"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 84

– Не волнуйтесь, сэр. Я никогда не совершаю ошибок, – поспешил заверить его Николаи.

– Надеюсь, что это действительно так, амиго. Иначе и мне и вам не поздоровится.

С этими словами Энзо поднялся. Валлон снял с вешалки пальто Скаглионе и подал ему.

– Если у вас возникнут непредвиденные обстоятельства, позвоните мне по этому номеру, – сказал Энзо, протянув Николаи визитку.

Николаи мельком взглянул на нее и небрежно сунул в карман.

– Ну, мне пора, – сухо проговорил Энзо, оделся, поднял воротник пальто и пожал Николаи руку на прощание. – Удачи.

– Спасибо, – ответил валлон. – И передайте вашему заказчику, что все будет в полном порядке.

Эти слова Николаи произнес таким надменным и самоуверенным тоном, что на секунду Скаглионе почувствовал себя полным ничтожеством, мальчиком на побегушках, способным выполнять лишь самую примитивную работу. Но мгновение спустя Энзо пришло в голову, что, несмотря на смелость и самоуверенность, этот валлон наивен, как ребенок. И эта его наивность могла все испортить.

– Вы запомнили номер телефона, который я вам дал? – спросил Энзо, когда они уже стояли у входной двери.

Улыбнувшись, Николаи без запинки повторил телефонный номер.

– Если ваши способности к скалолазанию такие же блестящие, как память, то заказчику и вправду не о чем беспокоиться, – язвительно заключил Скаглионе.

Глава 11

– Я считаю, что мы обязаны посвятить Версавела в это дело, – сказал Ван-Ин. – Посудите сами, как я могу работать с человеком, который не до конца понимает задачу нашего расследования?

Начальник полиции Картон молча слушал Ван-Ина, сложив руки на коленях.

– Но вы же знаете, что мэр потребовал сугубой секретности, – шумно вздохнув, возразил Картон.

– Да, я помню, но, к сожалению, Моенс ничего не смыслит в полицейских расследованиях, – поморщился Ван-Ин. – Политиков волнуют только их собственные интересы.

Картон ослабил галстук. Ему вдруг стало нечем дышать. Воздух в комнате был сухим и горячим. Картон подошел к радиатору и проверил, не засорился ли увлажнитель воздуха.

– Я и сам прекрасно это понимаю. Но мы не должны нарушать этих гребаных обещаний, – проворчал Картон.

– Но расследование подобного масштаба невозможно проводить в одиночку, – продолжал настаивать Ван-Ин. – Я не могу все делать сам. У меня просто не хватит на это ни времени, ни сил.

Картон подошел к Ван-Ину и посмотрел ему прямо в глаза. Через три года он собирался уйти на пенсию. Ему никогда не нравилась работа начальника полиции.

– Я слышал, что у вас вчера был сердечный приступ, – сказал Картон. – Как вы себя чувствуете? Вам уже лучше?

Ван-Ин кивнул.

– Не беспокойтесь, – сказал он. – Со мной все в порядке. Если бы я не пил литрами кофе на голодный желудок и спал по ночам, то никакого приступа не было бы. Я слишком стар для подобного образа жизни. Все-таки мне уже давно не восемнадцать.

Кажется, Картона совершенно успокоили объяснения Ван-Ина.

– Но, сдается мне, вы уже посвятили в это дело Версавела, – неожиданно заявил Картон.

У Картона не было диплома о высшем образовании, но это не мешало ему быть необыкновенно проницательным во всем, что касалось человеческих характеров и отношений.

– Как вы догадались? – со вздохом спросил Ван-Ин. Картон его удивил.

Тот ничего не ответил, вернулся на свое место, сел и положил на стол локти.

– Ну, значит, одной проблемой меньше, – с угрюмым видом произнес он. – Но если из-за этого у нас с Моенсом возникнут неприятности, пеняйте на себя. Ведь это будет целиком и полностью ваша вина.

– Простите, но я…

– Не стоит тратить время на извинения, Ван-Ин, – сухо прервал комиссара Картон. – И сделайте мне одолжение: возвращайтесь к работе и постарайтесь распутать это дело как можно быстрее. А еще предупредите Версавела, чтобы он держал рот на замке.

– Я доверяю этому человеку, как самому себе, – сказал Ван-Ин. – Он честен и благороден, как Муций Сцевола.

– Мусий? Какого Мусия вы имеете в виду? – спросил Картон.

Картон был страстным поклонником телевидения. И он решил, что Ван-Ин говорит о герое из фильма «Крестный отец».

– Сцевола был римским аристократом, – стал объяснять Ван-Ин. – Он жег свою руку этрусским огнем, чтобы доказать…

– Хватит, Ван-Ин. Мне это совершенно неинтересно, – грубо оборвал его Картон. – Если у вас нет ко мне вопросов, можете идти.

– Как скажете, комиссар.

С трудом сдерживая гнев, Ван-Ин вылетел из кабинета. Картон не стал его задерживать. Он показал свою власть, и этого было совершенно достаточно.

– Как спалось, комиссар? – приветливо улыбнувшись Ван-Ину, спросил Версавел.

– Прекрасно, Гвидо. Я спал, как ребенок. Последнее, что я успел услышать перед тем, как заснуть, – это щелчок ключа в замке, когда ты закрывал дверь, – соврал Ван-Ин.

Несмотря на холодный северо-восточный ветер, который дул все эти дни и постоянные снегопады, Версавел был одет в рубашку с короткими рукавами. Это объяснялось несколькими причинами. Во-первых, в полиции всегда было очень жарко. Во-вторых, Версавел хотел похвастаться своим замечательным загаром. Он недавно вернулся из Лансароте. Загар был особым предметом его гордости.

– Надеюсь, у тебя не возникло проблем с этим старым тиккером? – спросил Версавел.

Ван-Ин пожал плечами.

– Босс всегда останется боссом, что бы ни произошло. Картон – типичный босс. Только и всего, – равнодушно констатировал он.

В половине десятого утра в кабинет, словно ураган, влетел Лео Ванмаэль. Этот жизнерадостный гном стал бурно отряхиваться от снега, словно такса после дождя.

– Я должен тебе сорок восемь порций «Дювеля»! – прокричал он.

Версавел уставился в монитор, сделав вид, что полностью поглощен работой и его не интересуют никакие глупые пари. Лео положил на стол Ван-Ина толстую папку.

– Не пугайся, тебе не нужно читать все это дерьмо, – насмешливо улыбнувшись, сообщил он. – Лейтенант Грамменс подтвердил мою версию о том, что преступники использовали «семтекс» для взрыва памятника. Я опущу технические детали. Скажу лишь, что преступники использовали профессиональную систему детонации. Так что действовали профессионалы.

– Значит, этот были не обычные вандалы?

– Боюсь, что нет, Питер.

Лео сел на стул и расстегнул куртку.

– Грамменсу даже удалось узнать, откуда мог быть завезен этот детонатор, – продолжил он с торжествующей улыбкой. – Вообще-то такие детонаторы используются только в военных целях.

– Это уже что-то, – оживился Ван-Ин. – Если детонаторы были украдены с какой-нибудь военной базы, то наверняка об этом сообщили в соответствующие службы.

– Нам нужно проверить три европейских страны, – начал Лео.

– Германию, Францию и Великобританию, – продолжил Ван-Ин.

– Как ты догадался? – удивленно глядя на комиссара, спросил Лео.

– Все очень просто, – с невозмутимым видом ответил Ван-Ин. – Фрицы изобрели детонатор, французы купили у них изобретение, а британцы получили их бесплатно от американцев.

– Может быть, мне стоит связаться с Европолом? – спросил Версавел и выключил свой компьютер, понимая, что должен принять в этом разговоре непосредственное участие.

– Связаться с Европолом? Не смеши меня, Гвидо. Мы будем ждать от них ответа до второго пришествия.

– Но ситуация действительно очень серьезная. Мы должны что-то делать, – сказал Лео. – У террористов такого уровня, как правило, нешуточные намерения.

– А я-то надеялся, что памятник взорвала кучка взбунтовавшихся студентов, – вздохнул Ван-Ин.

Он открыл папку, которую принес Лео, и прочитал первый абзац.

– Анализ письма и конверта ничего не дал, – сказал Лео. – Давай лучше я все расскажу тебе сам.

Ван-Ин отложил папку и стал внимательно слушать Ванмаэля.

– На письме были обнаружены только отпечатки мэра, Картона и твои, – начал Лео. – Преступники их не оставили. Что касается конверта, то, кроме вышеперечисленных лиц, мы смогли найти на нем отпечатки нескольких человек. Но, скорее всего, они принадлежат почтальону, фасовщице, секретарше мэра и еще десяткам людей, которые трогали конверт, но к нашему делу не причастны. Этих отпечатков нет в базе данных. Думаю, что, раз уж они не оставили отпечатков на письме, значит, позаботились и о конверте.