Затаившийся Дракон (СИ) - Ло Оливер - Страница 18

Хохот старика резко оборвался. Наступила вязкая, напряжённая тишина.

— А знаешь… — голос Гу Ланя прозвучал уже без всякой издевки, глухо и как-то озадаченно. — Я ведь и впрямь забыл. Ты же подросток. Твоя жестокость, ледяные расчёты и бесстыдство… Я уже грешным делом подумал, что ты какой-нибудь древний даос, овладевший искусством захвата чужого тела. Ни один нормальный юнец не двигается после пыток и не строит многоходовые схемы, не моргнув глазом.

Мин повел плечом, выписывая следующий знак. Оценка бестелесного узника прозвучала лучше всякого комплимента.

— Я всегда был прагматичным человеком, дед. И я очень хочу дожить до следующей весны.

— Убедительно, — буркнул Гу Лань. — Но к девкам мы всё равно сходим. Это вопрос принципа. Продолжай чертить. Ещё триста повторений до утра.

Слух на Нижнем рынке расползался стремительно, захватывая всё новые торговые ряды. Перед импровизированным прилавком мастера Хао постоянно выстраивался хвост из желающих сэкономить на бытовых нуждах.

— Идеальный контур, ни малейшего рассеивания энергии! — толстый трактирщик крутил в пухлых пальцах тепловой талисман, чуть ли не обнюхивая его. — Да за такую стабильность в торговой гильдии просят серебро, а этот отдаёт за гроши!

— Брал вчера охлаждающий, — басил сосед в кожаном фартуке. — Так он сработал ровно в ту секунду, как я пустил в него каплю ци. Никакого затыка. Будто мысль прочитал!

Люди активно обсуждали покупки. Набрести в сточных районах на качественную работу считалось редкой удачей, и жители спешили запастись впрок. Юноша продолжал тихо сипеть слова благодарности, выдавая сдачу медяками и намеренно скрывая лицо.

Чем длиннее становилась очередь, тем гуще собирались над переулком неприятности. Духовное чутьё юноши уловило направленное внимание со стороны дальнего яруса. Трое крепких мужчин стояли около рыбной палатки и не отрывали взглядов от продаваемых желтых листов. Наблюдатели явно вычисляли скорость производства и уровень прибыли нового ремесленника. Новости о таинственном начертателе достигли зажиточных торговых гильдий.

* * *

Ярусом выше, в закрытых залах с расписными ширмами и теплыми жаровнями, дела решались в гробовом молчании.

Мастер Дун годами удерживал контроль над местным оборотом начертательной продукции. Сейчас же глава гильдии восседал в дорогом кресле и злобно сминал грубый лоскут рыночной бумаги в перегруженных золотом пальцах.

Кусок отвратительной волокнистой дряни содержал печать сушки. Дун пустил энергию внутрь сплетенного контура и немедленно скрипнул зубами. Линии намертво держали вложенную силу, а сам рисунок пульсировал абсолютно ровно. Узлы обратной связи оказались вписаны в сетку с ювелирной жесткостью, отчего поделка обогнала по эффективности личные работы самого мастера на премиальном пергаменте. Кто-то раздавал подобный уровень умений за медяки.

Разозлившись, он швырнул мятый комок прочь.

— Выручка упала на треть за одну неделю! — взвизгнул он, ударив кулаком по столу так, что нефритовая тушечница подпрыгнула. — Владельцы прачечных разорвали со мной два контракта! Хозяйка «Красного фонаря» сегодня заявила, что мои очищающие печати «слишком дорогие и воняют копотью». Мои! Мои талисманы! Кто посмел залезть на мою территорию⁈

Из тени шагнула массивная фигура Лэй Ба. Вышибала сдерживал порядок в нижних секторах города за хорошую плату. Его левая рука полностью терялась под вязью ритуальных татуировок Ордена Стального Быка. Мощная аура шестого уровня Пробуждения позволяла ему не заискивать перед перепуганными лавочниками.

— Его называют Хао, мастер Дун, — пророкотал Лэй Ба басом, от которого зазвенели пиалы на полках. — Какой-то бродячий ученый. Худой как скелет, бледный, кашляет, будто у него в легких дыра. Пришел из ниоткуда пару недель назад.

Выплюнув пережеванную щепку на ткань ковра, наемник сжал тяжелые кулаки.

— Но что самое интересное, мастер… этот червяк ни разу не занес мне долю за защиту. Решил, что раз сидит на самом дне, то гильдейский налог и рыночные сборы его не касаются.

Торговец шумно втянул воздух. Угроза разорения жгла изнутри, вынуждая принимать срочные меры, поскольку терять клиентуру никто не собирался.

— Сходи к нему, Лэй, — процедил Дун, впиваясь ногтями в лакированное дерево столешницы. — Возьми с собой парней. Объясни этому босяку, как работают законы в Фэнси. Я хочу, чтобы ты выпотрошил его тайники. Мне нужны его чернила, если он подмешивает туда какую-то дрянь, и мне нужны секреты его углов в формации.

Силач размял затекшую шею.

— А если книжник окажется строптивым? Знаете ли, эти ученые иногда так кричат, что случайно ломают себе шеи.

Дун скользнул взглядом по смятому куску талисмана на полу, и в его глазах сверкнула расчётливая злоба.

— Начертателю не обязательно иметь две руки, Лэй. Правая — это инструмент. Раздроби ему левую кисть в труху. Преврати её в кровавую кашу, чтобы этот выскочка до конца своих жалких дней не смог удержать даже палочек для риса. Но сам он нужен мне живым. Вечером он должен ползать в моих ногах и умолять купить его секреты за миску жидкой похлебки.

— Будет сделано, — отозвался боевик, извлекая стальные накладки на костяшки. — До заката на Нижнем рынке станет одним калекой больше.

Глава 8

Искусство анатомии и бойкой торговли

Убогий съемный подвал в Фэнси, где даже по углам ютилась плесень, из-за плотной концентрации ци вдруг растерял всю свою болотную сырость.

На покосившемся деревянном столе прямо перед Мином лежал десяток зелёных духовных камней высшего качества из припрятанного наследства мастера Бо Ханя, а в небольшой глиняной плошке неподалеку тяжело пузырилась угольно-черная паста. Вываренная слизь каменной жабы, пепел тёмного лотоса и жимолость смешались в единую едкую массу вместе с желчью огненной саламандры — именно на поиски этого ингредиента юноша угрохал последние дни, подчистую спустив солидную долю выручки от продажи бытовых талисманов. Воняло так, что слезились глаза.

Стянув через голову ветхую рубаху «мастера Хао», он бросил её на табурет. Под зеленоватыми бликами камней на худой спине проступила плотная сеть розоватых рубцов от недавних прорывов да парочки перегретых талисманов.

Оставленная на краю столешницы Чернильница вдруг пренебрежительно завибрировала. Скрипучий голос Владыки Звёздного Предела немедленно ввинтился прямо в черепную коробку.

«Для уличного пса ты оказался на удивление проворным, — фыркнул Гу Лань. — Нашел все компоненты за жалкую неделю в этой выгребной яме. Что ж, сырьё дрянное, но твоей ничтожной базе хватит. С этим варевом и зелеными камнями ты сможешь проломить стенки и открыть целых два меридиана. Но учти: боль будет такой, словно тебя заживо варят в котле. Если заскулишь и потеряешь концентрацию — останешься пускающим слюни инвалидом».

Мин без всякой спешки зачерпнул пальцами липкую гущу.

— Два? — юноша чуть изогнул бровь, а его лицо озарилось издевательской ухмылкой. — Дед, ты, кажется, за свои три тысячи лет разучился считать. Я пробью пять.

Внутри артефакта повисла крохотная заминка, после которой раскатистый хохот древнего существа заставил каменные своды затрястись.

«ПЯТЬ⁈ О, слепые Небеса! Мальчишка совсем спятил! Твои каналы — это гнилые камыши! Да после третьего меридиана твое тело просто лопнет, разбрызгав требуху по этому погребу! Ты сдохнешь от болевого шока быстрее, чем успеешь пожалеть о своей наглости!»

Тратить дыхание на бессмысленный спор Мин не собирался. Он просто отвлёкся от болтовни старца и деловито втер собранную с пальцев порцию едкой пасты прямо в кожу, густо промазывая скрытые акупунктурные узлы вдоль меридиана от ключиц до самой кромки штанов. И вот тогда началось веселье.