"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 279

— На этот вопрос я не могу ответить, — пожал плечами Тарневеро. — У меня в комнате имеется балкон, но нас не могли подслушать. Это маловероятно. Быть может, Шейла говорила с убийцей и объявила ему, что не будет молчать. Это похоже на нее — она так импульсивна и неосторожна.

Мужчины приблизились к вилле.

— Надеюсь, что мои объяснения пригодятся вам. Теперь вам известны мотивы, и это облегчит ведение следствия. Я готов помогать вам, так как еще больше, чем вы, заинтересован в том, чтобы узнать, кто убил Шейлу.

— Буду очень рад, если вы поможете мне, — вежливо ответил Чан. — Ведь я уже сказал вам сегодня утром, что вы отличный детектив. Но я не предполагал, что нам так скоро придется работать вместе.

Джессуп открыл им дверь и провел в гостиную, где в полном молчании сидели супруги Баллоу и ван Горн.

Чан задумчиво оглядел присутствующих.

— Чарли, — сказал появившийся в дверях Джим, — павильон в саду, по дорожке направо… Я сейчас же, после того как обнаружил труп, запер павильон, — добавил он шепотом. — Вот ключ.

— Вы толковый парень, — кивнул инспектор. — Впрочем, в этом я никогда не сомневался. Я полагаю, вам ясно, господа, что никто не вправе покидать дом без моего разрешения. Мистер Тарневеро, попрошу вас сопровождать меня.

Они молча пересекли газон, залитый лунным светом. Чан первым приблизился к двери павильона. Тарневеро нерешительно следовал за ним.

Опустившись на колени перед трупом, Чан сказал:

— Я никогда раньше не видел мисс Фен, и все же испытываю чувство жалости. Черный верблюд смерти остановился сегодня у дома известной актрисы.

— Бедная Шейла, — прошептал Тарневеро. — Она так любила жизнь!

— Мы все любим ее, — вздохнул Чан. — Даже нищий не решается ступить на шаткие мостки, но все предопределено… До прибытия следственных властей нам придется оставить все в таком виде, как сейчас.

Он приподнял левую руку Шейлы.

— Смотрите! Браслет с часами сломан. По-видимому, она сопротивлялась.

Чан поднес часы к уху.

— Пружина лопнула. Стрелки показывают две минуты девятого. Таким образом, нам удалось без особых трудностей установить время совершения убийства.

— Две минуты девятого, — задумчиво повторил Тарневеро. — В это время Джейнс, Мартино, ван Горн, вы и я находились в холле отеля. Быть может, вы обратили внимание на то, что ван Горн взглянул на часы и, заметив, что уже восемь часов, собрался уходить?

— Да, — отозвался инспектор, — мы должны установить алиби ряда лиц.

Он указал на смятые орхидеи у окна.

— Вот еще одно доказательство того, что здесь происходила борьба.

— Все это напоминает сцену ревности, — нахмурившись, сказал Тарневеро.

Чан снова наклонился к трупу.

— Странно, — задумчиво произнес он, — цветы были приколоты булавкой, но булавки нет, она исчезла.

Он внимательно осмотрел пол и цветы.

— Да, булавка, которой были приколоты цветы, исчезла, — повторил Чан.

Его внимание привлек столик красного дерева. Достав из кармана лупу, он принялся внимательно разглядывать стекло на нем.

— Вот еще один след, — удовлетворенно сказал Чан. — На стекле свежие трещины.

Тарневеро взял лежавшую на столике сумочку и осмотрел ее содержимое.

— Ничего интересного, — разочарованно пробормотал он, — несколько долларов и мелочь. Я надеялся, что Шейла где-нибудь записала имя, которое хотела сообщить мне.

— На такую счастливую случайность мы не вправе надеяться, — вздохнул Чан. — Если при ней и находилось письмо для вас, то в настоящее время оно в руках убийцы. Нам предстоит долгий путь… Пошли, здесь больше нечего делать.

Выйдя из павильона, Чан запер дверь.

По пути к дому он мысленно перебирал имеющиеся факты. В две минуты девятого остановились часы. Сорваны с платья и брошены на пол орхидеи. Булавка, которой они были приколоты к платью, исчезла. На стекле столика свежие трещины. Что ж, для начала достаточно. В гостиной они увидели Вала Мартино и Джейнса. Аллан казался очень взволнованным.

К Тарневеро приблизился Джессуп и, наклонившись, шепнул:

— Прошу прощения, сэр, но из-за всех этих волнений я совсем забыл…

— О чем вы забыли?

— Забыл передать вам письмо, — и он вытащил из кармана продолговатый изящный конверт. — Мисс Фен попросила передать его вам, как только вы прибудете сюда.

Тарневеро протянул руку, чтобы взять конверт, но Чан опередил его.

— Очень сожалею, что принужден вмешаться, но в настоящее время здесь распоряжается полиция.

— Разумеется, сэр. — согласился Джессуп и удалился.

Чан размышлял. Неужели это правда? Неужели у него в руках находится ключ к разгадке убийства? Он обменялся с Тарневеро многозначительным взглядом и сделал шаг к настольной лампе, но в этот момент свет погас. Раздался глухой удар, возглас и звук падения грузного тела.

Со всех сторон послышались взволнованные голоса, просившие включить свет, и вслед за этим вспыхнули лампы в стенных канделябрах.

Чан медленно поднимался с пола.

— Говорят, что порой даже Юпитер спит, — сказал он, обращаясь к Тарневеро. — Я должен сознаться, что совершил большую оплошность.

Взглянув на крошечный обрывок конверта в руке, он добавил:

— По-видимому, большая часть этого письма отправилась путешествовать.

Глава 5

ЧЕЛОВЕК В ПЛАЩЕ

Некоторое время глаза инспектора были устремлены на обрывок письма. Да, его противник молниеносно быстр в своих решениях.

Чан попытался справиться со своими чувствами. Он знал, что гнев — это яд, разрушающий разум, а ведь в предстоящем поединке ему необходимо быть во всеоружии. «Тем лучше, — подумал инспектор, — тем будет слаще сознание победы. Преступник, убивший Денни Майо, а затем пожертвовавший жизнью Шейлы Фен для того, чтобы сохранить свою тайну, понесет заслуженную кару…»

Тарневеро насмешливо посмотрел на него.

— Я очень сожалею, но в настоящее время здесь распоряжается полиция, — подчеркивая каждое слово, сказал он.

Чан кивнул головой.

— Ваше замечание как нельзя более справедливо. Никогда ничего подобного в моей жизни не случалось. Но я даю вам слово, — и он обвел взглядом присутствующих, — что преступник жестоко поплатится. Я сегодня не в настроении подставлять под удар вторую щеку.

Вытащив из кармана носовой платок, инспектор поднес его к щеке. Пятнышко крови на полотне платка свидетельствовало о том, что на руке, нанесшей удар, было кольцо. Удар пришелся по правой щеке, значит, он был нанесен левой рукой. Ван Горн носил на левой руке широкое кольцо с печаткой. На левой руке Вильки Баллоу мерцал бриллиант. Инспектор посмотрел на руки остальных гостей, но ни Мартино, ни Джим Бредшоу, ни Тарневеро, ни Джейнс не носили колец.

Тарневеро поднял руки.

— Я попрошу вас начать с меня, — сказал он. — Полагаю, вам придется обыскать всех присутствующих.

Чан улыбнулся.

— Уж не настолько я бездарен. Я не допускаю мысли, что лицо, нанесшее мне удар, продолжает хранить письмо при себе.

Тарневеро опустил руки. Не было никакого сомнения в том, что он придавал письму очень большое значение и не был согласен с выводами Чана.

Инспектор внимательно осмотрел лампу. Шнур от нее тянулся к розетке у пола.

Выдернутый штепсель являлся доказательством того, как прост был по своему замыслу план преступника. Наступить на шнур, выдернуть штепсель — и лампа должна была погаснуть.

Вздохнув, Чан зажег лампу.

— Не стоит напрасно тратить время на бесплодные поиски письма. Я предпочту побеседовать с каждым из вас и выяснить, что он делал сегодня в две минуты девятого, — сказал он. — Мистер Баллоу, вы мне более знакомы, чем остальные, поэтому позвольте начать с вас. Не угодно ли вам сообщить, в качестве кого вы находитесь здесь?

— Чего ради я должен вам отвечать? — высокомерно произнес Вильки.

— Произошло убийство, — нахмурился Чан. — Я отдаю должное положению, занимаемому вами в обществе, и все же настаиваю на том, чтобы вы ответили на мой вопрос.