"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 307

— Чарли, вы становитесь сентиментальным!

— Что может быть прекраснее молодости и любви? Это неповторимое время. Как жаль, что моя молодость давно прошла…

— Зато вы можете гордиться своим потомством.

— Я могу гордиться лишь тем, что сделал все, чтобы связать прошлое с будущим. Кто сможет упрекнуть меня в том, что я ничего не оставлю после себя? Я уйду, оставив после себя одиннадцать жизней.

— Вы правы, — поспешил заверить его Джим.

— Вы разрешите сказать вам несколько слов с глазу на глаз? — спросил Джима инспектор.

— Что случилось? — спросил Бредшоу, когда они отошли в сторону.

— Каждую минуту может случиться нечто важное. Не позднее чем через час я смогу сказать вам, кто убил Шейлу Фен.

— Боже! — испуганно воскликнул Джим.

— Но прежде я хочу дать вам одно поручение. Как можно осторожнее сообщите Юлии, что Денни Майо застрелила Шейла Фен.

— Неужели такое возможно?

— Да, это установлено. Значит, договорились? Я буду ждать вас в гостиной.

Вернувшись на виллу, Чан застал там Мартино, ван Горна и Аллана Джейнса, приехавших вместе из отеля. Все трое, к удовлетворению инспектора, как и накануне, были в смокингах. Оставалось надеяться, что и обувь на них та же.

— Мы сейчас же откликнулись на ваше предложение, инспектор, — заговорил Мартино. — Вы ожидаете чего-нибудь нового?

— Предстоит маленький эксперимент. Может быть, он даст желаемый результат.

— Надеюсь, ваши ожидания оправдаются, — сказал Джейнс. — Я заказал каюту на пароходе, отплывающем завтра днем, и целиком уповаю на вас, инспектор.

Ван Горн пожал плечами.

— Чем больше я знакомлюсь с этим райским уголком, тем больше преисполняюсь желанием остаться здесь.

— Вас привлекает праздная жизнь? — улыбнулся Мартино. — По-видимому, это сказывается влияние роли, которую вам пришлось играть в нашем неоконченном фильме.

— Позвольте изложить вашу мысль следующим образом, — подхватил Джим, входя в сопровождении Юлии. — «Известный киноартист предпочитает райскую красоту Гонолулу искусственной красоте Голливуда».

— Если вы напечатаете подобное сообщение, то я выступлю с опровержением, — засмеялся ван Горн.

— Вот так всегда! Все самое интересное, что можно написать в интервью с кинозвездой, всегда приходится вычеркивать.

Вильки Баллоу явился со своей супругой. На нем был полотняный костюм и белые туфли. Последнее обстоятельство вселило в Чана легкое беспокойство. Что если именно Баллоу сядет на роковой стул? Каким образом удастся доказать его виновность?

— Что произошло? — спросил Баллоу. — Я собирался лечь спать…

— Мой бедный Вильки привык к размеренному образу жизни, — заметила Рита. — А что ты поделывала весь день, Диана?

В комнату тихо вошел Тарневеро. Он оглядел всех присутствующих, и в его глазах мелькнуло беспокойство.

— Ах, вот как, — усмехнулся он, — снова все в сборе.

Джейнс медленно поднялся, подошел к Тарневеро и протянул ему портсигар.

— Добрый вечер, — сказал он, — не угодно ли закурить?

— Благодарю вас, — дружелюбно ответил Тарневеро. — Я не курю.

— Простите, я полагал, что вы курите.

Чан поспешно подошел к ним.

— Разрешите просить вас присесть. Мы все в сборе, недостает лишь мистера Джексона. Он должен прибыть с минуты на минуту.

Все сели. Наступило напряженное молчание.

Вскоре послышались грузные шаги, и в гостиную в сопровождении Спенсера вошел начальник полиции.

— Ну вот, теперь мы можем начинать, — сказал инспектор.

Вильки Баллоу пожал руку Джексону.

— Очень рад видеть вас, — сказал он, бросая косой взгляд на Чана.

— Я уже говорил вам, господа, — продолжал тот, — что нам предстоит маленький эксперимент. А теперь прошу вас пройти в столовую.

— Что? Снова ужинать? — вырвалось у Риты.

— Не совсем так. Прошу вас, господа.

Все направились в столовую. Присутствие начальника полиции и Спенсера, явившегося в мундире, заставляло предполагать, что произошло нечто важное и что за словами инспектора скрывается какой-то замысел.

В дверях столовой стоял торжественный и невозмутимый Джессуп, готовый исполнять свои обязанности с прежним рвением.

— Теперь я попрошу вас сесть на те самые места, что и накануне, — с расстановкой произнес Чан.

На лицах присутствующих выразились недоумение и растерянность.

— Но я была так взволнована, что совершенно не помню, где сидела, — вырвалось у Дианы.

Гости заметались вокруг стола, силясь вспомнить, в каком порядке они сидели. Наконец Джим Бредшоу первым опустился на стул, стоявший напротив предназначавшегося для хозяйки.

— Я сидел здесь, — объявил он. — Юлия, вы сидели рядом со мной, с правой стороны. А слева от меня сидел ван Горн.

Юлия и ван Горн поспешили занять указанные Джимом места.

— Мистер Баллоу, вы сидели здесь, — сказала Юлия, указывая на место рядом с собой.

У Чана вырвался вздох облегчения.

Вильки Баллоу занял место рядом с Юлией.

— Совершенно верно, — кивнула Диана. — А рядом со мной сидел Вал Мартино.

Теперь одна сторона стола оказалась заполненной.

— Рита, вы сидели напротив меня, — напомнила Диана.

Миссис Баллоу заняла указанное место.

— Мне кажется, миссис Баллоу, что я имел удовольствие сидеть по правую руку от вас, — сказал Тарневеро и сел.

— Совершенно верно. А мистер Джейнс сидел слева, — вспомнила Рита Баллоу и указала на стул, под которым Чан обнаружил роковые царапины.

— Теперь, я полагаю, все в порядке, — заметил Аллан, опускаясь на стул.

Несколько мгновений ничто не нарушало тишину.

— Вы сидите точно в таком порядке, как вчера вечером? — наконец спросил Чан.

— Нет, — ответил ван Горн.

— Что-нибудь не так?

— Мистер Тарневеро сидит по левую руку от меня. А вчера на этом месте сидел мистер Джейнс.

— Совершенно верно! — воскликнула Рита Баллоу и, обратившись к Тарневеро, добавила: — Вы поменялись местами с мистером Джейнсом.

— Возможно, вы правы, — откликнулся Тарневеро и встал.

Джейнс занял его место, и Тарневеро после некоторых колебаний опустился на роковой стул.

— Я полагаю, теперь мы сидим точно так, как накануне, — сказал он.

Чан обменялся взглядом с начальником полиции и вышел вместе с ним в гостиную.

— Тарневеро, — сказал вполголоса Джексон. — Я так и знал. Взгляните на его обувь.

Чан напряженно думал.

— Здесь что-то не так, — заявил он.

— Что опять? Что вам взбрело в голову?

— Мы не можем возбудить обвинение против человека, у которого такое алиби. Даже миллион сломанных булавок здесь не поможет.

— Выходит, мы снова потерпели неудачу?

Не ответив, Чан прошел в кухню и несколько минут беседовал о чем-то с Ву-Кио-Чингом. Сидевшие в столовой по-прежнему хранили молчание.

— Джессуп, — позвал инспектор, вернувшись.

— Слушаю, господин инспектор, — откликнулся слуга.

— После того, как гости встали из-за стола, кто-нибудь сидел здесь?

Джессуп виновато опустил голову.

— Прошу прощения, сэр. Разумеется, совершенно недопустимо, но вчера был такой день… Поэтому мы позволили себе присесть и выпить по чашке кофе…

— Кто сидел за столом?

— Анна и я, сэр.

— Где сидели вы?

— Там, где сидит мистер Мартино.

— А Анна? Где сидела Анна?

— Здесь, — Джессуп указал на стул, на котором сидел Тарневеро.

Чан тяжело вздохнул. Цель была близка.

— Где сейчас Анна?

— Я полагаю, она у себя в комнате.

Инспектор приказал Спенсеру привести горничную и обратился к сидевшим за столом:

— Наш маленький эксперимент окончен. Прошу вас вернуться в гостиную.

Все послушно вышли. Никто не задал Чану ни одного вопроса.

Вскоре появился Спенсер в сопровождении Анны. Инспектор посмотрел на ее черные шнурованные ботинки. Правый в подъеме казался несколько толще левого.

— Мисс Анна, следуйте за мной, — сказал Чан.

Они вышли в холл. Инспектор галантно пропустил горничную в маленькую комнату и плотно закрыл дверь.