"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 242

– Мы с супругой получили приглашение от мисс Фейн, – сквозь зубы процедил Баллоу. – Мы старые друзья.

– Вы были знакомы с ней еще в Голливуде?

– Разумеется.

– Ваша супруга также была артисткой?

– Да, и что из того?

– Уилки, зачем ты грубишь инспектору? – перебила его Рита. – Да, это так; я снималась во многих фильмах. Мое артистическое имя – Рита Монтень. Должна сказать, оно в свое время было довольно известным.

Чарли Чан отреагировал на это заявление почтительным поклоном.

– Неудивительно для такой красивой женщины. Разрешите поинтересоваться, давно ли вы сочетались брачными узами?

– Прошло уже три года, – кокетливо вздохнула Рита.

– До этого знаменательного события вы жили в Лос-Анджелесе?

– Да, именно там.

– Не бывал ли тогда в этом городе мистер Баллоу?

– Бывал, и не раз. Он буквально изводил меня просьбами пожертвовать сценической карьерой ради семьи.

– Не понимаю, какое все это имеет отношение к расследованию убийства Шейлы? – снова взорвался Уилки Баллоу. – Инспектор Чан, вы переходите все границы! Предупреждаю: мое слово имеет достаточный вес…

– Прошу извинить мою невольную бестактность, – вежливо произнес китаец. – Не соблаговолите ли вы ответить, во сколько вы пришли сюда нынче вечером?

– В половине восьмого, – недовольно пробурчал Баллоу. – Гостей звали к половине девятого, но моя супруга, которая слышала это приглашение по телефону, проявила свою обычную невнимательность.

– Итак, в половине восьмого, – повторил Чан, пресекая попытку Риты разразиться многословной тирадой. – А теперь я почтительно попрошу рассказать мне все, что вы делали с того момента, как прибыли в дом мисс Шейлы.

– Это еще зачем? – разозлился Баллоу. – Вы что, думаете, я убил Шейлу? Право, вы просто вынуждаете меня пожаловаться на вас. Да вы вообще понимаете, с кем говорите?

– Кстати, кто ты такой? – огрызнулась Рита. – Что мешает тебе просто ответить на вопрос? Инспектор, мы пришли сюда в половине восьмого, – продолжила она, повернувшись к Чарли Чану. – Мы немного побеседовали с Шейлой и пошли на пляж посмотреть на тех, кто там купается. Думаю, тогда было уже без четверти восемь.

– Как долго вы находились на берегу?

– Я ушла оттуда, когда Джессуп позвал всех в дом. А минут за десять до этого на берег явился Ван Горн.

– Если я правильно понял, в восемь часов две минуты вы с супругом были на пляже. Скажите, вы не слышали крики или еще что-нибудь подозрительное?

– Нет, что вы! Единственное, что мы слышали, – это смех и возгласы купающихся гостей.

– Спасибо, это все, что я хотел знать.

Тихо, подобно бесплотной тени, в гостиную ступила Юлия. Чарли Чан встал и поприветствовал ее поклоном.

– Добрый вечер, мисс. Позвольте представиться: Чарли Чан, инспектор полиции Гонолулу. Разрешите спросить, кто вы.

Вместо девушки на этот вопрос ответил Бредшоу, который торопливо подошел к инспектору.

– Мои самые искренние соболезнования, мисс, – произнес Чан, – но я должен выполнять свои обязанности. Джим, чем вы занимались этим вечером?

– Я был здесь около шести часов. А без двадцати восемь я видел мисс Фейн в последний раз. Мы пошли купаться, а она тогда разговаривала с мистером Джейнсом и супругами Баллоу.

– Значит, вы отправились на пляж…

– Да, он просто великолепен! Хотя признаю, это звучит как реклама. Мисс Юлия и я находились там вместе, пока не услышали гонг Джессупа.

– Все это время вы плавали?

– Нет, ну что вы! Иногда мы выходили на берег. Мы были в обществе Риты Баллоу и ее супруга. Мистер Баллоу ушел чуть раньше, но его сменил Ван Горн.

– Итак, в восемь часов две минуты вы находились либо на пляже, либо в воде… Мисс Юлия, вспомните: у мисс Фейн были сегодня орхидеи?

– Да, она приколола их к платью.

– Приколола булавкой, не так ли? Вы не могли бы ее описать?

– Я не обратила на нее внимания. Шейла сказала, что пойдет в спальню взять булавку для цветов. Думаю, об этом нужно спросить у горничной.

– А кто прислал мисс Фейн эти восхитительные орхидеи?

– В карточке не было имени этого человека, но почерк Шейле оказался знаком. Она сообщила, что это приятный сюрприз от ее бывшего мужа, который сейчас служит в одном из театров Гонолулу.

– Это Боб Файф из Королевского театра, – снова вступила в разговор Рита. – Когда они поженились, Шейла была еще совсем молоденькой. Насколько я знаю, она продолжала испытывать к нему теплые чувства даже после развода.

При этих словах мистер Джейнс вскочил с места, зажег сигарету и принялся нервно метаться по комнате.

– Что же, от покинутого мужа можно ожидать чего-то в таком роде, – задумчиво промолвил китаец. – Полагаю, нужно известить его о случившемся и позвать сюда.

– Давайте я займусь этим, – предложил Джим.

– Да, будьте так любезны. – Когда он покинул комнату, инспектор Чан продолжил: – А теперь, господа, я вынужден вернуться к нашей печальной беседе. Мистер Ван Горн, насколько мне известно, вы популярный актер?

– Да, вроде того, – самодовольно улыбнулся тот. – Мне приятна ваша осведомленность.

– Как давно вы в Голливуде?

– Вот уже одиннадцать лет.

– Чем вы занимались раньше?

– Вел жизнь романтического бездельника. Подробности можно узнать у моего секретаря.

– Мне бы хотелось услышать об этом именно от вас.

– Что же, если вы настаиваете… Итак, после окончания колледжа я прибыл в Лос-Анджелес юношей чистым и невинным, как агнец. Я намеревался посвятить себя строительству мостов, но внешность сыграла со мной злую шутку.

– Раньше вы тоже являлись партнером Шейлы Фейн?

– Нет, – сказал Ван Горн, внезапно становясь серьезным. – До последнего фильма мы были едва знакомы.

– Думаю, вопрос, где вы находились в восемь часов две минуты, излишен.

– В это время, как вы помните, мы были вместе. Когда я посмотрел на часы, было ровно восемь. Я сразу отправился на виллу и оказался там в четверть девятого. Джессуп открыл мне дверь и сказал, что все сейчас на пляже. Я направился туда и присоединился к миссис Баллоу.

Тем временем в комнату снова вошел Джим:

– Мне удалось разыскать Боба Файфа в театре; он просто потрясен этим известием. Сказал, что доиграет во втором акте и сразу придет сюда.

– Хорошо, – кивнул инспектор и продолжил: – А вы, мистер Мартино, режиссер?

– Да, – хмуро произнес тот. – До этого я тоже был актером в Англии, а потом решил попытать счастья в Америке.

– Не помните, в каком конкретно году вы приехали в Лос-Анджелес?

– Отчего же, помню. Два года назад в марте. И, опережая ваш следующий вопрос, отвечу, что в восемь часов две минуты я был в отеле в вашем обществе. В начале девятого часа я с мистером Джейнсом вышел на террасу, чтобы призвать его к спокойствию. Поняв, что мои попытки бесплодны, я покинул его и побрел на пляж. Потом, как вам известно, я опять встретился с вами.

– Теперь вы, мистер Джейнс. Насколько я понимаю, смерть мисс Фейн опечалила вас больше, чем остальных.

– Что вы имеете в виду под этими словами?

– Я имею в виду, что вы были в нее влюблены.

– Откуда вам это известно? – спросил миллионер, пожирая Тарневеро злым взглядом.

– Не суть важно. Вопросы здесь задаю я. Вы сделали ей предложение, не так ли?

– Да, сделал. Вы уверены, что все это необходимо предавать гласности?

– Я искренне прошу прощения, что вынужден выяснять нескромные подробности. По словам мистера Бредшоу, вы появились здесь около половины восьмого.

– Совершенно верно. Я хотел поговорить с мисс Фейн без свидетелей. Надеюсь, вы не станете меня спрашивать о содержании нашей беседы. Она никого не касалась, кроме нас двоих.

– Увы, мой долг велит спрашивать о том, что не имело бы ко мне никакого касательства, если бы здесь не произошло убийство, – ответил Чарли Чан с печальной улыбкой. – Позвольте же мне самому восстановить картину происшедшего. Мисс Фейн не пожелала стать вашей супругой, и вы обвинили в ее отказе мистера Тарневеро. Под влиянием гнева вы бросились в отель, чтобы выяснить отношения с этим человеком. Ваше счастье, что в восемь часов вы оказались там и это могут подтвердить сразу несколько свидетелей, включая меня. Иначе вы стали бы главным подозреваемым.