Не в этот раз. Книга III (СИ) - Владимов Максим - Страница 24

По дороге мы болтали сначала ни о чём, а после как-то вышли на тему коммунально-бытовой ситуации в городе, и я… увлёкся. Собеседник оказался знающим, опытным и чутким, в какой-то момент я поймал себя на том, что говорю больше, чем стоило бы, и осёкся, но Иван Иванович меня подбодрил:

— Да ты не тушуйся, всё в порядке! — Запал у меня, однако, кончился, потому продолжать я не стал, и беседу пришлось вести моему визави. — А вообще, очень разумные вещи говоришь. Смотрю на тебя, и вижу опытного хозяйственника, вот честное слово. Хоть завтра бы замом взял!

Последнее предложение, конечно, сопровождалось смешком, показывающим, что это так, шутки для, не всерьёз. А я подумал: знал бы ты, дядя, какими структурами мне руководить доводилось в своё время, ты б мне должностью зама предисполкома затерянного в тайге городишки не шутил… Впрочем, это всё лирика, а сейчас — улыбаемся и машем. Тем более, что это вот ведь Свердловск уже, кажется?

— А куда тебе надо в Свердловске, кстати? — спросил Дворников-старший, повернувшись ко мне.

Я застыл. Куда… А чёрт его знает, куда! Теоретически — надо бы на регистрацию, в тот самый злополучный интернат, но я ж ничего о нём не знаю! Да, был несколько раз, но всегда нас привозили туда на автобусе, с по-зимнему обмёрзшими стёклами, и вообще — я в «этой» жизни уже куда лучше ориентируюсь в Свердловске, чем в той! И даже сейчас всё моё ориентирование сводится к обкомовскому дому, общагам на Большакова и двум локациям Университета. А, ну вокзалы ещё, но сейчас это мне точно ни к чему. В ГУМе был, но как туда добраться — совершенно не представляю. Короче, классическое: «на кой мне эта ваша география, когда есть извозчики?».

А вот здания Универа или УПИ, где проводили олимпиады, интернат, школы, — понятия не имею! Даже номеров не знаю. И на работе Дворникова нет. Тупик. Хоть в обком просись… только меня туда сто процентов не пустят. В общаги? Через Мишу поискать — ведь может кто-то из студней работать на олимпиаде? Да, это вариант. Кривой и рискованный, но вариант. Я уж совсем раскрыл рот, чтоб назвать адрес, но в процессе словил ещё одну мысль и сказал совсем другое:

— Алексей, а ты знаешь, где Дворец Пионеров находится?

— Конечно, — Лёха глянул на меня в зеркало и мы встретились глазами. — За УРГУ, минут десять идти.

— До Университета добросите? — повернулся я уже к «хозяину» машины.

— Конечно, — улыбнулся тот. — Нам даже по пути. В принципе, время у меня ещё есть, можем и прямо до самого Дворца крюк заложить.

— Не, — отказался я. — Я, раз уж оно там так рядом всё, сначала в Университет заскочу, вдруг нужный человек там найдётся. Племянник ваш нужен, на самом деле, — с чего-то вдруг разоткровенничался я.

— Так он же не там сидит, — пожал плечами предисполкома.

— Знаю я, просто на кафедре его нет, я звонил. И, говорят, не будет сегодня. Вот хочу в главном корпусе ещё поискать, вдруг чего…

— Помощь нужна? — неожиданно предложил Иван Иванович.

— Да не, спасибо, решаемо. Лучше мне самому всё простучать сначала, вдруг получится решить без лишнего шума, потом уж буду в набат бить. Или не буду, посмотрим, — и я выдал попутчику самую лучезарную улыбку из возможных.

В главном здании университета я прятаться не стал. Совсем наоборот: нагло подошёл к вахтёру, который моментально выцепил меня взглядом в пусть и не слишком густом, но всё же потоке студентов, и спросил:

— Дворникова Алексей Петровича, зам. декана матмеха, нету здесь, случаем?

— А вам он зачем, юноша? — предсказуемо поинтересовался пожилой вахтёр.

— У меня к нему поручение от Льва Петровича из Дворца Пионеров. Я знаю, что он в другом корпусе работает, но по телефону сказали, что его там сегодня нет, вот я и подумал — дай зайду по пути, вдруг он тут?

— То есть вы утверждаете, что он вас знает? — въедливо поинтересовался университетский цербер.

— Конечно, — с готовностью кивнул я. — Если можете ему позвонить — наберите прямо сейчас, скажите, Гриша Литвинов пришёл, я тут подожду. Это по поводу олимпиады, он председатель жюри и главный тренер сборной области.

— А я позвоню, — с завуалированной угрозой проговорил самозваный педель, — он не выйдет, конечно — в ректорате на совещании, но хоть узнаем, что с тобой, таким красивым, делать…

Однако, через пару минут и несколько отрывистых фраз, протянул мне трубку. Дворников показался мне изрядно вымотанным. В ответ на его «Гриша, что случилось?», я кратенько расписал свои сегодняшние приключения. Выслушав доклад, доцент хмыкнул и выдал краткую инструкцию:

— Двигай во Дворец. Регистрация для свердловчан там, и там же будет торжественное открытие, но тебе оно, полагаю, ни к чему — мало ли с кем столкнёшься? Но зарегистрироваться всё равно надо. Подойдёшь там к Льву Петровичу в двести первый кабинет, не забыл его ещё? Да, на месте может не быть, сам понимаешь, сколько всякого сейчас на его плечах, придётся подождать. Или поищи там как-нибудь сам, ты сможешь, я знаю. С ночёвкой же у тебя проблем нет? Или надо помогать?

— Не надо, устроюсь сам, — ответил я. — И вообще всё понятно, спасибо большое!

— Не за что. Вот ещё: как все вопросы решишь, отзвонись моим на кафедру, передай для меня информацию. Договорились?

— Конечно!

Во Дворец Пионеров проникнуть оказалось даже сложнее, чем в универ. На страже стояла боевая бабка, которая на все мои аргументы отвечала одинаково отрицательно:

— Не положено! Закрыто к посещению! Мероприятие!

Как назло, вокруг было полно народу, в том числе — такие же зоркие бабки в гардеробе совсем рядом. Пытаться продавить даже одну эту привратницу ада Голосом нечего было и пытаться. Я уж совсем было отчаялся и собрался пойти поискать альтернативный проход, когда мимо (довольно ощутимо меня толкнув, между прочим!) протиснулся какой-то парень. Со спины — ненамного меня и старше. Правда, значительно крупнее. Бабка немедленно заступила дорогу и ему, но, бросив взгляд на лицо, сразу успокоилась и перевела сторожевые глаза на меня обратно. Я только открыл рот, чтоб спросить, какого, собственно, хрена, имея в виду одновременно и борзый толчок, и откровенную дискриминацию, как толкнувший меня обернулся и расплылся в улыбке:

— Ух ты, какие люди! Гриша! А ты чего пришёл? Вы ж в интернате вроде быть должны?

— С какого в интернате? Я в команде местного кружка официально так-то, — буркнул я, ещё не отойдя от злости на несправедливость окружающего мира.

— Да ладно⁈ — Серёга, с которым мы вместе бегали в летнем лагере, сбил шапку на затылок, обескураженно глядя на меня.

— Ну да. И руководителем у меня Лев Петрович.

— Так ты регистрироваться пришёл? — догадался девятиклассник.

— Пришёл. Только не пускают! Будь другом, отыщи шефа, пусть подойдёт! Мне так-то сюда и надо только, чтоб записаться, я на открытие не остаюсь…

— Не, погоди, как это — «не остаюсь»? Ты это брось! Сейчас… — он повернулся к бабке и начал: — Ангелина… — Но та не дала ему закончить:

— Да поняла я, поняла. Идите уже. Но по́льты в гардероб сдайте! И не хулиганить мне тут! Чтоб не шлялись где попало! Проверю!

Да уж. Очень подходящее имечко для такой мегеры — Ангелина… Впрочем, зловредная бабка тут же вылетела из головы. Раздевшись в гардеробе (хоть я и не рассчитывал задерживаться, проходить одетым на глазах у вахтёрши уж не рискнул), мы чинно проследовали вглубь Дворца. Там явно была заметна суматоха подготовки к событию, и я поёжился, представив, что мы тоже вполне можем встроиться в унылую цепочку школяров, таскающих всякую хрень туда-сюда.

Получилось, однако, совершенно по-другому. Лев Петрович, которого Серый задетектировал в недрах Дворца каким-то шестым чувством, мигом извлёк из наружного кармана пиджака блокнот, раскрыл, проверил…

— Чего вы мне голову морочите, молодые люди? Вот, параллель седьмых-восьмых, Григорий Литвинов, СШ№1 города Кедрового. Областная сборная, команда нашего кружка, и даже личный тренер — я. Всё верно?