"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 91

Эдгару Крейтенсу пришлось употребить все свое влияние, чтобы уладить проблемы сына. Когда Крейтенсу-младшему исполнилось тридцать два года, он стал следователем по уголовным делам в суде. С тех пор прошло уже тридцать лет, а он все еще занимал эту должность. После смерти Эдгар Крейтенс оставил своему незадачливому сыну большое наследство. Крейтенс-младший прекрасно знал, откуда у его отца взялись эти деньги, и потому он вынужден был изъять улики из дела об убийстве Дитриха Фиддла.

Крейтенс закрыл папку с делом и набрал номер Джорджа Вандекерхове.

– Привет, Джордж, – сказал он в трубку, взял телевизионный пульт и выключил звук. – Я звоню по делу об убийстве Фиддла. Боюсь, у нас возникли непредвиденные сложности.

– Все это ерунда, не беспокойся. Никому и в голову не придет связывать нас с этим убийством. У меня безупречное алиби. Что касается тебя, то ты вообще вне подозрений.

– Но я не могу не беспокоиться, Джордж. Этот комиссар Ван-Ин страшно въедливый тип. Он будет копать и копать.

– И что из того? Пускай себе копает. Мы ведь не убивали Дитриха, не так ли? – со смехом проговорил Вандекерхове. – Кроме того, Лайтнер на нашей стороне. Не стоит об этом забывать. Дитриха нужно было убрать. Он стал для нас слишком опасен. Он напился до бесчувствия и рассказал эту идиотскую историю о «Мадонне» Микеланджело. Это могло испортить все дело. Последние два месяца он болтал об этом на всех углах. Мы уважаемая всеми организация с безупречной репутацией. А Дитрих был для нас прямой угрозой. Мы не могли допустить, чтобы он все загубил. Этот идиот думал, что я должен пасть перед ним ниц. Он был уверен, что, если бы не он, я бы никогда не оказался в Брюгге. Из-за его глупости я едва не погиб. Мы должны были его устранить. У нас не было другого выхода.

– Значит, это была хорошо спланированная операция, – задумчиво произнес Крейтенс.

– Конечно, Джорис. Но пусть тебя это совершенно не беспокоит. Все, что от тебя требуется, – это следить за ходом расследования и вовремя информировать меня. Остальное я сделаю сам.

– Надеюсь, что никаких непредвиденных сложностей больше не возникнет, Джордж, – со вздохом проговорил Крейтенс.

– Кстати, пока я не забыл. На прошлой неделе у меня возникла проблема с транспортной полицией. Мой водитель превысил скорость.

Крейтенс достал из портсигара высохшую от времени отцовскую сигару и закурил.

– Я постараюсь это уладить, Джордж.

– Я буду очень благодарен тебе, Джорис. Увидимся в клубе на следующей неделе.

Глава 14

У Версавела чуть не случился сердечный приступ, когда на следующее утро он открыл дверь кабинета номер 204.

– Что случилось? Неужели умер Картон? – со смехом спросил он.

Ван-Ин сидел за компьютером и неумело набирал какой-то текст одним пальцем.

– Нет. С чего ты решил, Гвидо? Просто жизнь прекрасна, и я решил наслаждаться каждой ее минутой, – весело ответил Ван-Ин.

Версавел аккуратно повесил куртку на вешалку и с подозрением взглянул на комиссара.

– Что же тогда? Вандекерхове предложил тебе работу?

– Ты никогда не догадаешься, в чем причина моего хорошего настроения, – усмехнулся Ван-Ин.

Версавел нервно покрутил ус и недоверчиво посмотрел на Ван-Ина. «Наверняка через несколько минут комиссар опять впадет в депрессию, и от его хорошего настроения не останется и следа», – со вздохом подумал он.

– У тебя хорошие новости? – выдвинул он новую версию.

– Хорошие? Да они просто прекрасные, мои новости, Гвидо. Я был у врача.

– У врача? Так я тебе и поверил! Да я скорее могу предположить, что ты с Вандекерхове вчера выпил и как следует повеселился.

Ван-Ин лукаво улыбнулся, нажал клавишу F7, чтобы сохранить документ, и откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

– Гвидо, мое сердце в полном порядке, а легкие могут перерабатывать шесть кубометров в час.

– Шесть кубометров чего? Воздуха или табачного дыма? – язвительно уточнил Версавел.

Ван-Ин встал и прошелся по комнате. В этот день он был как следует выбрит и даже надел чистую рубашку. Такого с ним раньше не случалось.

– Мы можем отпраздновать это знаменательное событие, – весело предложил комиссар. С этими словами он вынул из сейфа бутылку рома.

– Значит, ты абсолютно здоров? – с удивлением глядя на Ван-Ина, проговорил Версавел. – А как врач объяснил эти приступы?

Ван-Ин открыл бутылку колы и смешал с ромом.

– У меня язва, Гвидо. Ты можешь в это поверить? Язва желудка! Врач прописал мне вот это. – Ван-Ин указал на пузырек с таблетками, который стоял у него на столе. – Если я буду принимать это чудесное снадобье, то могу не отказываться от своих привычек, – торжественно сообщил Ван-Ин, сделал глоток рома и закурил.

– Наверное, у всех любителей выпить есть свой ангел-хранитель, – пробормотал Версавел.

– Что ты имеешь в виду?

– Тебе попался удивительный врач. Он смог определить, что у тебя язва желудка, даже не сделав рентген. Он достоин Нобелевской премии, – язвительно заключил Версавел.

– Ты совершенно прав, Гвидо, – радостно кивнул Ван-Ин. – А если завтра я еще и выиграю в лотерею кругленькую сумму, все мои проблемы будут решены.

– Как ты смотришь на то, чтобы выпить кофе?

– Нет, Гвидо. Вот как раз кофе-то мне и нельзя. Врач сказал, что мне нужно исключить две вещи. Кофе и чай, – улыбнувшись, возразил Ван-Ин. – Это чертовски вредные напитки. Но если ты совсем не заботишься о своем здоровье, это твое право.

Версавел закатал рукава своей рубашки и выключил компьютер, решив, что сегодня Ван-Ину он вряд ли понадобится.

– От наших немецких коллег до сих пор нет никаких вестей, – сказал он. – Готов поклясться, что в этом замешан Крус.

Ван-Ин вылил в стакан остатки колы и добавил туда пару капель рома.

– К тому же этот Джеррис – ненадежный человек, – презрительным тоном произнес комиссар. Судя по всему, он успел пропустить пару рюмочек до прихода Версавела.

– А тебе удалось что-нибудь узнать о «Ди-Сконе»?

За день до этого Версавел наводил справки в муниципалитете.

– Я не смог узнать ничего важного. По словам клерка, у этой фирмы безупречная репутация. Но он подтвердил, что они интересуются историческими зданиями.

– Все этим интересуются.

Ван-Ин облокотился на свой стол и зевнул. Сегодня он пришел на работу к половине восьмого и сразу же, с самого утра, начал праздновать радостное событие: доктор нашел у него язву желудка вместо какой-нибудь сердечной болезни, требующей строгого воздержания. Теперь он очень хотел спать.

– А как насчет Френкеля?

– Вот черт! – воскликнул Версавел. – Совсем забыл. Вчера, через пятнадцать минут после твоего ухода, я получил факс от Гронигена. Комиссар Джаспер Тжепкема решил изучить дело. Он пообещал сегодня же связаться с тобой. Военная полиция получила приказ разыскать его.

– Это хорошо, – пробормотал Ван-Ин.

У комиссара закружилась голова, и он пошатнулся. Из-за выпитого рома, духоты и усталости его развезло. Голова его клонилась вниз, глаза слипались.

– Не лучше ли тебе отправиться домой, комиссар? – спросил Версавел. – Ты спишь на ходу.

– Ни в коем случае, Гвидо, – отрезал Ван-Ин. Язык его заплетался.

– Давай я отвезу тебя домой. А потом сам все объясню начальству, – предложил Версавел. – Ты ляжешь спать, как следует отдохнешь. А завтра мы все обсудим.

– Хорошо, я согласен, но только при одном условии, Гвидо, – сказал Ван-Ин и хитро посмотрел на Версавела. – Позвони Ханнелоре и скажи ей, что у меня все в порядке. Передай ей хорошие новости по поводу моего здоровья. И еще попроси ее сегодня вечером прийти ко мне в постель.

– Как скажешь, комиссар.

«Так проходит мирская слава», – подумал он.

Комиссар Крус из судебной федеральной полиции высморкался в грязный, много раз уже использованный бумажный платок. Голова его кружилась. Он чихал, словно собака, нанюхавшаяся перца. Новый кондиционер только разгонял пыль, а воздух в кабинете оставался по-прежнему спертым и затхлым. И это неудивительно. На столе комиссара лежала кипа заплесневевших от времени досье, покрытых толстым слоем пыли. Пыль летала по комнате, словно пыльца над цветущим лугом.