"Фантастика 2026-125". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Кароль Елена - Страница 107

— А кто он по магии?

— Воздух, магистр.

— Ого! И как при таких исходных данных он умудрился покалечиться о всего лишь охотника?

Сашка пожал плечами.

— В сети конкретики нет. Хочешь — сама спроси. Ну как? Поедем знакомиться? Можно завтра с самого утра.

— Ты куда так торопишься? — изумилась.

— Уже вечером тебя будет обрабатывать княжич, — с отчетливой неприязнью скривился Саша. — Что-то мне подсказывает, что тебе стоит позаботиться о более весомых аргументах, чем «простите, не хочу». Согласись, «у меня есть жених» звучит солиднее.

— Хм-м… А ты прав, — повеселела, когда обдумала его слова и варианты развития событий. — Но ты уверен, что граф согласится на наше предложение? Я ведь правильно понимаю? Он мне брак и титул «графини», а мы ему силовую и финансовую поддержку?

— Всё верно, — кивнул Саша. — Плюс гарантии того, что сын не останется в одиночестве, если граф умрет до его совершеннолетия. Я тут сунул нос в историю его болезни, там всё совсем не радужно. Три-пять лет — и граф сыграет в ящик. У него серьезные проблемы с мозгом, сердцем и сосудами в целом. Неоперабельные. При таком раскладе его сын станет сиротой ещё до десяти лет, а в таком возрасте дети совершенно недееспособны. Ни воевать, ни управлять. Ну и, развивая тему, несложно понять, что станет с ребенком дальше. Максимум, на что он может рассчитывать — детский дом под патронажем императрицы. Земли при таком раскладе однозначно отходят империи, как особо опасные и нуждающиеся в ежедневном присмотре военных. А вот если мы возьмем его под опеку до совершеннолетия, это уже другой разговор.

— То есть в нашем распоряжении четырнадцать лет, — произнесла задумчиво. — А потом? Я — вдовствующая графиня и юный граф, который может запросто выставить меня за порог всего того, что мы для него сделаем. Сошлет в какую-нибудь «летнюю резиденцию» в виде кособокого домика в деревне, а сам будет пожинать плоды наших стараний. Да?

— Ева, не нагнетай, — беспечно отмахнулся Саша. — Нам сейчас важен этот год. Два-три… Пять. Ты будешь графиней. Замужней дамой, защищенной от любых притязаний. Не волнуйся, я буду рядом. Как минимум личным охранником семьи. К тому же брак, учитывая состояние графа, будет практически фиктивным. Скорее договорным соглашением, выгодным для обеих сторон. Это можно будет обговорить отдельно. Ну а потом ты станешь вдовой… — Он тонко усмехнулся и буквально на миг скосил на меня взгляд. — И кто знает, может найдешь себе другого мужа? Или любовника. Никто же не заставляет тебя блюсти траур и целибат до конца жизни. Ева, брак с графом — это всего лишь ступень. И она будет такой, какой захочешь ты.

Логично.

Обдумав его слова со всех сторон, кивнула, но не могла не заметить:

— А с Левашовым мы когда разберемся? Нам постоянно не до него. Уже перед профессором неловко.

— Всему своё время, — качнул головой Саша. — Сначала безопасность и личная сила, потом месть. Левашов никуда не денется, а вот княжич с его поползновениями буквально на пороге. Сначала отсечем его. К тому же, став графиней, ты получишь право посещать светские мероприятия и, кто знает, может там удастся подобраться к Левашову и его родственникам? Постоять рядом с их коммуникаторами… М?

— А ты стратег, — рассмеялась. — Хорошо, уговорил. С самого утра едем к жениху. Майор ведь не обидится, если мы пропустим тренировку?

— В смысле, «личные дела»? — возмутился Тюменцев, когда Саша, показав квитанцию, где были расписаны все позиции, перечислил ему деньги в фонд «Олимпа» и отдельно — доли остальных охотников, чтобы Роман Игоревич раздал их уже сам. — А кто мне обещал стать преподавателем?

— Так завтра же не учебный день, — напомнила я майору, пока он не разошелся. — К тому же мы с вами прекрасно понимаем, что ни мне, ни Саше один выходной не повредит. Мы уже охотники с лицензией и ходим на ваши тренировки не из острой необходимости, а ради общего поддержания формы. Роман Игоревич, не будьте букой. Мы решаем организационные моменты и вопросы реального будущего всех нас.

— Ишь, как заговорила… — недовольно нахмурился он. — Богиня, чтоб тебя, Ева Александровна!

— Солянка, — произнесла я, глядя ему в глаза. — В эту пятницу. С тремя видами копченостей. Только для вас.

Сначала Тюменцев растерялся. Затем… Подозреваю, обиделся. Под конец хмыкнул и качнул головой.

— Ох, Ева… Далеко пойдешь с такими мозгами. Если в беду не попадешь…

— Не попадет, — уверенно произнес Саша. — Я проконтролирую.

После чего подмигнул мне и дал понять, что я могу идти, а вот ему ещё надо пообщаться с нашим командиром. Возражать не стала, тем более мне было чем заняться. Во-первых, меня ждал разбор покупок! Платьица, туфельки, галантерея… М-м, обожаю!

А потом меня ждала слава и величие!

Шучу. Только величие. В смысле, установка программы, которая позволит освоить мне магию металла. Сама программка лежала во мне ещё со вчера, ампулы в аптечке, как и шприц… Ох, как же чешутся руки!

Но нет, сначала дело.

Разобрав-разложив вещи по местам и приготовив на ужин мясо в горшочках, я взяла из аптечки одну ампулу обезбола, прошла к себе в комнату, поудобнее устроилась на кровати, вколола себе дозу, расслабилась и запустила установку программы.

Было… Неприятно.

Не больно, ведь я заблокировала болевой центр и нервные окончания, но в итоге всем своим существом чувствовала, как всё моё тело прошивают миллиарды тончайших игл. Именно так, как и говорил Саша. Мельчайшие крупицы металла в моем организме взбесились и зажили своей жизнью. А потом в едином порыве рванули в энергетическое ядро и стали его неделимой частью.

Ох-х…

Это была… не физическая боль, а что-то другое. Что-то гораздо более глобальное. Фундаментальное.

Я не знала этому названия, данных катастрофически не хватало, но догадывалась, что это связано прежде всего с энергоструктурой тела, его энергетическими каналами и магическим ядром. Оно трансформировалось.

И это было реально больно!

К счастью, не слишком долго. И пускай из-за боли я потерялась во времени, чуть позже, когда она начала стихать, я поняла, что прошло от силы минут двадцать. Да уж…

И всё же, если так больно будет каждый раз, я всё равно буду это делать. Потому что эта боль дарует силу. А всё, что делает нас сильнее — благо. Аксиома, не поддающаяся опровержению.

Ох, я сейчас развалюсь…

— Ева?

В мою комнату без стука заглянул Саша и тут же торопливо подошел, хмурясь.

— Что с тобой?

— Магия… — просипела пересохшими губами и вымученно улыбнулась. — Не паникуй. Всё… Нормально… Погоди, приду в себя… Расскажу.

Прошло ещё минут десять, а может и все двадцать, я попросила брата принести воды и только потом объяснила своё состояние, подытожив:

— В общем, обезбол мало помогает. Может в самом начале, когда тело пронзает иглами. Но потом боль затрагивает не нервы, а что-то другое, и мозг всё равно воспринимает эти импульсы. Сдохнуть не хочется, но приятного мало. Далеко наша тренировочная ложечка? Хочу убедиться, что это было не зря.

Внимательно меня выслушав и не скрывая своего беспокойства, Саша ушел, но вернулся буквально секунд через тридцать и протянул мне кусочек металла, который крайне отдаленно напоминал именно ложку.

Взяв в руку уродца, я прислушалась к себе, затем к предмету… И удивительным образом поняла, что это именно металл. Точнее сплав. Нержавеющая сталь, легированная хромом для улучшения коррозионной стойкости. Таблицу Менделеева я знала наизусть, с химией тоже была на ты, но сейчас мои знания именно в плоскости металлов стали как-будто на порядок качественнее.

И это было так поразительно, что я не сдержала восторженного вздоха.

А потом превратила чудо-юдо-ложечку в лужицу холодного металла.

— Ух ты!

— Поражает, правда? — улыбнулся Саша, явно понимая, какие чувства меня обуревают. — На миг кажется, что ты владыка металла.

— Увы, только на миг, — сморщила я нос, когда попробовала вернуть лужице форму ложечки, но получилось даже хуже, чем у Саши. — Н-да… Ладно, зато мы знаем, что нам есть, куда стремиться! А ты где так долго был?