Серый Кардинал (СИ) - Неумытов Кирилл Юрьевич - Страница 13

Я решил проигнорировать этот вопрос. В голове уже зрел план действий, но нужно было узнать некоторые детали.

— Виссара, при каких обстоятельствах ты договорилась с людьми о жертве рабов?

— Я разбила большой отряд людишек, — самодовольно заявила Виссара. — Оставила в живых только одного воина и потребовала дань, чтобы я была добрее.

— Ты сразу просила рабов? Или…

— Я требовала, а не просила, — перебила меня виверна. — Мне нужна была еда, наполненная праной, но людишки таким не владели.

— Сколько было человек в отряде, который ты уничтожила? — спросил я.

— Сотня или даже больше, — ответила Виссара. — Людишкам не понравилось, что я от скуки нападала на их деревни. В этой пещере есть небольшой источник праны, но энергия скапливается здесь долго, и я искала себе развлечения. После охоты я прилетала в людские поселения, рушила пару-тройку домов и смотрела, как все забавно разбегаются.

Виверна засмеялась. Мой союзник — самое настоящее чудовище. Думаю, у меня есть возможность это частично исправить. Для Виссары люди — не главный источник еды, её больше всего интересует прана. Могу предположить, что только маги для неё полезный обед, убивать простых людей ей нет никакого смысла. То есть, как ни странно, я могу сделать мир чуть лучше, сотрудничая с чудовищем.

— Как в точности звучала твоя договорённость с людьми? — спросил я. Как бывший дипломат, я привык смотреть на всё через призму договорённостей. Необязательно даже письменных, ведь всё определяют не закорючки на бумаге, а совокупность разных факторов. Иногда договорённость на словах может быть прочнее, чем на бумаге, поэтому мне нужно знать как можно больше деталей. Особенно то, насколько Виссара грозная сила в глазах людей.

Виверне мои вопросы не нравились, в её голосе появилось раздражение:

— Арэн, зачем всё это? Людишки стоят перед нашим носом. Я хочу улететь отсюда! Пещера имеет для меня ценность, но жизнь дороже!

Основной страх Виссары вызывала баллиста. Виверна восприняла наш союз всерьёз и прислушивается к моим словам, так что сейчас хорошая возможность показать свою полезность. Из всей этой ситуации можно получить выгоду, а не просто сбежать.

— Я пойду к этим людям и поговорю с ними, — объявил я.

Виссара внимательно смотрела на отряд людей, но теперь она уставилась на меня.

— Арэн, люди поймут, что у нас союз. Я тебя не съела, да и сейчас ты находишься рядом со мной. Или… или ты хочешь меня предать⁈

— Подумай сама, что я такого особенного могу сказать про тебя? То, что ты ранена, они и сами должны знать. А в качестве боевого усиления я им ничем не помогу.

— Тут не поспорить, — согласилась виверна. — Ты слабый человек. Даже не руновоин.

Хотелось ответить, что у меня всё впереди, однако я не знал, может ли человек развить способности к магии. Возможно, это нечто врождённое, а меня Виссара охарактеризовала как «увядший лист». В общем, не стал позориться громкими заявлениями, тем более у нас разговор совсем о другом.

— Если я подниму левую руку, то взлети в небо и сделай пару кругов вокруг пещеры, — продолжил говорить я. — Когда я подниму правую руку, тебе нужно опуститься на землю.

— Что ты собираешься им сказать? — со скепсисом в голосе спросила Виссара.

— Я собираюсь выбить из них дань, — сказал я и уверенным шагом пошёл вперёд. — Они опасаются тебя точно так же, как ты опасаешься их. Я извлеку выгоду из этого.

— Как ты всё это объяснишь? — сквозь зубы процедил лорд Хентос, смотря на своего придворного мага Кардигера. — Почему дракон ещё жив?

Фарио Хентоса сложно было чем-то разозлить, но когда лорд всё же гневался… Это вызывало чуть ли ни ужас у подчинённых. Глаза Фарио в эти моменты наливались яростью, он будто готов был убить.

В остальное же время пятидесятилетний глава города Брост был великодушным человеком и заботливым лордом. Конечно же, из-за своего статуса, мужчине приходилось быть суровым, когда ситуация этого требовала. Например, при чьей-то провинности или угрозе его землям. Последнее случалось нечасто, и потому все вопросы с «драконом» Хентос встречал с особой серьёзностью.

— Это нелепая случайность… — промямлил молодой маг себе под нос.

— Случайность⁈ — выкрикнул Хентос. Слова Кардигера ещё сильнее разозлили Фарио. — Ты докладывал мне совсем другое! Говорил, что дракон мёртв! Почему ты не удосужился послать разведчиков⁈

— Я-я… — произнёс Кардигер, но полноценный ответ дать так и не смог.

Сначала маг хотел сказать, что разведчики дали неправильную информацию, однако ложь быстро бы вскрылась. Истинной причиной, почему Кардигер поторопился, была недооценка противника. Он единственный знал, что дракон вовсе не дракон, а виверна. Молодой маг хотел скрыть это, чтобы записать на свой счёт убийство более сильной твари. Виверна должна была умереть от кровопотери, но всё вышло из-под контроля.

— Сир Эстэран, — злым, но уже более спокойным голосом произнёс Фарио, повернувшись направо. — Какие наши шансы сразить дракона в бою?

— Милорд, у нас только одна баллиста и тридцать рыцарей, — ответил седобородый крепкий мужчина, подведя коня чуть ближе. — Боюсь, против дракона этого мало.

— Предлагаешь нам отступать?

— Мой лорд, это будет самое разумное решение.

Хентос устремил взор вперёд и зло вздохнул. Подданные ожидают, что их лорд вернётся в Брост с тушей убитого дракона, но Фарио придётся возвращаться с пустыми руками. Что самое гадкое — пять взятых с собой пустых повозок красноречиво говорили о намерениях лорда. Хентос мог попробовать отправить своих рыцарей атаковать дракона, однако это сделает только хуже. Тогда в Брост вернётся не сорок человек, а от силы несколько. Причём не факт, что дракон будет повержен.

— Сир Эстэран, что за отброс стоит возле монстра? — спросил Фарио, заметив силуэт человека. Хентос изначально не обратил внимания на эту деталь, всё его внимание поглотило то, что дракон жив.

— Милорд, я не знаю, кто этот человек, но, кажется, это раб.

— Раб? — переспросил Хентос. — Один из тех, кого мы доставляем дракону?

— Не могу знать, милорд. Этими вопросами занимается сир Гефаль. Вам лучше спросить его.

— Он в строю? — Фарио обернулся назад. Лорд знал по именам только самых приближённых вассалов, и Гефаль к таким не относился. Мужчина даже не имел своей фамилии.

— Я здесь, милорд, — откликнулся Гефаль и повёл коня вперёд.

Голос рыцаря слегка дрожал, по его телу пошёл холодный пот. Гефалю хотелось провалиться сквозь землю. О сделке с имперским дипломатом он не доложил Эстэрану, хотя должен был это сделать. Гефаль надеялся, что монстра убьют прошлым вечером, а дипломат куда-нибудь исчезнет сам собой. Рыцарь даже пошёл к Эстэрану для доклада, когда вдруг узнал от стражников об охоте на дракона. Это изменило планы Гефаля, и он решил повременить с новостями.

— Почему рядом с драконом раб? — спросил Фарио Хентос.

— Милорд, это был самый обычный адолийский пленный, — Гефаль сглотнул. Рыцарь не хотел врать, однако говорить правду ему было сложно. — Раб прокричал, что отдаёт душу богине Алетте, и тогда его тело озарила белая вспышка. Внешне с ним ничего не изменилось, но он стал говорить иначе… Спокойно, витиевато, мудро. Парень представился имперским дипломатом и просил его освободить в обмен на его знания.

— Какие знания? — заинтересовался лорд.

— Военное дело, математика и… — тут Гефалю стало сложно, потому что он не знал, как произнести последний термин. — меди… медици…

— Медицина, — закончил за рыцаря Хентос. — Что было дальше?

— Работорговец Троко сказал, что это всё уловка, и мы… мы отправили раба к дракону… как и следовало по вашему приказу.

— Раб что-то просил у богини взамен на душу? — насупив брови, спросил Фарио.

— Он желал, чтобы адолийцы победили Туурон… — негромко ответил Гефаль.

— Ка-ардигер! — протяжно крикнул Фарио, повернувшись к магу. — Такое возможно, чтобы в теле раба появилась другая душа?