"Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Кароль Елена - Страница 193

Я внимательно изучила Сашу, одетого в камуфляж. Не нашла лишних дыр и крови, кивнула, допила последний глоток кофе и заявила:

— Я готова. Едем.

На часах было шесть утра, когда мы прибыли в Киржач и, сломив не особо серьезное сопротивление, организованное охраной графского особняка (в нем оставалось от силы двадцать бойцов), вошли в роскошный трехэтажный дом, построенный практически в центре города.

В плане удобства и доступа к городским благам — идеально. В плане обороны — расположение, хуже не придумать.

Графиня, уже информированная охраной о происходящем, стояла в центре холла, одетая лишь в домашний халат. Простоволосая и ещё больше уставшая, чем обычно, в свои неполные сорок она выглядела, как старуха, не интересующаяся жизнью. А увидев меня и Сашу, едва заметно усмехнулась и без лишних эмоций спросила:

— Эта мразь, надеюсь, мертва?

— Которая? — уточнила любезно.

— Муж мой, — она с отвращением скривила губы.

— Да, — произнесла ровно, не видя смысла этого скрывать. — Я убила его лично.

— Спасибо. — На тонких губах женщины появилась улыбка глубочайшего удовлетворения, а в глазах мелькнула тень безумия, но… Легкого. Удовлетворенного. — Что решили насчет меня и дочерей?

— У вас, насколько мне известно, есть родственники в Рязанской губернии… — проговаривая это, я внимательно отслеживала её реакцию, меньше всего желая, чтобы она бросилась в приступе своего подозрительного безумия на нас или, того хуже, покончила с собой.

Женщина неприязненно поморщилась.

— В любом случае, — добавила я, — мы не будем мешать вам уехать. Но остаться не позволим. Вы можете забрать личные вещи и сбережения, а так же украшения. Одну машину. И в течение суток обязаны покинуть земли, которые вам не принадлежат. Это моё окончательное решение.

Секунд пять графиня внимательно смотрела на меня, а потом тихонько хмыкнула.

— А ты добрая, Афина… Не ожидала. Спасибо за эту каплю справедливости. Мы уедем в Подмосковье, у меня там тётка. При храме. Оставлю адрес, если захотите проверить.

После чего учтиво кивнула и ушла наверх, видимо, собираться.

Не собираясь доверять женщине до конца (а ведь она и дом поджечь может!), я отправила следить за ней парочку бойцов из числа тех, кто с нами приехал, а сама собрала прислугу, которой тут было даже с избытком (больше двадцати!), и объявила свою волю:

— Ваш хозяин, граф Румянцев, мертв. Напав этой ночью на земли графа Евтушенко, он переоценил свои силы. Его войско разбито, его земли в течение суток согласно законам империи перейдут во владения моего супруга. В Карабаново у нас есть свой прекрасный дом и в другом мы не нуждаемся. Как и в новой прислуге. Сейчас вы все расходитесь по своим комнатам, собираете вещи и к полудню обязаны покинуть здание. Кто будет так глуп, что попытается меня обокрасть, — я хищно ухмыльнулась, позволяя магии скользнуть в свои глаза, — очень сильно об этом пожалеет.

— Простите… ваше сиятельство, — мне учтиво поклонился бледный дворецкий. Немного грузноватый мужчина лет сорока пяти. — Но у меня вопрос: нам не было выплачено жалованье за последние три недели. А у многих из нас нет других мест для проживания. Я понимаю, вас это мало интересует, но…

Кхм. Нда. Непорядок.

— Я выслушаю каждого, — приняла непростое решение. — В порядке живой очереди в кабинете графа. Как тебя зовут?

— Селивестр, ваше сиятельство.

— Организуй мне черный кофе и очередь. Но для начала проводи в кабинет графа.

— Прошу, ваше сиятельство.

Кабинет графа располагался неподалеку, на первом этаже. Темный, с массивной мебелью прямиком из позапрошлого века. Он пропах табаком и чем-то кислым с привкусом похоти, так что первым делом я распахнула окно, выходящее в сад, изучила стол с беспорядочно наваленными бумагами, уверенно сдвинула всё в сторону и, отправив дворецкого за кофе, задумалась.

А ведь, если подумать, избавляться от людей мне невыгодно. Да, ещё вчера они служили Румянцеву, но… Служили или просто работали, не имея альтернативы? Тот же дворецкий — это почти готовый управляющий. А мне как раз нужен кто-то на пост главы администрации Карабаново.

Не помешает и толковый секретарь. На ферму нужны работники.

В общем… Альтернатива есть всегда. Надо только получше пораскинуть мозгами.

Желательно фигурально!

Ну а потом мы работали, работали и снова работали!

Саша изучал дом и решал, что делать с бойцами. Я копалась в сейфе и документах графа, попутно общаясь с прислугой. Выяснила, что действительно некуда пойти и нет вариантов с работой только троим: пожилой кухарке, её дочке-горничной и хромому садовнику, который жил тут же в пристройке. Остальные не рисковали привлекать слишком много внимания, удовлетворяясь выплатой зарплаты из тех денег, которые я нашла в сейфе. Не особо много, меньше миллиона, но этого с избытком хватило, чтобы расплатиться со всеми.

Селивестр, кстати, моим предложением заинтересовался и мы договорились, что в четверг он подъедет в Карабаново и мы поговорим о вероятном назначении более подробно. Кухарке Авдотье и её дочери Алевтине я предложила должности кухработниц в нашей школе, а квартиру — ту, где жила любовница директора. Всё равно продавать её было некому, люди в наш городок особо не рвались.

Пока!

Садовнику Кондратию я после того, как посоветовалась с Сашей, предложила должность при строящемся храме. В самом деле, почему нет? Ухоженные деревья и красиво цветущие клумбы сами собой не появляются, кто-то должен этим заниматься и там. А ухоженная территория при храме тоже много значит. Заодно будет жить там же, комнатки для тех, кто будет там работать, я предусмотрела.

Ну и, кто бы сомневался, Кондратий ухватился за эту возможность обеими руками.

Естественно, я предупредила, что храм только строится и раньше ноября там делать нечего, так что пока Кондратий был зачислен в наш основной штат и получал комнатку на территории особняка Евтушенко.

Графиня Румянцева, одевшись и собравшись довольно быстро, уезжала с восемью чемоданами на четверых, попросив в качестве сопровождающего одного из моих бойцов, потому что сама водить не умела. Перед тем, как уехать, она лично зашла ко мне и сначала задумчиво изучила лицо, и только потом, горько усмехнувшись, произнесла:

— А знаешь, я знала, что так будет. Знала, что этот похотливый выродок осмелится на вас напасть и потерпит неудачу. Есть в тебе что-то… особенное. Притягательное и одновременно жестокое. Только видно не всегда. Но ты ведь понимаешь, что он действовал не сам, а с разрешения князя?

— Догадываюсь, — кивнула. — Вы что-то знаете?

— Откуда мне… — она скривилась, но потом в её глазах мелькнуло что-то ехидное. — Если повезет поболтать по душам с княжеским менталистом, узнаешь больше. Но я бы не советовала. Мерзкий тип…

Её передернуло, причем явно от личных воспоминаний.

— Ладно, поедем мы. Удачи.

Графиня ушла, как мне показалось, даже с облегчением, а я не поленилась подняться в личные комнаты семьи и глянуть, что именно они забрали.

Удивительно, но далеко не всё. Часть сезонной одежды осталась в гардеробных, но чтобы забрать всё, не хватило бы и контейнера — вещей у Румянцевых было даже с избытком. Картины, вазочки, старые игрушки, книги, безделушки — многое осталось на своих местах. Как и кое-какая косметика, техника. А вот украшений я не нашла… Но это и понятно. Женщине надо на что-то жить. Ещё с тремя дочерьми…

Но что меня порадовало больше всего — никто из них не стал пакостить. Это они, конечно, молодцы.

А у меня, пожалуй, есть работа для горничных, которые ещё не успели уйти!

В итоге я приказала одной заняться одеждой, от которой стоило избавиться сразу, причем через какой-нибудь Московский шоу-рум — я заметила довольно много модных брендовых вещиц, которые стоили далеко не пять копеек. Вторая собирала игрушки и детские книжки по коробкам, они пригодятся для будущего детского сада и пока отправятся на склад. А третья, как мне показалось, самая ответственная, была отправлена собирать и упаковывать всё, что представляло хоть какую-то художественную ценность. Для начала статуэтки, картины и вазы. Их я продам через аукцион. Книги я глянула сама и часть отложила себе, часть велела сложить в коробку для школьной библиотеки. Пусть тоже читают Пушкина и Лермонтова, образованнее будут.