"Зарубежный детектив 2026-4". Компиляция. Книги 1-9 (СИ) - Аспе Питер - Страница 203

Китаец рассмеялся:

– Ну что касается храбрости… придется вывести вас из заблуждения. Как-то, когда мне нечего было делать, я повынимал все пули из этого коллекционного оружия. Согласитесь, потрудиться стоило. – И, обратившись к миллионеру, негромко сказал: – Руки вверх, Делано!

– Как вы его назвали? – изумился шериф.

– Назвал его настоящей фамилией. Рад сообщить, сэр, что вам не придется выбирать между уважаемым финансистом и каким-то китайцем, потому что перед вами не Пи Джи Мэдден, а Джерри Делано!

Последние слова услышал ворвавшийся в комнату Боб Иден.

– Хорошая работа, Чарли! – воскликнул он. – Наконец-то тайна раскрыта! Но когда, черт возьми, вы догадались об этом?

– Совсем недавно, – ответил китаец. – Мне пришлось ранить преступника в руку, в которой он держал пистолет. Обратите внимание – рука левая! А я уже имел возможность сообщить вам, вот в этой самой комнате, что Делано был левшой.

За спиной Идена в открытых дверях показался крупный мужчина высокого роста, в грязном измятом костюме, с рукой на перевязи. Заросшее многодневной щетиной лицо было измученным и вместе с тем властным.

Массивный, как гранитная скала, он превосходил ростом всех в комнате. Войдя, мужчина мрачно бросил Делано:

– Ничего не скажешь, Джерри, сработано неплохо. О твоих способностях говорили мне те, кто имел с тобой дело еще в притоне Мак-Гира, да я не очень верил. Теперь убедился на собственном горьком опыте. Здесь, в моем доме и в моем костюме, ты больше похож на меня, чем я сам.

ГЛАВА XXII

Последняя

Потом Мэдден остановил тяжелый взгляд на Торне.

– Что ж, Мартин, пеняй на себя. Говорил я тебе – номер не пройдет. Кто из вас шериф?

– Я, – шагнул вперед Кокс. – Полагаю, вы Пи Джи Мэдден?

– До сих пор, во всяком случае, так меня называли. По дороге сюда мы позвонили в полицию, где нам сообщили, что застанем шерифа на ранчо Мэддена. Мы тут привезли вам еще один экспонат для коллекции.

И он кивнул в сторону двери, куда в этот момент Вилл Холли втолкнул Фила-Лихоманку со связанными руками. За ними показались Паула Вэнделл и Эвелин Мэдден.

– Я бы посоветовал вам, шериф, и на этого типа, и на Делано надеть наручники, а потом скажу, в чем именно их обвиняю.

Шериф сковал преступников наручниками, и тут к нему обратился Чарли Чан:

– Прошу прощения, но я хотел бы получить обратно вещь, которую отдавал вам на хранение.

– О, пожалуйста!

Шериф достал из кармана и передал китайскому детективу жемчужное колье. Чарли Чан с полупоклоном торжественно вручил его Мэддену.

– Мне известно, сэр, ваше условие – получить фамильные жемчуга Филлиморов в Нью-Йорке, но так случилось, что они оказались здесь, поэтому передаю их вам, законному владельцу, теперь. Понимаю, может, я выбрал не самый подходящий момент, но я столько времени хранил их на собственном животе, что мне не терпится избавиться от них. Расписку можете написать потом.

Улыбнувшись, миллионер взял колье и положил в карман.

– Если не ошибаюсь, мистер Чан? Пока мы ехали с рудника Петикоут, Боб только о вас и говорил! Как удачно, что вы оказались здесь!

– Всегда к вашим услугам, – поклонился детектив.

– Говорите же, сэр, в чем вы обвиняете этих людей? – нетерпеливо спросил Мэддена шериф Кокс. – В попытке похитить колье большой ценности?

– Не только. Они совершили целый ряд преступлений, в том числе и покушение на убийство. Постараюсь по возможности коротко изложить суть дела, но разрешите мне все-таки сесть.

Мэдден подошел к письменному столу, сел на стул и продолжал:

– Извините мою слабость, оказывается, я порядочно сдал за эти несколько дней. Итак, леди и джентльмены, в общих чертах вы уже знаете, что произошло, но, не зная подоплеки, всего не поймете. А для этого мне придется вернуться на много лет назад, припомнить давние дни, когда в Нью-Йорке, на Сорок четвертой улице, процветал знаменитый в ту пору игорный дом. Полагаю, вам, шериф, знакомы порядки в такого рода заведениях и нравы их завсегдатаев?

– Разумеется, сэр, хотя мне приходилось иметь дело не с нью-йоркскими притонами.

– Наверное, они везде одинаковы. А где же мои сигары?

Мэдден выдвинул один из ящиков стола и пошарил в нем.

– А, немного осталось. Спасибо, Делано, и за это. Ну так вот, возвращаясь к игорному дому на Сорок четвертой. Там свила гнездо банда шулеров, обирающих простаков из провинции, и при них – куча уголовных элементов, выполняющих самые разные функции. Одни завлекали клиентов, другие изображали столичных богатеев, воротил большого бизнеса, таких как Фрэнк Гулд, Астор Корнелий Вандербильд. И меня в том числе. Эти негодяи очень тщательно готовились к своей роли, изучали самым внимательным образом не только фотографии будущего прототипа, но старались встретиться с ним в жизни, изучить его малейшие привычки, манеру держать себя, говорить, ходить, курить и прочее. Будущие жертвы мошенников должны были быть уверены в том, что вращаются в обществе могущественных финансистов, в самых высших сферах, где игра идет по крупной, и игра честная.

Мэдден передохнул, затянулся сигарой и продолжал:

– Разумеется, в большинстве случаев это была весьма посредственная имитация, но мне с дублером не повезло. Присутствующий здесь мистер Делано оказался талантливым артистом. Впрочем, ему помогло то, что он по профессии – актер. И тем не менее поначалу мой образ, созданный им, был очень далек от совершенства. Со временем, однако, он настолько овладел мастерством, что даже мои близкие друзья принимали его за меня, – тот же голос, те же движения, манера говорить и держать себя, мельчайшие детали в одежде. К тому же мы, как видите, почти одного роста и комплекции. И вот стали до меня доходить слухи, что я много времени, чуть ли не каждый вечер, провожу в игорном доме Джека Мак-Гира. Я послал туда на проверку моего секретаря, Мартина Торна. Оказалось, Делано блестяще играл роль крупного финансиста Мэддена. Разумеется, он не смог бы ввести в заблуждение тех, кто хорошо меня знал, но ему достаточно было обмануть просто знакомых, а тем более тех, кто знал меня только по фотографиям в газетах. Пришлось мне поручить это дело моему адвокату. Тот принял меры, и под угрозой ареста Делано вынужден был отказаться от своей роли.

И он отказался – но только в игорном доме. В уме этого проходимца созрел дьявольский план. Разумеется, то, о чем я сейчас буду говорить, лишь мои предположения. Делано, разумеется, не делился со мной подробностями, но, думаю, в общих чертах замыслы преступников я изложу верно.

Два присутствующих здесь брата Мэйдорфа, Фил-Лихоманка и второй, известный полиции под кличкой Профессор, были предводителями шайки мошенников. Мысль использовать Делано как моего двойника пришла им в голову давно, но осуществить ее без помощи моего секретаря они не могли. Наконец им удалось склонить Торна на свою сторону. И тогда созрел очень неглупый план воспользоваться для своих преступных целей моим ранчо в пустыне. И действительно, это самое удобное место провернуть преступную аферу. Сюда я приезжаю нечасто и не для того, чтобы встречаться с людьми. Надо было сделать так, чтобы я приехал сюда один, без семьи, а когда Пи Джи Мэдден появится потом со своим секретарем, которого здесь знают все, кому придет в голову, что Пи Джи – не настоящий?

Затянувшись сигарой, финансист продолжал:

– Надо сказать, я всегда опасался, что нечто подобное может произойти. Я по натуре не трус, единственный человек, кого я боялся, – это Джерри Делано. С этим человеком мне пришлось довольно часто общаться во время посещения мною заведения Мак-Гира. Его ум, трезвая расчетливость, беспринципность и отсутствие всяких моральных норм делали Делано опасным врагом. Как-то я заметил, что он внимательно приглядывается ко мне, изучает мимику, движения. Но время шло, ничего не происходило, и я потерял бдительность. Надо отдать им должное, ждать они умели.