Ответишь (СИ) - Стужева Инна - Страница 12

— Ну, вы же всё-таки как-то выбрались, — парирую.

Отцу не нравятся мои замечания. Он хмурится. Я же просчитываю новые варианты побега.

— Артем, — и отец словно бы тяжело вздыхает. — Я не прошу многого. Женишься на нужной девушке, заведете наследника, и все. Твоя роль выполнена. В остальном брак будет считаться формальным. А в любовницы... бери хоть эту твою Фиму, хоть кого угодно. Хоть десяток таких. Это твое личное дело. Развлекайся, как хочешь. Но в свободное от своих обязанностей время.

Вспоминаю.

Очередной удар. Кожа на костяшках лопается, по груше размазывается кровь.

Сука. Как же больно. Но не рукам. В груди.

Фиму любовницей предлагает.

Серьёзно?

А до того момента, пока не оглашусь, я заперт в клетке с колючей проволокой по периметру и кучей охранников.

Я замираю, тяжело дыша, упираясь лбом в холодную поверхность стены. Даю себе время отдышаться.

Отец думает, что все в этом мире подчинено только его желаниям. Что можно разделить жизнь на «нужное» и «для удовольствия». Но он не понимает одного: Фима для меня — не просто «удовольствие». Она — это самое важное в жизни. Это главное.

Сделать ее любовницей, а жить с какой-нибудь куклой из наших кругов?

Да это полнейший бред.

И мать туда же.

— Артем, ты понимаешь, что не выйдешь отсюда, пока не согласишься?

— Артем, ты знаешь, тебе меня не переиграть...

Или вот это:

— Я мать, я знаю, что для моего сына будет лучше.

— Артем, она приличная девушка, да к тому же красавица. Ничем не хуже той школьной подружки. Вы будете счастливы, влюбишься, стоит лишь пообщаться немного.

Я сжимаю разбитые кулаки до хруста.

Сама мысль об этом кажется мне полным бредом.

Потому что я хочу только Лебедеву, и больше никого.

Всегда хотел, с первой минуты, как увидел.

Точка. И занавес.

Хочу ее всю. Хочу, чтобы только она была со мной. По праву. А не вот это вот все.

— Фима из обеспеченной семьи. Забыл, кто ее отец? — возразил я как-то отцу.

Но отец только поморщился. Нашел, что на это ответить.

— Не забыл. Но с Крымским отношения испорчены напрочь. С ним не договориться. Из-за тебя, между прочим. Нечего было их сына избивать. Да и…не общается твоя Фима с отцом. Нос от него воротит. Как ни крути, а вздорная девица.

Слова отца словно сталью по нервам...

— Вы что, следите за ней?

— Присматриваем. Думали, может, действительно, как-то через нее закрепиться. Раз уж мой сын как ненормальный вцепился в нее.

— Вот выход.

— Но…нет, Артем, не выйдет, говорю же. Эта твоя Лебедева своему папаше-депутату отворот поворот дала. Мол, все эти годы не показывался и нечего теперь. На деньги ей наплевать. На связи, престиж и статус тем более. С такой кашу не сваришь. Нет.

— А я вот думаю, что как раз наоборот.

Отец пропускает мимо ушей все, по его мнению, ненужное.

— Представь, даже в университет решила сама поступать, — продолжает. — Да что ей там светит без проплаты?

— Так проконтролируй, чтобы поступила.

— Ха? С чего бы. Но, вот зато, если ты согласишься…

Хочется отца снова послать, но в этот раз я сдерживаюсь.

— Давай так, — вдруг сам предлагает отец, немного за мной понаблюдав. — Она гарантированно поступает, а ты прекращаешь попытки отсюда сбежать. Тем более, что, как видишь, они все бесполезные. Тут камеры, Артем, везде. И персоналу мы с матерью очень хорошо платим. Ну, сколько можно уже, в самом деле. Здоровье свое побереги.

Молчу.

Интересно, за то, чтобы меня сутками держали в подвале, они тоже заплатили?

Я там с ума схожу.

— Ну, Артем, так что?

— Фима умная, она и без вас справится.

— Ты уверен?

— Да. На все сто.

— Ладно, допустим. Девчонка и правда в учебе сильна, на золотую медаль тянет. Она может и справится, а вот подруга ее? А как было бы здорово, если бы девочки вместе поступили. Ведь сам знаешь, на новом месте всегда комфортнее, когда рядом верная подруга.

Отец прохаживается туда-сюда и снова поворачивается ко мне.

— В общем, Артем, давай так. Она поступает вместе с подругой. Я проконтролирую, чтобы они обе поступили. Этой помогу, а твоей Фиме не стану мешать, хотя возможности есть. Но...не воспользуюсь, пусть девочка спокойно учится. А ты ведешь себя хотя бы немного адекватно. Устроит так?

Прикинув все за и против, я киваю.

Хочу, чтобы Лебедева училась. Пусть и с подачи ее матери, но она всегда просто бредила учебой и этим поступлением. Прямо цель жизни.

Поэтому она должна поступить. Если отец и тут встрянет и все испортит…

— Ну, вот и отлично, Артем. Хотя бы с этим договорились, — отец потирает руки. — Теперь о женитьбе…

С того момента я перестал пытаться сбежать, на остальное не соглашался. Пока отец не привалил ко мне с фотографиями.

— А кстати, Артем, пока ты артачишься…Думаешь, твоя хваленая Фима всё ещё помнит тебя? Думает, может, о тебе? Да? Так считаешь? Ну, тогда смотри.

И передо мной ложатся фото с университетского двора.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Лебедева чуть ли не впритирку стоит к высокому блондинистому парню. Улыбается ему и позволяет себя обнимать. На ухо что-то говорить.

— Ещё и видео есть, Артем, чтобы ты не подумал, что это подстава...

Руки сжимаются в кулаки при этих воспоминаниях, и я снова возвращаюсь к груше.

Короче, я согласился на обручение и свадьбу.

Но не только из-за того, чтобы вернуться.

Мать напоследок дожала.

— Артем, не смотрел последнюю статистику? Оказывается, с молодыми девушками часто случаются всякие несчастные случаи, — бросила словно между делом. — Представляешь?

После чего взгляд в упор.

Представляю. Уже. На что мать способна. Не понаслышке.

Короче.

Я здесь.

И с ума схожу по Лебедевой.

Сгораю буквально.

Но…

Свадьба уже через месяц…

Предложить я ей вообще ничего не могу сейчас.

Но и другому ее отдать я тоже не могу…

Серафима

Губы горят.

Волков чудовище!

Наглое, без тормозов. А ещё искушающее.

Он так целовал, что я уже готова была позволить большее прямо в аудитории.

Кошмар какой!

— Ну, что? — накидывается на меня Аленка.

— Ничего! — уворачиваюсь от нее. — Ещё, называется, подруга. Бросила меня там.

— Ну, Фим. Я же там явно лишняя была. Вы же с Волковым…

Аленка неожиданно запинается и краснеет. Чем только подливает масла в огонь.

— Что мы там с Волковым? Ничего мы там такого не делали! — накидываюсь на нее, хотя, конечно, нужно ругать только себя.

Не сдержалась. Позволила опять. Трогать себя и целовать. Под конец его руки были уже почти что под моим сарафаном. Да что там почти...

— Да, но…, — лепечет подруга.

— Никаких но! — перебиваю. — Тем более, что этого больше не повторится. Я с Димой и точка. На этом закончим обсуждение.

— Конечно-конечно, — кивает подруга.

Не верит мне и за это мне хочется на нее натурально наброситься.

Но я отворачиваюсь и быстро убегаю на пары.

Как Диме теперь в глаза смотреть, я не знаю. Встречаемся с ним на перемене. С другой стороны, я же уже решила твердо не общаться с Волковым.

Больше к нему не подойду.

И ничего не позволю.

Больше вообще никакого контакта. Не оглашусь ни на что.

Достаточно. Иначе и глазом не успею моргнуть, как лишусь девственности в аудитории в перерыве между занятиями.

Вот с Димой у нас отношения развиваются — совсем другое дело. Так, как и должны.

А на предстоящей вечеринке, думаю, мы ещё сильнее сблизимся.