоира на поиски ресторана для пассажиров первого класса.

Заведение отличалось весьма изысканным убранством. В углу заливался соловьем скрипач, а столики были искусно отгорожены друг от друга декоративными ширмами, даря гостям чувство уединенности.

Не успел Клейн сделать и пары шагов, как наткнулся на семейство Донны и Клевиса с его напарницей. Вся их пестрая компания оккупировала здоровенный стол и теперь находилась в предвкушении изысканных яств.

— Дядюшка Воробей! — звонко окликнул мальчуган Дентон. Разделив общую тайну минувшей ночью, он незаметно для окружающих сменил обращение.

Донна же лишь недоуменно хлопнула ресницами, всем своим видом выражая искреннюю растерянность.

Девочка кристально ясно помнила: дядюшка Воробей остановился во втором классе, а значит, ему здесь делать совершенно нечего.

Клейн с улыбкой приветственно взмахнул рукой, после чего кивнул на Даница:

— Он угощает.

— Вот оно что… — Донна с любопытством принялась разглядывать пирата. Лицо этого господина показалось ей донельзя странным, особенно жутко неестественные, словно нарисованные брови.

Клевис отложил нож с вилкой и, выдержав двухсекундную паузу, спросил:

— Твой приятель?

Издав легкий смешок, Клейн скосил глаза на пирата:

— И что же ты им ответишь?

Даниц стиснул зубы, но тут же выдавил из себя лучезарную улыбку:

— Однажды Герман спас мне жизнь.

«Истинно так. А не то он бы уже давно пустил меня в расход и обменял мою голову на звонкую монету…» — мысленно успокаивал себя пират.

Смерив Даница цепким взглядом с ног до головы, Клевис благоразумно не стал больше ничего выпытывать.

Миновав компанию Донны, Клейн облюбовал столик у самого окна.

К ним тут же подскочил услужливый лакей, протягивая меню.

— Телячий стейк на углях, фуа-гра в красном вине, овощной салат… — пробежавшись по строчкам, Даниц не удержался от восторженного вздоха: — Обожаю лайнеры, что швартуются в портах каждые два-три дня. Всегда есть свежая жратва! А вот когда болтаешься в открытом море неделями, приходится давиться одним лишь элем, солониной да проклятыми консервами. От такой скукоты взвыть можно! Впрочем, океан и сам не скупится на свежатину. Хе-хе, главное — уметь отличать съедобное от отравы. Был у нас на борту один матрос… сдуру сожрал какую-то цветастую лобстер-переростку, так его пронесло до такой степени, что зад…

Как истинный прожженный корсар, он уже было приготовился выдать забористый портовый мат, но, наткнувшись на ледяной взор Германа Воробья, спешно подобрал слова поприличнее:

— … пронесло так, что задница чуть не отвалилась.

«Сдается мне, там крылись куда более пикантные причины… Пусть ваш капитан и женщина, но баб на корабле явно кот наплакал. А уж когда матросы месяцами не сходят на берег, они становятся до одури голодными до ласк…» — беззвучно съязвил Клейн. Выхватив меню, он бегло прошелся по самым дорогим позициям:

— Несите всё из этого списка.

— Сию минуту, — на лице лакея не дрогнул ни единый мускул.

В этот момент Клейн приметил зашедшего в ресторан капитана Элланда. Тот как раз проходил мимо, и сыщик ограничился коротким, вежливым кивком.

А обернувшись, обнаружил, что «Пылающий» Даниц уже старательно отвернулся и во все глаза пялится в окно, мастерски изображая жгучий интерес к морским пейзажам.

— Капитан тебя знает? — ровным, почти утвердительным тоном спросил Клейн.

Даниц выдавил из себя сухой смешок:

— Нам довелось скрестить клинки, когда он еще тянул лямку боцмана на «Вильгельме V».

— К тому же… к тому же я, как-никак, весьма прославленный пират…

На этих словах Даниц, вспомнив о своем нынешнем, жалком положении пленника, внезапно приуныл и поспешил сменить тему:

— Вот только ума не приложу, с какой стати «Справедливый» Элланд вдруг ушел со службы. В ту пору он уже успел стать «Арбитром».

Глава 504

Пиратская банда «Красный Череп»

Потустороннему позволили покинуть флот? Даницу даже не требовалось ничего объяснять — Клейн и без того прекрасно понимал, почему пират счел это странным.

В отрядах Ночных Ястребов даже сугубо гражданский персонал находился под жестким контролем. Обычное увольнение сопровождалось подписанием договора о пожизненном неразглашении, а покидать юрисдикцию своего отряда без высочайшего дозволения строжайше воспрещалось. Если же кому-то всё-таки одобряли переезд в другой город, он был обязан первым делом явиться в местную Церковь Богини Вечной Ночи для постановки на учет.

Подобные драконовские правила красноречиво демонстрировали истинное отношение властей к паранормальным силам и всему, что с ними связано. А уж Потусторонний, испивший эликсир, и подавно не мог вот так запросто, без сучка без задоринки, порвать со своей организацией.

Клейн кристально ясно помнил: мисс «Справедливость» в свое время располагала и нужными каналами, и средствами для того, чтобы стать Потусторонней, однако наотрез отказывалась это делать. И причиной тому послужил именно страх лишиться свободы.

Этот ворох мыслей вихрем пронесся в голове юноши, так и не сорвавшись с губ. В конце концов, вежливый, но ледяной Герман Воробей не стал бы выказывать ни малейшего интереса к подобным сплетням.

— И что с того? — невозмутимо парировал Клейн, не отрывая взгляда от столовых приборов на столе.

«Да ты вообще умеешь поддерживать беседу⁈» — «Пылающий» Даниц мысленно втянул воздух сквозь зубы и, выдавив кривую улыбку, произнес:

— Ха-ха, просто мне это показалось чертовски подозрительным. Мы все грешным делом решили, что он примкнул к МИ-9 и теперь, прикрываясь капитанским званием, выступает соглядатаем, контролирующим здешние маршруты.

«Вполне вероятный расклад…» — Клейн поднес к губам стакан с простой водой и сделал небольшой глоток.

Заказанные им блюда, строго следуя ресторанному этикету, начали одно за другим появляться на столе. В качестве приятного бонуса заведение преподнесло им два бокала легкого аперитива — сладковатого, искрящегося пузырьками вина бледно-золотистого оттенка.

Сыщик больше не проронил ни звука, всецело отдавшись дегустации. Оценив яства по достоинству, он мысленно констатировал: кормят здесь и впрямь на порядок лучше, чем в столовой второго класса.

По залу разливались тягучие, умиротворяющие переливы скрипки, то и дело прерываемые легким, изящным позвякиванием ножей и вилок о фарфор. За панорамными окнами безмятежно колыхалась бескрайняя лазурная гладь океана. Вся эта картина дышала поистине безупречной, пасторальной идиллией.

И ровно в тот самый миг, когда Клейн уже перешел к десерту, в ресторан, тяжело топая сапогами, пулей ворвался один из матросов. Он бросился прямиком к столику, за которым восседал Элланд.

— Капитан, пираты по курсу! — истошно гаркнул матрос, даже не пытаясь понизить голос.

Львиная доля пассажиров вмиг оцепенела от ужаса, позабыв о еде.

Клейн вскинул голову и вперил в сидящего напротив Даница мрачный, леденящий душу взгляд.

«Пылающий» Даниц на секунду застыл соляным столбом, после чего, скривившись в горькой усмешке, заговорщицки зашипел:

— Если я скажу, что не имею к этому ровным счетом никакого отношения, ты мне поверишь?

Клейн, незаметно расслабив мышцы век, едва не сведенные судорогой от столь напряженной актерской игры, медленно, с издевательской расстановкой растянул губы в улыбке: