"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 48

«Я позаботился обо всем, мой мальчик, вплоть до последней детали. Ничто не может пойти не так. В шале есть много еды и питья, – настаивал Лаурент. – Что бы ни случилось, оставайся в отеле, пока я не приду и не заберу тебя».

Вероятно, что-то не так с телефоном, наивно решил Даниел. Если так, вероятно, связь восстановится в понедельник утром.

– Я позвоню еще раз в первой половине дня, – сказал он вслух.

Ханнелоре выехала за полчаса до того, как шофер Дегрофа отвез Ван-Ина к бунгало. На Бишоп-авеню было спокойнее. Большая часть иностранных телеэкипажей переехала в отели города со своей техникой, чтобы приготовиться к зрелищу на Занд-сквер, которое должно состояться следующим утром.

Ван-Ин выглядел усталым, и Шарлотта сразу же предложила ему кофе. Снаружи дежурили еще двое полицейских, и, когда кофе был готов, она предложила и им тоже.

Ван-Ин решил выйти в сад. Шарлотта присоединилась к нему.

– Патрик спит, – прошептала она. – Я дала ему снотворного, иначе он не сделает это послезавтра.

– А как насчет вас?

На этот раз тон Ван-Ина был почти интимным, но она, казалось, не обращала на это внимания.

– Я считаю минуты, – сказала она, выражение ее лица стало решительным. – Единственная вещь, которая меня беспокоит, – это то, что похитители люди сумасшедшие, вдруг они просто играют в игру и не собираются освободить Бертрана.

Она подняла глаза к небу. Ей не нужно было слез, чтобы показать свою печаль. Пару часов назад Ван-Ин заверил ее, что нет причин беспокоиться об освобождении Бертрана, но теперь он уже не был так уверен в этом. Допив кофе, он посмотрел на нее, и их глаза встретились. Ей не нужно было спрашивать. Ван-Ин знал, что он должен ей объяснить.

– К сожалению, мы не добились большого прогресса. Я думал об альтернативном варианте, – сказал он ровным тоном.

Она не спрашивала, что он пытался сделать сразу, но Ван-Ин видел вопрос в ее глазах. Слеза скатилась по ее щеке. Она всхлипнула.

Тогда Ван-Ин сделал то, чего никогда не посмел бы сделать прежде: он взял ее руку и рассказал, что он обсуждал с ее отцом, и Шарлотта слушала, не прерывая его.

– Я надеялся, что смогу убедить его раскрыть личность виновного, но ваш отец уже организовал собственное расследование. Человек, которого он подозревал, мертв уже два года. Он дал мне фотографии надгробия.

Ван-Ин показал ей фотографии.

– Ваш отец никогда не домогался вас? – спросил он вдруг прямо.

Но Шарлотта не была обескуражена вопросом. Она подняла голову и вытерла слезы.

– Нет, – сказала она спокойно.

– А ваших сестер?

На этот раз ее ответ затянулся.

– Я так не думаю. Всем известно, мой отец ловелас, комиссар. Он даже состоит в связи с моей невесткой. Мой отец сам устроил брак Гислая. Таким образом, она всегда рядом. Но, честно говоря, я ничего не знаю об Орели. Она никогда не говорила со мной об этом. Я всегда была далеко от дома, в школе-интернате.

– Вы знали, что Бенедикта пыталась покончить с собой?

На этот раз она вспыхнула:

– Это он вам сказал?

Ван-Ин кивнул:

– Одному из похитителей, молодому, удалось подойти к ней в монастыре. Может, она знала что-то?

Шарлотта молчала. Ван-Ин еще раз испытал гнетущее беспокойство.

– По-видимому, вся трагедия связана с Орели. Ваш отец утверждает, что она сошла с ума, когда он заставил ее сделать аборт.

– Аборт? Орели никогда не делала аборт! Мой отец отправил ее в наш загородный дом в Лоппэме после инцидента. Там она родила ребенка. Местный священник устроил ребенка в приемную семью. Она так и не простила его за это. Мой отец вынужден был так поступить, потому что ее агрессивность выходила из-под контроля.

– Это правда? – спросил Ван-Ин, едва в состоянии контролировать свое волнение.

– Конечно, это правда.

Ее голос звучал как у врача, отказавшегося отступать от поставленного диагноза.

– Но что же делать с похищением Бертрана?

Есть моменты, когда решение проблемы лежит на поверхности, предстает перед глазами на мгновение, а затем погружается вдруг во мрак, когда, казалось, появился шанс ухватить суть. Ван-Ин был достаточно хорошо знаком с таким положением. Он должен был действовать быстро.

– Прошу прощения, мэм, но я думаю, мы можем наконец получить важный ключ.

– Правда, комиссар? – все, что могла сказать Шарлотта.

Она сидела на месте как замороженная, когда Ван-Ин бросился из комнаты.

Он вызвал Ханнелоре, прокурора Лотенса и Де-Ки – в таком порядке. Менее чем через полчаса следственная бригада имела в своем распоряжении телевизор с поворотным экраном.

Глава 17

К удивлению Версавела, его допустили в епископский особняк. Епископ его уже ждал и лично проводил к архивам, которые в течение нескольких последних лет хранились в отреставрированных конюшнях, расположенных позади главного здания.

– Архивариус поневоле, – нервно посетовал епископ. – Моего помощника нет, а архивы не моя стихия.

– Нет проблем, ваша светлость, я подожду.

Архивариус, тощий, кожа да кости каноник, прибежал спустя несколько минут, пыхтя, как дырявый мех. Он бежал всю дорогу от своего дома на Хай-стрит до самого особняка на Холли-Гоус-стрит.

– 1964 год, – просипел каноник. – Лоппэм. Мне не нужно проверять. Фернан Дебрабандер был приходским священником в Лоппэме с 1963 по 1972 год.

– Он еще жив? – спросил Версавел, надеясь на положительный ответ.

– Дайте подумать…

Каноник нахмурил брови и поднес руку к глазам. Его память, по-видимому, все же не была совершенна. Однако через мгновение он бросился к металлическому шкафу, открыл нижний ящик и забормотал, перебирая папки:

– Дебрабандер Адольф, Дебрабандер Жорж, Дебрабандер Фернан. – Каноник вытащил папку из ящика и открыл ее. – Пастор в отставке с 1982 года, живет в Рюселеде у сестер милосердия, – торжественно провозгласил он.

Епископ изобразил на лице некое подобие улыбки, одной из тех, что он приберегал для верующих в праздничные дни, и повернулся к Версавелу с сияющими глазами. Он выразил надежду, что СМИ оценили бы столь значительную помощь епархии в деле о похищении.

– Возможно, вы, ваша светлость, будете столь любезны, что свяжетесь с сестрами лично? – Версавел вдруг осознал, что произнес эти слова елейным тоном. – Комиссар Ван-Ин сомневается в том, где находится отец Дебрабандер в этот вечер. Комиссар сейчас на пути к Рюселеде в компании заместителя прокурора Мартенс.

– Ну, разумеется, инспектор.

– Сержант, ваша светлость, – поправил его Версавел, – я сержант.

Ханнелоре как тигрица бросилась к телефону, когда в 7.30 раздался звонок. Ван-Ин позвонил как раз вовремя, прервав тягостные часы ее ожидания. Ей было трудно поверить, что разговор с Дегрофом продолжался так долго. Если ему что-то стало известно, то почему, во имя всего святого, он не позвонил?

Ван-Ин сгорал от нетерпения, он рвался в бой, адреналин зашкаливал в его венах. Никогда еще он не совершал такого прорыва в своей карьере, но, как честный человек, он должен был признать, что не было еще случая подобного масштаба за все время его службы в полиции Брюгге.

Ван-Ин чувствовал, как он возрождается после двадцати лет надоевшей рутины. Если ему удастся удачно завершить это дело, то он, пожалуй, сможет спасти и кое-что из остатков самоуважения.

– Привет, Ханнелоре! – с воодушевлением воскликнул он, когда в комнату ворвалась Мартенс – сексапильный заместитель прокурора.

Она выглядела невероятно аппетитно в обтягивающих джинсах и короткой, слишком короткой футболке.

– Вам нужен шофер, или я могу присоединиться к вам как член команды на этот раз? – Она явно злилась.

Шарлотта была потрясена, ведь они действовали заодно, но виду не показала. Ван-Ин пребывал в состоянии абсолютной эйфории, и ее сарказм на него совершенно не подействовал.