О бессмертных тенях (ЛП) - Моронова К. М. - Страница 20

— Твою ж мать, этот парень выглядит так, будто его тут уже нет, — бормочет Кай, качая головой. Смотрит на меня так, будто я совершаю ошибку, пытаясь ему помочь.

Да пошел ты. Он мой друг. Я ни за что его не брошу.

Корвус не высказывает одобрения, но хотя бы держит рот на замке. Я останавливаюсь перед ними и отпускаю Мартина, чтобы проверить, может ли он стоять самостоятельно. Его шатает, но он удерживает равновесие.

— Он мой друг… он придет в себя, — я стараюсь придать голосу максимально уверенный тон, хотя сам в это верю с трудом. Мартин и правда выглядит как выжженная пустыня… Но оставить его? Фернестийцы просто убьют его, как только поймут, что он здесь — балласт.

Кай вздыхает и пинает в мою сторону несколько камешков. Я не сдвигаюсь с места, глядя на него тяжелым, твердым взглядом. Я не отступлю. Кай подходит ближе и хлопает меня по спине — я невольно вздрагиваю.

— Да брось, Финн, этот чувак уже не вернется. Я понимаю, это ужасно, это хреново, но мы не можем позволить ему тащить нас на дно. Я удивлюсь, если он вообще дотянет до места, куда нас везут.

Он хлопает меня по плечу, и в моих венах будто закипает жидкий огонь.

— Ему, блядь, нельзя быть в шоке, Кай? Серьезно?

Я толкаю его в грудь, и в его синих глазах вспыхивает ярость. Я чувствую себя чужим в собственном теле… Я никогда не был таким злым, но что-то глубоко в душе подначивает меня — хочется вцепиться ему в глотку, пустить кровь. Я даже не знаю этого парня толком, а с Мартином я вырос. Да ни за что на свете я его не оставлю.

— Знаешь что? Мы все здесь в шоке, приятель, — огрызается Кай, расправляя плечи и сжимая кулаки.

— Ты правда хочешь устроить это прямо сейчас? — рычу я, делая несколько агрессивных шагов вперед, заставляя его попятиться. Мне хочется причинить ему боль… хочется почувствовать, как его кровь пропитывает мои руки.

Что, черт возьми, со мной происходит?

— Прекратили, оба, — отрезает Корвус, вклиниваясь между нами. — Заткнулись и встали в чертову очередь. Мы и так последние.

Он грубо толкает нас плечами, проходя мимо, и берет Мартина под руку, уверенно направляя его вперед. На душе становится чуть легче от того, что Корвус принял Мартина. По крайней мере, сейчас он в безопасности. Кай и я бросаем друг на друга последние полные ненависти взгляды, прежде чем неохотно поплестись за Корвусом в хвост колонны.

Десять линий людей выглядят как хаотичное месиво: здесь вперемешку все — из разных палаток, из разных городов, из разных жизней. Очередь почти не движется, а холод пробирает до самых костей. Люди в тактической снаряге и черных масках копаются с первой группой целую вечность. Отсюда, с самого конца, нихрена не разобрать, что они там с ними делают.

Девять дымящихся скелетов застыли на поле, словно изваяния. Интересно, будут ли они стоять здесь до скончания времен?

Я отвожу от них взгляд и нервно потираю ладони друг о друга. Господи, только бы Терра была в безопасности… где-нибудь очень, очень далеко отсюда.

— Эй, — бурчит Кай. Его голос звучит донельзя раздраженно. Он стоит прямо передо мной, даже не поворачиваясь.

— Чего? — огрызаюсь я так же резко.

— Я… прощенья прошу. Мы все по-разному справляемся с этим дерьмом. Наверное, я тоже был в шоке, и мне просто не хочется рисковать шансами на выживание из-за балласта, — Кай продолжает бубнить тем же тоном, что ни капли не делает его извинение искренним, но, по крайней мере, он хотя бы пытается.

Я перевожу взгляд на Мартина, стоящего перед Корвусом. Я понимаю, что сейчас от него проблем больше, чем пользы… но он отойдет. В глубине души Мартин — настоящий боец.

Я взвешиваю каждое слово, а затем тихо выдыхаю:

— Спасибо. И извини меня тоже.

Кай поворачивается ко мне с кривой усмешкой:

— Хочешь, набьем друг другу морды позже, если думаешь, что это поможет?

Я давлюсь смешком, потому что, даже если он шутит, у меня есть подозрение, что в нашей ситуации это и правда могло бы сработать.

Корвус выглядывает из-за плеча Кая, игнорируя наши извинения, и спрашивает:

— Вы тут кого-нибудь еще из своих городов узнали, кроме этого… пустого парня?

— Я как раз об этом думал. Кроме Мартина — никого, — я намеренно выделяю его имя, потому что он, блядь, человек, а не предмет. Я еще раз сканирую толпу, чтобы окончательно убедиться, что никого не пропустил, и отрицательно качаю головой.

— Никого из моих, — пожимает плечами Кай.

Корвус на мгновение задумывается, изучая толпу и тех людей в масках, что стоят впереди.

— Думаю, это неслучайно. Либо нас специально держат порознь, либо… либо они убивают тех, кто не прошел какой-то их отбор.

У меня расширяются глаза, и в голове тут же всплывает образ Терры… а еще всех тех ребят моего возраста и младше, которых я не увидел ранее. Они что, мертвы?

— Здесь происходит что-то куда более масштабное. Вы двое когда-нибудь видели такую магию? Мы должны быть бдительны и обращать внимание на любую странность.

— Э-э, да тут всё странное, а магию я вообще в первый раз вижу, — бормочет Кай, в отчаянии растирая лицо ладонями.

Корвус игнорирует выпад Кая и продолжает:

— Я вот что хочу понять: почему солдаты в масках? И посмотрите на вышивку у них на куртках — они все распределены по категориям.

Я перевожу взгляд на группу солдат, и он прав: я раньше этого не замечал, но у каждого на форме разные символы. Луны, солнца, звезды, облака.

— Я до сегодняшнего дня ни одного фернестийца в глаза не видел, — бормочу я.

— И я тоже. Не похоже, чтобы они были высоко в этой их иерархии, — Кай хмурится. — А вот здоровяк-командир Рой и его дружок Каллос — этот пироман недоделанный — совсем другое дело.

Корвус бросает на него взгляд, полный немого «ты вообще соображаешь, что несешь?».

У нас челюсти чуть не падают на землю, когда мы испуганно озираемся по сторонам, проверяя, не услышал ли нас кто-нибудь лишний.

— Чувак, приглуши звук. Ты ведь не хочешь превратиться в красивую пыль, правда? — Корвус резко отворачивается от нас, уставившись вперед. Кай лишь издает короткий смешок и пожимает плечами, будто ему всё равно, жить или нет.

— Парни… вы не чувствуете себя как-то… иначе? — спрашиваю я, ощущая, как внутри снова начинает сворачиваться та самая волна тьмы.

— Определи, что значит «иначе», — бормочет Кай. Понятно, значит, он этого не чувствует. Хотя такое невозможно не заметить.

— Я чувствую, — шепчет Корвус через плечо. — Такое ощущение, будто в моей голове я теперь не один. И это держит меня в диком напряжении.

— Какого черта, правда? — бормочет Кай, подталкивая Корвуса, пока очередь медленно продвигается вперед.

— Эй, ты, с белыми волосами! Иди сюда, твоя очередь! — все трое вздрагиваем, когда человек в черной маске орет на нас с соседней линии. Другие очереди за последние несколько минут продвинулись гораздо дальше нашей. У Кая расширяются глаза, он испуганно переводит взгляд с Корвуса на меня.

— Иди, с тобой всё будет в порядке, — подбадриваю я его. Корвус улыбается Каю и согласно кивает. Кай на ватных ногах плетется к соседней линии и замирает, дрожа, перед солдатом.

Масочник подносит к правой руке Кая какой-то небольшой прибор и не убирает его, пока не вспыхивает свет. Он изучает экран устройства, кладет его рядом, а затем поворачивается, чтобы достать из коробки что-то еще.

— Что в коробке? Я не вижу, — шепчу я Корвусу.

— Не знаю, я тоже, — бормочет он, не отрывая темных глаз от того, что происходит впереди.

Солдат в маске вынимает из коробки пять маленьких черных магнитных полосок. Другой рукой он поднимает черный предмет, похожий на степлер. От одного вида этой штуки по спине бегут мурашки.

— Давай, следующий! — рычит голос прямо перед нами.

— Дерьмо, моя очередь. Увидимся в лагере, когда закончите, — быстро шепчет Корвус и делает шаг вперед. Я киваю, краем глаза поглядывая на Мартина, чтобы убедиться, что он всё еще рядом.