"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 324

— «В полночь уезжаем», — повторил Дафф. — Хотел бы я знать, куда именно?

— Прислуга в отеле говорит, что Фенуик расспрашивал их о судах, направляющихся в Нью-Йорк из Генуи.

— Из Генуи? Выходит, он отправился туда по шоссе вдоль Ривьеры и сейчас, по всей вероятности, уже пересек итальянскую границу?

— Надеюсь, что так, — кивнул Лофтон.

— Похоже, мысль об этом доставляет вам удовольствие?

— Огромное, — подтвердил Лофтон. — Скажу вам честно, инспектор, что за все мои пятнадцать лет работы с туристами я еще не встречал такого гнусного типа! Я рад, что от него и след простыл.

— Да, но вместе с ним простыл след вашего алиби!

— А зачем мне алиби? — искренне удивился Лофтон. — Повторяю, у французской полиции нет никаких сомнений в том, что это было обычное самоубийство, какие на Ривьере случаются десятками. Я могу идти, инспектор? Как всегда перед отъездом, у меня масса хлопот.

После ухода Лофтона Дафф погрузился в раздумье. Итак, двое из числа подозреваемых вышли из поля его зрения, причем один — Хонивуд — навсегда… И хотя Фенуик плохо вязался с образом хладнокровного убийцы, но опыт подсказывал инспектору, что поступки людей далеко не всегда гармонируют с их внешним обликом…

Стук в дверь нарушил его размышления. В следующее мгновение Дафф был буквально ослеплен сиянием галунов и нашивок вошедшего комиссара французской полиции. Богато расшитый золотом мундир Анри Дестэна прекрасно вписывался в пышную атмосферу Лазурного берега.

— Счастлив видеть многоуважаемого коллегу из Скотленд Ярда, — горячо пожал протянутую руку инспектора Дестэн. — Я поспешил к вам, не дожидаясь вашего визита в комиссариат, чтобы узнать о первых впечатлениях.

— О, в этом совершенно не было необходимости, мой дорогой комиссар, — развел руками Дафф. — Мне решительно нечего добавить к тому, что я прочел в вашем великолепном рапорте. Узнаю молниеносную проницательность французской полиции, выводы которой полностью совпадают с результатами моей беседы с туристами, включая их руководителя доктора Лофтона.

— О, вы мне льстите, инспектор! — казалось, что от удовольствия комиссар вот-вот замурлыкает, словно хорошо позавтракавший кот. — Мы всего лишь ученики прославленного Скотленд Ярда. Тем не менее, с этим Хонивудом действительно была масса работы. Следы вокруг совершенно затоптаны толпой зевак, а уж этот злосчастный револьвер хватали все, кому не лень. Отпечаток на отпечатке. Но указательный палец Хонивуда отпечатался на спусковом крючке вполне четко. И кроме того, у нас есть показания оружейника, продавшего Хонивуду этот «Смит и Вессон» за день до случившегося. В общем, если вы намерены вести дальнейшее расследование…

— Не намерен, — заверил его Дафф. — У меня нет никаких оснований подвергать сомнению выводы французских коллег.

— Рад это слышать! — с явным облегчением вздохнул Дестэн. — К сожалению, смерть в этом райском уголке совсем не такое уж редкое событие, — возможно, красота здешней природы слишком контрастирует с нашими собственными тревогами и несчастьями, не правда ли, мсье? Доктор Лофтон говорил мне, что этот бедняга очень тяжело переживал недавний развод со своей талантливой женой — наша поговорка «шерше ля фамм» оказалась справедливой и в этом прискорбном случае! Он уже звонил ей в Сан-Ремо, чтобы сообщить ей о смерти бывшего супруга. По его мнению, она была не слишком потрясена. Таковы женщины, мсье! И все же — разве могли бы мы обойтись без них?

— Трудно сказать, — улыбнулся Дафф.

— Никогда, мсье! Никогда! — воскликнул комиссар. — Самая мысль об этом приводит меня в трепет! Словом, мы оба считаем это дело законченным?

— Несомненно, — кивнул Дафф. — Передать доктору Лофтону, что его группа может готовиться к отъезду в Сан-Ремо?

— О, конечно! Не вижу к тому более никаких препятствий. Всего самого доброго, мой дорогой инспектор. Да, — уже у самой двери Дестэн хлопнул себя по лбу и поспешно сунул руку в карман. — Совершенно забыл! Возможно, кто-то из группы передаст это мисс Сибил Конвей. Мы нашли его рядом с телом ее бывшего мужа. Я колебался, отсылать ли его вместе с прочими его вещами — такая вещь вряд ли могла принадлежать миллионеру. Скорее всего это обронил кто-то из зевак, но — кто знает? Быть может, какой-то сувенир, который он держал в последнюю минуту своей жизни? Словом, мне он не нужен. Еще раз желаю всего наилучшего, инспектор!

На столе перед Даффом сиротливо лежал замшевый мешочек — точь-в-точь такой же, какой был найден рядом с телом задушенного автомобильного фабриканта. Инспектор развязал истертый шнурок, и по матовой поверхности стола раскатились маленькие серые камешки. Инспектор некоторое время молча смотрел на них, затем снова аккуратно пересыпал в мешочек, спрятал его и потянулся к телефонной трубке.

— Прошу соединить меня с отелем «Палас» в Сан-Ремо. Пригласите там к телефону мисс Сибил Конвей. Да, я буду ждать в номере.

Раздался осторожный стук, и в двери появилось лицо Лофтона.

— Я видел, что от вас спускался комиссар. Он дал окончательное разрешение на наш отъезд?

— Да, — коротко ответил инспектор. — Он считает это дело законченным.

— Он? А вы?

— Мои планы зависят от результатов заказанного мной разговора с мисс Конвей.

— Но… Но я ведь уже звонил ей!

— Я знаю, — Дафф отмстил про себя выражение явной тревоги, появившееся на лице доктора, — но я звоню ей с другой целью.

— Понимаю. Словом, я буду в отеле. Экспресс отходит в четыре тридцать, сборы в основном закончены, и если вам что-либо понадобится мне сообщить, вы найдете меня в номере, либо внизу.

Шаги Лофтона, постепенно удаляясь, стихли в коридоре, и почти сразу же раздался вибрирующий зуммер междугороднего звонка.

— Алло! Алло! — закричал в трубку инспектор, демонстрируя таким образом отсутствие доверия к качеству французской телефонной связи.

— Кто хочет говорить с мисс Конвей? — услышал он в ответ слабый мелодичный голос.

— Это я! Инспектор Дафф из Скотленд Ярда. Я провожу следствие по делу об убийстве…

— Какой инспектор?

— Дафф! ДАФФ!!!

— Не кричите так! Все сливается, и я не могу ничего разобрать.

Только тут Дафф понял, что ревет, как взбешенный бык. Вытерев вспотевший от напряжения лоб, он взял себя в руки и заговорил обычным тоном.

— Меня зовут Дафф. Инспектор Дафф из Скотленд Ярда, ведущий дело об убийстве мистера Дрейка, члена группы доктора Лофтона. Сейчас я в Ницце.

— Понимаю. Но зачем вы звоните мне?

— Прежде всего с тем, чтобы выразить вам свои соболезнования…

— Благодарю вас. Доктор Лофтон уже принес мне соболезнования по поводу самоубийства моего бывшего мужа…

— Это не было самоубийством, — глухо сказал Дафф. —  Мистер Хонивуд был убит.

В трубке наступило долгое молчание.

— Вы слышите меня? — встревожился Дафф.

— Да, — голос звучал еще слабее, чем прежде.

— И я уверен, мисс Конвей, что смерть вашего бывшего мужа связана с лондонским убийством Дрейка.

— Могу вас заверить, что так оно и есть.

— Что вы сказали?! — ошеломленный инспектор не верил собственным ушам.

— Эти обе смерти действительно связаны между собой. Можно даже сказать, что это одно и то же убийство.

— Что вы этим хотите сказать? — Даффу вновь пришлось прибегнуть к помощи носового платка. Вытерев лоб, он напряженно вслушивался в казавшееся бесконечным молчание.

— Будет лучше, если я сама встречусь с вами. Это слишком долгая история. Вы можете приехать в Сан-Ремо с группой Лофтона?

— Конечно! Он говорит, что поезд уходит отсюда в половине пятого, следовательно, в отеле мы будем примерно в половине седьмого.

— Я буду ждать вас. То, что я собираюсь вам рассказать тоже может подождать. Муж не хотел говорить правду, опасаясь, что она повредит моей театральной карьере. Но я думаю, что теперь это уже не имеет значения. Хочу, чтобы зло не осталось безнаказанным, чего бы это мне ни стоило Я знаю, кто убил моего мужа.

— Вы… вы знаете… — в горле у Даффа совершенно пересохло.