Принцип трех обезьян - Левит Ирина - Страница 7

– Вас никто с работы не встречал?

– Если я задерживаюсь, меня часто муж встречает, хотя мне ходу минут пятнадцать. А в тот вечер он на смене был. Как сейчас.

– И по дороге никого не встретили?

– Никого. Погода была не для прогулок.

– А видеокамер у вас в библиотеке нет?

– Нет. Считается, что нам без надобности. И сигнализации у нас нет. Раньше на окнах первого этажа железные решетки стояли, но несколько месяцев назад явились пожарные с проверкой и устроили нагоняй. Дескать, решетки нарушают пожарную безопасность. Пришлось срезать. Сигнализацию нам вообще-то обещают в этом году, но кто знает… У нас ведь ничего ценного здесь нет. Бухгалтерии своей у нас нет, значит, и деньги не держим. Ценных книг у нас тоже нет. Мы – обычная районная библиотека. У нас что воровать? Обычные книги? Так можно прийти и бесплатно взять почитать. Правда, месяца три назад нам поставили новые входные двери с хорошими замками. Уж не знаю, правда ли, но уверяли, будто наши замки просто так не вскроешь.

– То есть вы ушли из библиотеки последней и пришли первой, – констатировала Грознова.

– Именно так. К семи утра муж с ночной смены приехал, ну и я проснулась. Мы позавтракали, и я решила прийти на работу пораньше, в зале убрать, у нас там все довольно легкое. Я пришла в половине десятого, еще никого не было, сдвинула на место диваны, потом взяла два стула и понесла на второй этаж, в дальний зал. А там, между двумя самыми последними стеллажами, увидела лежащую девушку. И сразу позвонила брату… А следом появилась Леночка, затем охранник… Ну а потом уже началось все на свете… – Галина тяжко вздохнула.

– Я слышал от криминалиста, что убили девушку именно там, – сказал Добрецов, обращаясь к Вере Ивановне. – Значит, она сама туда пришла. Какого черта?

– У нас туда вообще посетители редко заходят, – пояснила Галина.

– Да? А почему? – заинтересовалась Грознова.

– На тех самых двух крайних стеллажах стоят книги, которыми редко интересуются. Это в основном узкоспециальные книги, по животноводству или энергетике, к примеру. А те, кому что-то узкоспециальное нужно, обычно из интернета берут. Опять же книги эти не самого свежего издания. Нам летом обещают доремонтировать подвал, так мы их туда спустим, чтобы место не занимали, а если кому понадобится, по каталогу найдем и поднимем. Правда, есть одна полка с книгами, которые хорошо бы почаще читали… – Галина с сожалением вздохнула. – Это античные авторы. Платон, Аристофан, Овидий, Геродот… Очень редко кто берет. Даже «Иллиаду» Гомера в прошлом году брали всего два раза. Но эти книги мы оставим в зале.

– Ну вряд ли девица хотела Гомера стащить, – хмыкнул Добрецов.

– А может, что-то оставить? – предположила Вера Ивановна.

– Насколько я знаю, а знаю я несколько больше, чем Павлинов надеется, мы тут все-таки, в отличие от него, все свои, – начальник РОВД вновь хмыкнул, причем довольно язвительно, – там везде осмотрели, даже собаку вызывали, подозревали, что девица оставила закладку с наркотиками, но ничего не нашли. И у самой девицы ничего путного не нашли. Исчез телефон, но это-то расхожее дело. Но исчезла обувь!.. Вот это загадка…

– Да, странно, – согласилась Вера Ивановна.

– Причем уж точно ее обувка была не из золота. И даже не какая-то уж слишком дорогая. Криминалист, которая первой на место приехала, женщина модная, у нее муж бизнесмен, так вот она сразу определила, что одежда на девушке хорошая, но обычная. Да и сама Чернецкая, это уж я потом вызнал, самая обычная. Двадцать шесть лет, не замужем, живет с родителями-инженерами, есть еще брат, но он семейный, живет отдельно. Два года Чернецкая работает в торговом центре «Сатурн», в сервисном центре магазина «Техно-класс», это большой магазин, торгует телефонами, компьютерами и всякими подобными вещами. По нашим базам девица даже краем не проходит, даже на уровне дорожных штрафов. Впрочем, у нее машины нет и даже водительских прав нет. И вот кто и за что ее может убить? Даже внятной версии нет.

– А я знаю, кто ее мог бы убить, – неожиданно подал голос Ярослав, который сразу после ужина перебрался в кресло в углу и сидел там молчком, причем (вот уж диво для пацана) даже не пялился в телефон.

Все трое повернули к нему головы, посмотрев с разной степенью удивления.

– То есть я знаю, кто наверняка мог убить девушку, – уточнил Ярослав.

– И кто же? – не стал скрывать скепсиса Добрецов.

– Тот, кто не ходит постоянно в библиотеку или вообще там ни разу не был.

– Поясни, – велела мать.

– Запросто, – спокойно отреагировал сын. – Все дело в колокольчике. Он звякнул, и вы, – Ярослав кивнул Галине, – решили, что девушка ушла. Так, да?

– Да, – подтвердила Галина.

– А она никуда не уходила, совсем наоборот, это убийца пришел.

– Самый логичный вариант, – признал Олег Павлович.

– Так вот все, кто в библиотеку постоянно ходит, наверняка про колокольчик знают.

– Мы этого не скрываем.

– А душитель про него не знал. Иначе бы ничего у вас не звякнуло. Да я вам сейчас покажу.

Ярослав вылез из кресла, вышел в коридор, прикрыл дверь, которая распахивалась внутрь комнаты.

– Представьте, что вот тут, на косяке, висит колокольчик, – крикнул он из коридора. – Если я просто дверь открою, он звякнет. А теперь…

Дверь чуть отползла, в образовавшуюся узкую щель протиснулась ладонь, которая перехватила невидимый колокольчик, зажала его в кулаке, после чего дверь полностью открылась и в комнату зашел Ярослав, держа руку несколько на отлете.

– Вот так просто. Ваш колокольчик у меня в кулаке, а потому помалкивает. Если бы душитель знал про колокольчик, он бы проверил, висит ли этот трезвон, а потом его просто бы заткнул. Так что, как у вас принято говорить, сужается круг подозреваемых.

– Мо-ло-дец! – искренне похвалил начальник РОВД, которому такой вариант в голову не приходил.

– Просто у меня глаз не замыленный, – отозвался Ярослав.

Глава 4

В санаторий Вера с сыном вернулась почти в одиннадцать вечера, совершенно вымотанная переездом, обустройством, долгим общением с Добрецовыми… Длинным и довольно утомительным получился день.

За стойкой администратора сидела девушка с бейджиком на груди «Жанна» – явно сменщица Даши, которая днем занималась оформлением Грозновых.

– Простите, вы случайно не Вера Ивановна? – осведомилась Жанна.

– Совершенно случайно я, – ответила Вера.

– Очень хорошо! А я вас искала, дважды к вам в номер стучала, но вас не было, а я должна вам талончик на завтра к врачу передать.

– Воткнули бы в дверь. – Вере показалось это самым разумным.

– Вы что?! – Жанна аж глаза вытаращила. – У нас так не полагается! Это же сугубо личная информация! А если бы кто мимо проходил и из любопытства взял бумажку и прочитал?

– Так у вас почти все такие бумажки получают, – пожала плечами Вера.

– Все равно не полагается. Частная жизнь наших гостей – это сугубо частное дело самих гостей, – веско изрекла администратор, и следователь Грознова подумала, что разузнать какую-то информацию про Агату Чернецкую в санатории будет гораздо труднее, чем кажется. – Вам завтра к врачу к девяти пятнадцати. В восемь у нас начинается завтрак, вы вполне успеете. А потом пройдете в лечебный корпус на второй этаж, в кабинет двести третий к Валентине Тимофеевне Савушкиной, нашему главному врачу.

– Прямо к самому главному врачу?

Такое особое внимание Вере показалось странным. В конце концов, в анкете при заселении она ничего не написала о месте работы и должности, то есть никак не обозначила статус, требующий участия на самом высоком уровне.

Администратор вдруг смутилась.

– Понимаете, у нас вообще три врача, но лечебное отделение по полному графику начинает работать только с завтрашнего дня, поэтому ожидается, что пациентов… то есть клиентов… будет больше обычного. И чтобы никто особо не ждал, часть клиентов Валентина Тимофеевна взяла на себя. В том числе вас.