На другой стороне шарика - Розанов Вадим Вадимович - Страница 11

Первую приняли молча, без тостов. И так было понятно, что это – как бы итог трудного перехода. Затем слово взял Вожатый. Минут за 15 он изложил присутствующим свое видение ситуации, в наиболее сложные моменты апеллировал к Хирургу, рассчитывая на то, что уж их двоих за сумасшедших никто не посчитает.

И закончил тем же вопросом: кто и как будет решать с заказом. Это был очень верный ход – поставить перед людьми конкретную задачу и отвлечь их тем самым от общего безумия открывшейся им правды.

Закон высказался первым:

– Завтра, послезавтра, в ближайшие пять дней – это одно. Тут никто пока вопросов задавать не будет. Заказывай то, что считаешь нужным. Про детей ты, ясное дело, не забудешь, а на остальной вес бери консервы, бензин, из одежды нормальной, может, что, оружие. Про медицину не забудь. Но за это время надо схему жизни подготовить. С народом ее обкашлять и запустить.

– Не знаю, успеем ли за пять, – с сомнением заметила завпроизводством, – это же уже политэкономия начинается. Слышали про такую науку? Мы как вообще жить будем? Рыночным хозяйством? Тогда деньги нужны, эмиссия и прочее. Или коммунизм, а то и военный?

– А как, кстати, это все у вашего автора описано? – поинтересовалась Татьяна. – Может, не стоит велосипед изобретать, а использовать их решения?

Вожатый и Хирург переглянулись.

– Знаешь, – протянул Вожатый, пытаясь вспомнить прочитанное, – там это все как-то невнятно дается. Деньги в виде монет у наших там появляются, но автор основное внимание уделяет вопросам второстепенным – выбору образца для монет и металла, из которого их производят. О финансовой политике и тем более принципах эмиссии, формировании бюджета, налогах и порядке начисления окладов вообще ни слова. Похоже, он в таких вещах просто не разбирается. Да, и у других народов есть привязка валют к поставкам через терминал. Вроде как денежная единица дает право на заказ через терминал. В основном если что и описывается, то необычная форма платежных средств, а не основное, то есть то, кто, как и сколько их выпускает в обращение. Про распределение и общее снабжение тоже мало. Вроде как у наших на первом этапе выдаются талоны на централизованное питание, но параллельно и частные харчевни существуют. Что касается заказов через терминал, то все решает глава. Получает заявки и определяет их приоритетность и необходимость. Вообще у меня есть такое предложение. Завтра взять в заказе экземпляров 10 первого тома «Стратегии». Вы почитаете, потом другим передадите. А там можно и весь цикл заказать.

– Деньги нужны, – твердо заявил Закон, – стимул нужен, как же без него. Но и пайку народу дать тоже надо. Особенно на первые месяцы. Пока там еще работа и прочее наладится. Небольшую пайку, чтобы прожить хватило, но чтобы было желание заработать еще и на масло с икоркой.

– Ну это – самое простое, – подключился завгар, – пайку, гарантированный минимум, из того, что с полей уберем: хлеб или мука, картошка, греча или что там еще растет, капуста. Немного добавлять из складских запасов. Мясных консервов немного. А хочешь чего посытнее и повкуснее – придумай и заработай.

– А чье производство? Частное или общее? – инженер задал один из ключевых вопросов.

– Думать надо, – вступила Татьяна, – лучше, конечно, вешать на общину, или государство, если хотите, лишь самое необходимое. И так много выйдет: управление, правопорядок, оборона, медицина, образование. Производство я бы отдала частникам и артелям.

– Фабрика-артель?

– Почему бы нет. Там, например, на реке плотина с гидростанцией стоит. Она сейчас отключена, но разводка везде есть, сами видите. Так вот, формируем артель, она запускает станцию и поставляет электричество в город. Люди за свет платят, и часть платежей идет артели за работу, а часть городу как владельцу оборудования и сетей. Хорошо, пусть сначала только артели, пока народ на ноги не встанет.

– То есть все имущество остается в собственности города?

– Пока да, потом посмотрим, – Татьяна держала удар. – В наше распоряжение попал огромный актив, не будем спешить его раздавать. Те же дома. Пусть люди пока пользуются ими как коммунальным жильем бесплатно. Потом, когда народ немного окрепнет, введем небольшую плату за содержание и ремонт, а уже потом можно будет и о собственности поговорить.

– Тогда бери «политэкономию» на себя. Подготовь проект. В том числе и денежной политики. Он должен быть простым – доступным для понимания всеми, справедливым и временным. Потребуются корректировки – никаких проблем. Теперь с оператором терминала. Его надо назвать за два часа до первого заказа. И менять потом нельзя. Выборы устраивать будем?

– Нет! – рявкнули одновременно Закон и Хирург.

– Давай ты, – уступил Закон слово доктору.

– Все очень просто. Ты, в отличие от подавляющего большинства, действительно много знаешь о том, куда мы попали, и уже привел нас сюда. Конечно, хорошо бы, чтобы этот выбор подтвердил и народ. Можем сделать так. Фиксируешь, что оператор – ты, а через пять дней мы проводим собрание по выборам мэра.

– Что, общее?!

– Избави бог! Старшие по подъездам. Это меньше ста человек. К «системе кунга» народ уже привык. Объясним им новые реалии. Хорошо бы и книжки хотя бы некоторым дать почитать. Думаю, проблем не будет. И там же Татьяна представляет свою «политэкономию». И надо выбрать какой-то городской орган. Скажем, десяток старших, староста фольварка, мэр и его зам, руководители основных служб. За этим органом решение текущих вопросов городской жизни и рекомендации оператору по заказам.

– Поработаю с выборщиками, – коротко бросил Закон.

На том и порешили. Допили бутылку, похвалили местное хмельное и наконец отправились по домам.

День в городке начался рано. Завпроизводством – кстати, Зоя Семеновна – еще с вечера настропалила поваров, и к семи утра на перекрестках весело дымили полевые кухни. Детям кашу варили на молоке. Фольваркские, оказывается, кроме 20 человек, загрузили на тракторную тележку еще бидон с молоком и пару корзин яблок. Днем обещали подвезти еще продуктов, причем вроде бы с ними собирался прибыть сам староста. Так что Вожатому предстоял интересный и насыщенный разговор.

К кухням потянулся народ с кастрюлями и прочим, причем хозяйки и сами, и через отправленных за едой подростков передавали практически единодушное пожелание уже завтра получить продукты на руки, чтобы можно было готовить дома. Так что задача наделения большинства населения пайками в натуре требовала срочного решения.

После завтрака семейные дамы продолжили изучения домашних хозяйств и ближайших окрестностей. Подвалы и чердаки домов хранили еще немало приятных сюрпризов. Где-то была складирована кое-какая запасная мебель, на чердаках же были оборудованы места для сушки белья. А уж что постирать нашлось в каждой семье.

Мужчины и одинокие женщины больше потянулись на улицы, к местам возможной работы или в центр, к ратуше за новостями. Исключение составили лишь жители Аграрной улицы, которых собрала Татьяна и коротко изложила им идею артелей. Народ резко возбудился и начал на эти самые артели делиться прямо на месте. Отличным стимулом для этого были нетронутые поля зерновых и овощей, которые начинались сразу за ближайшими огородами. Начали чуть ли не с десятка артелей, в результате пришли к трем. Затем пришла очередь делить поля, и тут дело чуть не дошло до драки. Все хотели взять себе ближние, а дальние отдать соседу.

Дело спас Закон, которому, судя по всему, сразу доложили (стукнули, конечно, но к положению шерифа надо привыкать) о массовой сходке.

– Ломтями, – авторитетно бросил он, – каждой артели ломоть от огородов и до конца. Смотрите, там и проезды между полями есть.

– Так не поровну получается, – начали возражать ему, – средним больше достанется!

– А жребий на что? – не тот человек был Закон, чтобы его можно было смутить такими пустяками. – Я сам потяну! Кто-то возражает?

Дурных было нема. Пронумеровали три сектора, затем определили очередность голосования в зависимости от численности артели, и Закон вытащил каждой из них ее жребий. Тут уж нечего сокрушаться – судьба. Да и некогда особо – Закон очень внятно объяснил, что урожай с полей должен быть собран качественно, быстро и полностью. И так же полностью свезен в городские хранилища. Где будет зафиксировано, сколько и чего сдала каждая артель, и на основе этого с ней будет произведен расчет. Деньгами или натурой – «это как договоримся». Публика, ясное дело, попыталась зацепиться за слово «деньги», но тут уже вступила Татьяна: