"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 32

Бунгало было светлым и просторным, но атмосфера была гнетущей.

Дом, построенный в виде буквы U, окружал сад в японском стиле. В нижней части дома располагались столовая, гостиная и кухня. Несущие стены были прозрачны и открывали вид на сад.

Внимание Ханнелоре привлекли великолепные картины, развешанные на стенах. Она узнала Магритта и Пермеке, хотя она всегда думала, что работы этих художников можно увидеть только в музеях.

Ван-Ин сконцентрировался на людях. Он насчитал десять человек. Версавел стоял рядом с Делё перед огромной стеклянной стеной, которая тянулась по всей длине дома и незаметно отделяла внутреннюю часть от сада.

Заметив Ван-Ина и Ханнелоре, Версавел оставил Делё и присоединился к ним. Ван-Ин пожал его мощную кисть. Делё поглядывал в их сторону, но не подошел. Чтобы произвести впечатление, он пристал к молодому полицейскому капитану, занятому наладкой радиосвязи.

Версавел был облачен в униформу и источал аромат мыла «Солнечный свет».

– Рад встретить вас снова, – сказал он Ханнелоре, когда она протянула ему руку.

– Мое почтение, сержант Ватсон.

Версавел принял комплимент с мужественной усмешкой.

– Я думал, что вы были в отпуске, – сказал он, повернувшись к Ван-Ину.

– Был, – согласился Ван-Ин.

– В отпуске или нет, но я рад вас здесь видеть. Делё обречен. Если я не ошибаюсь, Дегроф сделал ему выговор.

– Старший?

– Ага, – вздохнул Версавел. – Он прибыл полчаса назад с шофером и, кажется, собирается принять на себя командование.

– Кто-то должен будет заставить его думать иначе, да, Питер? – пошутила Ханнелоре.

– Вы говорите это мне? – сказал Ван-Ин, отходя от него. – Ну, сначала нам надо поговорить с самим господином Дегрофом.

Людовик Дегроф был в саду у дверей внутреннего дворика.

На расстоянии он казался выразительной бронзовой статуей. Он был по крайней мере шести футов ростом и разговаривал, используя широкие жесты.

Патрик Делайе был невысоким нервным человеком, он слушал своего тестя, как будто не понимая. Дегроф говорил по-французски, но вдруг легко перешел на своего рода цивилизованный западно-фламандский, когда Ван-Ин и Ханнелоре представились.

– Так-так. Вы, значит, комиссар Ван-Ин, – сказал он весело. – Я много слышал о вас.

Ван-Ин оценил этот жесткий взгляд и властный голос человека, которому всегда беспрекословно подчинялись. «И я слышал много о вас также», – хотел сказать он в ответ, но в сложившейся ситуации это было бы странно.

Делайе оставался на заднем плане. Его глаза были пусты, на лице витало подобие улыбки, печальной улыбки. Ван-Ин заметил вспышку в глазах старшего Дегрофа, когда он пожал руку Ханнелоре.

– Похитители связывались с вами, не откладывая дело в долгий ящик, – спросил Ван-Ин, обращаясь к Делайе, но Дегроф вмешался:

– Мой зять получил этот факс в 16.10. – Он повозился в своем внутреннем кармане и вручил копию Ван-Ину. – Мне скопировали это в автомобиле, – добавил он, когда увидел удивление в глазах Ван-Ина. – Патрик подумал, что это просто неуместная шутка. Но к счастью, мне удалось его переубедить. К похищению всегда необходимо относиться серьезно. Не так ли, комиссар?

Ван-Ин рассеянно кивнул. Он прочитал факс вместе с Ханнелоре.

R O T A S

O P E R A

T E N E T

A R E P O

S A T O R

– Это все?

Ван-Ин не сказал Дегрофу ни слова о квадрате тамплиеров.

– Местная полиция делает все возможное, чтобы можно было засечь номер телефона или факса. Как говорит капитан Д’Онт, они организуют это через тридцать минут, – сказал Дегроф. – Все, что мы можем сделать, ждать, пока ублюдки не свяжутся с нами. Они спрашивали, готовы ли мы заплатить. Приоритет у моего внука. Моя дочь и мой зять согласны, не так ли, Патрик? – добавил он по-французски.

Делайе услужливо кивнул. Ван-Ину показалось, что этот человек дошел до точки.

– Я должен быть с Шарлоттой. Пожалуйста, извините меня.

Если чья-то спина могла бы выразить печаль и тревогу, то спина Делайе была бы наиболее красноречива. Его плечи опустились, он направился к западному крылу дома, к спальням.

– Я ожидаю прокурора в любую минуту. И кому-то надо поговорить с прессой.

Ханнелоре удивлялась тому, как безучастно вел себя Дегроф при таких обстоятельствах.

– Возможно, вы должны сделать это сами, господин Дегроф, – предложил Ван-Ин. – Обращение членов семьи может иногда производить впечатление на похитителей. Я поговорю со специальным уполномоченным Делё, затем мы можем составить предварительный план действий.

– Отлично, – одобрил Дегроф.

– Я думаю, капитан Д’Онт тот человек, который подойдет, если вы хотите организовать пресс-конференцию.

Дегроф не спорил. Напротив, он даже показался благодарным. Он покачнулся, прошел через комнату к капитану местной полиции, который наблюдал, как работает технический персонал.

– Он не в своей тарелке, – прошептал Ван-Ин с удовлетворением.

– Этот человек обжег меня взглядом. Вы видели, как он смотрел на меня? – спросила Ханнелоре.

Ван-Ин пробурчал что-то, возможно означавшее и да и нет. Если похотливые глаза Дегрофа и были откровенны, прежде всего он надеялся, что она понятия не имела, что происходит в его, Ван-Ина, голове.

– Где Делё, когда он нужен?

– Он вышел за сигаретами, – послышался знакомый голос.

– Боже, Версавел, я почти забыл, что вы здесь. Вы исчезли минуту назад, и я подумал…

– Вы знаете расклад, – засмеялся он. – Большие мальчики приходят, Версавел удаляется.

– Вы прибыли с Делё?

– Нет. Я был здесь первым с Полом Ферсеюром. Он все еще снаружи.

– Вмешательство судьбы, сержант. Вы при исполнении служебных обязанностей день и ночь? – сказала Ханнелоре.

– Отдохну, когда получу инспектора, мисс, – едко пробурчал Версавел.

– Оставьте их в покое, – сказал Ван-Ин. – Это похищение. Перейдем к делу.

Версавел вынул блокнот из нагрудного кармана своей отлично выстиранной и отглаженной рубашки и передал его, как отчет.

– Звонок от госпожи Делайе в 16.51.

– Так поздно, – заметила Ханнелоре. – В 16.10 пришел факс.

– Мы можем спросить ее позже, – продолжал Гвидо.

– Сержант Версавел и полицейский Ферсеюр по вызову на месте в 17.01, запросили помощь после предварительного опроса. Помощь прибывает в 17.34 во главе со специальным уполномоченным Делё. Делё незамедлительно сообщает необходимые сведения местной полиции. Капитан Д’Онт прибывает в 17.48, Людовик Дегроф почти в то же время. В 18.13 прибыли помощник комиссара Ван-Ин и представитель прокуратуры Мартенс.

– Это все? – гаркнул Ван-Ин.

Версавел захлопнул блокнот.

– В таких историях никто не станет интересоваться мнением простого сержанта, – фыркнул он.

– Хорошо, тогда скоординируем действия. Гвидо, старайтесь держать общественность снаружи. Попросите, чтобы техники окружили место, сделали барьер от толпы. Если кто-то усомнится в ваших полномочиях, отправляйте его ко мне. Кстати, кого-нибудь отправили в Будевейн-парк?

– Капитан Д’Онт послал половину своих людей, – сказал Версавел с завистью. – Глядите, ему достанется вся слава.

– Теперь я понимаю, почему Де-Ки так хотел, чтобы мы приехали сюда, – сказала Ханнелоре. – Надо было уравновесить силы.

– А я думал, что нужен Дегрофу по делу.

– Это то, что сказал Де-Ки, а мы должны верить ему? – сказала она с плутоватой улыбкой.

– Дразните?

Она подняла брови.

– Почему он не пришел сам? Камеры очень скоро засверкают здесь, а все знают, как он сильно их любит.

– Пойдем, – обратился Ван-Ин к Ханнелоре, – навестим мамочку.

Они направились в спальное крыло, а Версавел сунул Ван-Ину аккуратно составленный план дома, когда тот услышал, что его зовут по имени. Капитан Д’Онт спешил к нему.