Архитектура Переплетения 1: Пробуждение Аналитика (СИ) - Герко Гизум - Страница 39

Протокол «Шум» — наша крайняя мера, план на случай полного провала, когда нужно просто создать хаос и бежать. Но я не собирался бежать.

[Группа] Легенда: Маркус, что случилось?

[Группа] Маркус: Михаил, немедленно меняй мелодию. Мне нужна не баллада. Мне нужен боевой марш. Самое громкое, быстрое и яростное, что у тебя есть. Сбей их с ритма. Заставь их нервничать.

[Группа] Маркус: Кира, твоя цель — не кабинет. Забудь про кабинет. Ищи магические кристаллы и выводи их из строя, все до чего сможешь дотянуться. Судя по всему, они должны быть на каждом этаже, смотри по карте.

[Группа] Шестеренка: Видела их, когда входила. Защищены слабо. Один рядом, вырубать?

[Группа] Маркус: Не нужно. Пока что. Просто будь рядом и жди моего сигнала.

[Группа] Маркус: Олег. Будь готов, твой выход через две минуты.

[Группа] Неуязвимый: Готов.

Его ответ, как всегда, был коротким и весомым. Он не спрашивал, зачем. Он просто был готов.

Я убрал чат.

В бальном зале как раз закончился печальный куплет баллады. Повисла секундная пауза, прежде чем Михаил должен был начать следующий. Но вместо этого он ударил по струнам с дикой, яростной силой.

Мелодия взорвалась. Вместо элегической баллады зал наполнили звуки старого, почти забытого нордмаркского боевого гимна. Быстрый, рваный ритм, агрессивные, громкие аккорды. Музыка, под которую идут не на бал, а на штурм крепости.

Я видел, как гости вздрогнули от неожиданности. Оркестр сбился, замолчал. Сам Марко Валетти нахмурился, глядя на сцену с недоумением. Охранники напряглись, их руки инстинктивно легли на эфесы мечей. Гармония вечера была разрушена. Идеальный порядок был нарушен.

Михаил играл, вкладывая в музыку все свое мастерство и недоумение. Он не понимал моего плана, но он доверял мне. Он выполнял приказ.

А я, пользуясь всеобщим замешательством, больше не крался, как тень. Я уверенным, быстрым шагом шел через коридоры, направляясь обратно в главный зал. Я больше не был вором. Я был гостем, возмущенным этим музыкальным вандализмом.

«Соперники» хотели, чтобы я играл по их правилам. Хотели перехитрить меня в моей же игре. Но они ошиблись. Я больше не играл в их игру. Я создавал свою.

Я вошел в бальный зал в тот момент, когда музыка достигла своего крещендо. Хаос был посеян. Теперь нужно было лишь направить его в нужное русло. Заставить их паниковать. Заставить их суетиться. Заставить их самих показать мне дорогу к моей настоящей цели.

Музыка Михаила была не просто мелодией, она была тараном, ломающим хрупкую конструкцию светского вечера.

Величественная баллада сменилась яростным, первобытным ритмом, который не ласкал слух, а бил под дых. Диссонанс. Намеренная, выверенная ошибка в безупречной системе праздника, и система начала реагировать.

Гости перестали перешептываться и замерли, глядя на сцену с плохо скрываемым возмущением. Вежливые улыбки сползли с лиц, обнажая недоумение и раздражение. Оркестранты растерянно смотрели то друг на друга, то на этого безумного барда, нарушившего все каноны. Охранники, до этого расслабленно стоявшие вдоль стен, выпрямились, их руки легли на эфесы мечей. Напряжение в зале можно было потрогать, оно вибрировало в такт рваному ритму лютни.

Мой план работал. Хаос был посеян. Но этого было недостаточно. Нервозность охраны — это еще не паника. Мне нужно было нечто большее, событие, которое заставит их забыть про инструкции и действовать инстинктивно. Я открыл групповой чат.

[Группа] Маркус: Кира, статус.

[Группа] Шестеренка: Щит под рукой. Готова ломать по команде.

[Группа] Шестеренка: Маркус, есть идея получше. Вместо того чтобы ломать — я могу устроить скачок напряжения. Закоротить цепь. Эффект будет тотальнее и… изящнее.

[Группа] Маркус: Делай.

Одно слово. Команда, отданная с ледяным спокойствием, которое я сам от себя не ожидал.

Кира была гением. Она не стала просто крушить кристалл. Я почти физически представил, как ее тонкие пальцы вскрывают панель, как она находит два ключевых рунических конвектора и, используя свой [Мастер-ключ], замыкает их напрямую, пуская весь поток энергии поместья через один нестабильный контур.

Эффект превзошел все ожидания.

Сначала хрустальные люстры задрожали, издавая тонкий, высокий звон, словно тысячи крошечных колокольчиков. Затем свет моргнул раз, другой, становясь на долю секунды болезненно-ярким, выжигая на сетчатке призрачные силуэты гостей. А потом по залу пронесся оглушительный, трескучий звук, похожий на разряд молнии.

БЗЗЗЗЗТ!

И свет погас. Совсем.

На мгновение воцарилась абсолютная, звенящая тишина, нарушаемая лишь затихающими звуками лютни Михаила.

А потом зал взорвался. Женские визги, мужские крики, звон разбитых бокалов, топот десятков ног. Началась паника.

Идеальный хаос.

Спустя пару секунд аварийные светильники — тусклые, красные магические кристаллы в стенах — вспыхнули, погружая зал в тревожный, кровавый полумрак. Но этого было достаточно. Я уже не прятался. Я стоял в центре зала, и мой [Взгляд Аналитика] сканировал толпу, выхватывая ключевые фигуры.

Большинство гостей в панике ринулись к выходам. Охрана, потеряв всякую организованность, пыталась их сдержать, создавая еще большую давку.

Но я смотрел не на них. Я смотрел на сцену, где стоял Марко Валетти.

Вот он. Момент истины. Куда он побежит? К выходу, чтобы обеспечить собственную безопасность?

Нет.

Марко Валетти, окруженный кольцом своей личной гвардии, даже не посмотрел в сторону выхода. Его лицо, искаженное яростью, было обращено к лестнице ведущей наверх. На второй этаж. Он рявкнул короткий приказ, и его телохранители, действуя как единый организм, начали тараном пробиваться сквозь паникующую толпу заполонившую весь зал. Не к выходу. А к большой мраморной лестнице.

Я ухмыльнулся. Есть.

Наверх. Туда, где хранится самое ценное. Туда, где его кабинет. Туда, где сейф. Моя безумная гипотеза подтвердилась: создав угрозу всему поместью, я заставил его хозяина бежать и спасать самое ценное. Он бежал спасать свои секреты.

Я снова открыл чат.

[Группа] Маркус: Они открыли дорогу! Олег, на меня! Пробиваемся!

Больше команд не требовалось. Олег, до этого неподвижно стоявший у стены в центре зала, сорвался с места. Он не побежал. Он шел. Но его шаг был равен шагу осадной башни. Он превратился в то, чем был всегда — в несокрушимую стену. Но теперь эта стена двигалась.

Гости, натыкаясь на него, отлетали в стороны, как кегли. Он не расталкивал их, он просто шел вперед, и толпа расступалась перед ним, как вода перед ледоколом. Я двигался точно за ним, в узком коридоре безопасности, который он создавал своей широкой спиной. Мы не были частью хаоса. Мы были острием порядка, которое пронзало этот хаос, двигаясь к четкой, видимой цели.

Музыка Михаила все еще гремела, теперь она стала саундтреком нашего прорыва. Кира, я знал, уже двигалась по темным служебным коридорам, используя суматоху как идеальное прикрытие.

Мы достигли подножия одной из лестниц ведущих наверх на пол зала опередив Валетти и его охрану. Путь к нашей цели был открыт. Паника и реакция на нашу диверсию только что взломала для нас систему безопасности поместья.

Второй этаж был погружен в тревожный полумрак, нарушаемый лишь редкими красными всполохами аварийных кристаллов.

Здесь царила тишина, контрастирующая с безумием, которое творилось внизу. Я ступили на мягкий ковер, мои шаги были почти беззвучны. Я ушел вперед, а Олег остался встречать гостей у лестницы.

Я уже прошел больше двадцати шагов, когда я услышал позади торопливые шаги.

С лестницы выскочили две фигуры. Я узнал их мгновенно. «Неуклюжий» гость в лунном шелке и его напарник в магической мантии. Наши «соперники». Наша тень. На их лицах было написано то же самое, что и на моем — смесь азарта и предельной концентрации. Они тоже поняли, куда побежал Валетти. Их план, каким бы он ни был, тоже вышел на финишную прямую. Они среагировали на обстановку не медленнее нас.