"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 303

— Да, мне следовало сразу рассказать вам обо всем, — кивнул Тарневеро. — Но я решил, что эти сведения ни в коей мере не облегчат вам ваших розысков. К тому же мне не хотелось говорить о том, что побудило меня в Голливуде стать прорицателем. Ведь это было бы равносильно концу моей деятельности. Я сказал себе: если поиски инспектора Чана не увенчаются успехом, то придется возвращаться в Голливуд и начинать все сначала. У меня там хорошая репутация и много клиентов, которые делятся своими секретами. Например, даже сегодня ко мне явилась Диана Диксон. И поэтому, пока не будет найден убийца Денни Майо, я хотел бы продолжать носить имя Тарневеро. Я уверен, вы не выдадите меня.

— Разумеется. И мы найдем убийцу мисс Фен и узнаем, кто убил вашего брата.

— Значит, расследование продвигается? — живо спросил Тарневеро.

Чан испытующе взглянул на него.

— Мы приближаемся к цели.

— Отлично! — воскликнул Тарневеро. — Надеюсь, вы простите мне, что я не сразу рассказал обо всем.

— Ваше поведение теперь совершенно понятно. И ваше прегрешение прощено и забыто.

— Благодарю вас.

Тарневеро посмотрел на часы.

— Мне пора. Надеюсь, мой рассказ поможет в ваших розысках. Я очень этого хочу.

Чан кивнул.

— Кто знает, быть может, вам представится случай помочь мне.

Он проводил Тарневеро и вернулся в кабинет.

— Вы не можете мне сказать, что в этой исповеди любящего брата было правдой, а что ложью? — спросил его начальник полиции.

— Да, Тарневеро очень противоречивая личность. Он хочет помочь мне и крадет сигареты у Джейнса, чтобы подбросить окурок под окно павильона. Он с нетерпением ждет поимки преступника и оставляет под дверью ван Горна письмо, подставляя его под подозрение. Его удерживает от признания в родстве с Денни Майо очень незначительная причина, и в то же время он делает все возможное, чтобы помешать мне установить это обстоятельство. Я получаю в руки письмо Шейлы Фен, в котором, как думает Тарневеро, упоминается имя человека, убившего его брата, а он заставляет комнату погрузиться во мрак и самым непочтительным образом наносит мне удар.

— Что вы теперь собираетесь предпринять?

Чан пожал плечами.

— В настоящее время меня больше всего интересует Смит.

Чан подошел к телефону и позвонил домой. Трубку сняла Роза. Когда он сообщил ей, что не придет к обеду, она разочарованно сказала:

— Но, папа, ты должен вернуться, мы с нетерпением ждем тебя.

— Наконец-то ты начинаешь питать интерес к своему бедному отцу.

— Разумеется, нам всем очень любопытно знать, кто…

— Я попрошу тебя повременить с твоими расспросами. Пока что я ничего не могу сообщить.

— Но что же ты в таком случае делал весь день?

Чан вздохнул и повесил трубку.

Перекусив в соседнем ресторане, он отправился на поиски Смита. Миновав парк, инспектор свернул на одну из улиц с дешевыми лавочками, хозяева которых тщетно пытались придать этой части города блеск, свойственный европейским кварталам. Здесь начиналась окраина, и нищета жителей убогих домов не привлекала внимания туристов, поглощенных красотой пляжа Вайкики.

Чан остановился у одного из домов с вывеской: «Восточное кабаре». Мимо него проскользнула к двери стройная темнокожая девушка. Инспектор взглянул на нее и поспешил следом.

В небольшом зале стояло несколько пустых столиков, покрытых сине-белыми клетчатыми скатертями. В глубине у эстрады сидели какие-то раскрашенные девицы. Навстречу Чану вышел маленький человечек, тщетно пытавшийся скрыть охватившее его беспокойство.

— Что вам угодно, господин инспектор?

Чан не ответил, продолжая наблюдать за вошедшей девушкой. Она сняла шляпку и положила на стол сумочку. По-видимому, она здесь работала.

— Простите, — обратился к ней Чан.

Девушка испуганно взглянула на него.

— Вы ведь знаете Смита, художника? Он написал ваш портрет. Очень удачный портрет.

Она капризно надула губки.

— Да, он иногда приходил сюда. Что с того?

— Вы давно не видели мистера Смита?

— Давно.

— Где он живет?

— Кажется, на пляже.

— А где он живет, когда у него заводятся деньги?

Девушка молчала. К беседовавшим приблизился хозяин заведения.

— Да отвечай же, Леонора! — не выдержал он. — Скажи господину инспектору все, что он хочет знать.

— Иногда он бывает в отеле «Нипон» на Британия-стрит.

Чан поклонился.

— Благодарю вас.

Не теряя времени, он вышел на улицу и отправился по указанному адресу.

Маленького роста японец в вестибюле отеля «Нипон» поздоровался с ним с преувеличенной почтительностью, в искренность которой не приходилось верить.

— Какая честь, господин инспектор!

— Скажите, у вас живет Смит?

Японец потянулся к большой книге и сказал:

— Я сейчас посмотрю.

Чан взял у него из рук книгу и сказал:

— Я хочу сам взглянуть. Так… Арчи Смит — комната номер семь. Проводите меня к нему.

— Мне кажется, мистера Смита нет…

— А мы посмотрим. Прошу вас поторопиться.

Японец с неудовольствием повел его по слабо освещенному коридору и приблизился к двери, на которой красовалась цифра «7».

— Вот здесь, — сказал он и, бросив на Чана недружелюбный взгляд, исчез.

Чан отворил дверь и очутился в маленькой мрачной комнате, освещенной светом настольной лампы. У окна сидел Смит и держал на коленях натянутый на подрамник холст.

Он с удивлением взглянул на вошедшего.

— Ах, это вы, инспектор?

Чан спросил:

— Где вы пропадали?

Смит указал на полотно.

— Вот, я работал. Хорошо, что вы пришли, а то я уже начал скучать.

Откинувшись на стуле он полюбовался своим произведением.

— Взгляните-ка, инспектор. Кажется, мне удалось передать атмосферу… Вам никогда не приходило в голову, что цветы могут производить безрадостное впечатление? Если нет, то взгляните на них во дворе отеля.

Чан посмотрел на картину.

— Действительно, она хороша, — сказал он, — но я пришел сюда не для того, чтобы критиковать ваше творчество. Возьмите шляпу и следуйте за мной.

— Куда же вы хотите повести меня — обедать? В таком случае я порекомендую вам ресторан на бульваре Сен-Жермен…

— Мы пойдем в полицейское управление.

— Куда вам будет угодно.

По пути Чан бросал на своего спутника взгляды, в которых сквозила едва ли не нежность. Прежде чем они расстанутся вновь, Смит расскажет многое, что позволит вплотную приблизиться к решению загадки.

Начальник полиции находился в своем кабинете. Увидев Смита, он просветлел.

— Вам все же удалось разыскать его.

— В чем дело? — попытался возмутиться Смит. — Разумеется, я очень польщен вашим вниманием, но…

— Садитесь, — сказал Джексон. — Вчера вечером в садовом павильоне была убита женщина. Скажите, что вы делали там?

Смит провел кончиком языка по губам.

— Я не был в павильоне.

— Вы лжете. Мы нашли отпечаток ваших пальцев на подоконнике. Что вы там делали?

—Я… я…

— Я жду ответа. Что вы там делали?

— Хорошо, — прошептал Смит. — Я скажу вам… Я никого не убивал. Это правда, я был там… в некоторой степени…

— В некоторой степени?

— Да. Я отворил окно и влез на подоконник. Видите ли…

— Я попрошу вас начать рассказ с начала, — перебил его Чан. — Нам известно, что вы стояли у окна и слышали, как мисс Фен беседовала с каким-то мужчиной. О чем была беседа, нас пока не интересует, и мы опустим эту подробность. Потом мужчина покинул павильон…

— Да. И я последовал за ним. Я хотел поговорить с ним, но он сел в машину и уехал. Я вернулся на пляж, и тут раздался крик. Кричала женщина в павильоне. Прошло несколько минут, прежде чем я принял решение и, подойдя к павильону, заглянул в окно. Занавеска была задернута, все было тихо, и я решил, что павильон пуст. И тогда… Мне очень тягостно об этом говорить, никогда ничего подобного я не делал… Я подумал, что… Занавеску раздувал ветер, и я увидел на полу что-то блестящее. Уверенный, что меня никто не видит, я через окно залез в павильон. На полу лежала булавка с бриллиантами. Я нагнулся, чтобы поднять ее, и увидел женщину. Она была мертва. Я тотчас же понял, что не следует здесь оставаться, и поспешил убежать. Булавку я спрятал в шкатулку, которая хранится у меня в потайном месте, и направился в город. Не прошло и часа, как меня задержали.